Запретная близость

Глава первая: Сола

Глава первая: Сола

— Ты сможешь, - говорю своему отражению в зеркале, откуда на меня смотрит бледная, с лихорадочным румянцем на щеках женщина, которая – минутка самоуспокоения – на свои тридцать совсем не тянет. – Это же просто… полчаса дела.

Найти симпатичного мужика, раздвинуть ноги, дать себя трахнуть – и наслаждаться местью.

С моими внешними данными от желающих отбоя не будет. Я же не слепая – вижу, как на меня мужики смотрят, и даже присутствие рядом мужа редко кого останавливает.

— Просто сделай это – и сразу перестанет быть больно, - уговариваю свою внутреннюю хорошую девочку, пока подкрашиваю ее от природы пухлые губы блядским глянцевым блеском цвета крови.

Той самой, которая сейчас адски пульсирует в моих венах, отравляя каждый прожитый в браке день вкусом предательства.

Ощущаю внутренний протест. Настолько сильный, что, поддавшись ему, швыряю блеск в сумку, мысленно твержу себе «нет-нет-нет!» и хватаю телефон, чтобы вызвать такси.

Снимаю блокировку – и взгляд натыкается на развернутое почти на весь экран фото.

Сглатываю. Вес тонкого премиального телефона ощущается как раскаленный кирпич.

Мужчина и женщина, склонившиеся друг к другу головами, застывшие в миллиметре от поцелуя – так выглядит изнанка моего идеального во всех отношениях брака. Она до сих пор не дает дышать полной грудью.

Мой любимый Серёжка – муж. Уже десять лет как муж.

Первый, единственный мужчина в моей жизни.

И Дашка – подруга детства, с которой мы прошли огонь, лед и медные трубы плечом к плечу со школьной скамьи.

Я листаю короткую переписку от неизвестного абонента со зловещими «666» в конце номера. Три сообщения, стандартных, наверное, как во всех таких же историях, имя которым – легион: «Вам это будет интересно, Соломея».

И фотки – всего три, но достаточно хорошего качества, чтобы у меня не возникло ни малейших сомнений в том, кто эти мужчина и женщина. Все настолько четко, что я даже интерьер ресторана узнаю – «Прима» на Дворцовой. «Свежие», потому что уже открыта летняя площадка, и я эти ротанговые кресла с полосатыми серыми подушками ни за что не спутаю – сама там сидела вот буквально на прошлой неделе, даже если пришлось прикрываться пледом от еще прохладного апрельского воздуха.

Я упоением шизика, ковыряющего болезненную рану, пролистываю фото.

Вот они что-то обсуждают, наклонившись друг к другу через стол. Вроде бы невинно почти.

Смена кадра – и Сергей уже сидит рядом с ней, забросив руку на плечо.

И третий – как выстрел в сердце. Тот самый, который вчера раздробил в труху мое счастье. Не ставил камня на камне от многолетнего брака.

Господи, мы с Сергеем вместе так давно, что это ощущается как целая жизнь.

Которой больше нет.

Я толкаю вентиль холодной воды до упора вверх. Струя воды разлетается брызгами. Набираю полные ладони и яростно швыряю в свое отражение в зеркале. На несколько секунд оно искривляет меня до неузнаваемости.

Точно так же ощущается теперь вся моя жизнь, только наоборот: то, что казалось безупречным, на самом деле было просто… бесконечной уродливой ложью.

Я откладываю телефон на холодный мрамор мойки, но экран не блокирую – хочу смотреть, хочу, блять, ковырять. До тех пор, пока не доковыряю до печенок хорошую жену Солу, чтобы она перестала ставить в колеса моей мести свои соломенные палки.

— Так будет легче, поверь, - говорю своему отражению, краем глаза поглядывая на застывшую на фотке парочку предателей.

Споласкиваю ладони до тех пор, пока не заледеневают кончики пальцев.

Степенно закрываю кран. Прикладываю ладони к покрытым лихорадочным румянцем щекам. Жду, пока остынет, но, кажется, становится только хуже.

Меня шатает между желанием выйти в чертов зал и снять мужика на один раз – и просто уйти. Вернуться домой, собрать вещи, уехать… куда-нибудь. В Нико, возможно – давно хотела жить у моря. Оставить их здесь наслаждаться своим выстраданным счастьем.

На экране телефона всплывает входящее сообщение от абонента «Любимка» с двумя розовыми сердечками в конце. Хочется стереть их сейчас же – совершить хотя бы этот маленький акт разрыва нашей связи. Сделать первый шаг от него.

«Как ты? Целый день молчишь, все хорошо? Я запахался, прости, решаю все дела на свете».

Следом присылает пару фото с застолья, нарочно снятого так, чтобы было видно, что оно проходит чинно-благородно – чист в мужской компании, с шашлыками и крепкими напитками.

Хочет отпустить, наконец, свою внутреннюю суку, набрать и ехидно поинтересоваться: а если вот, допустим, он трахнет сегодня эскортницу – на сколько процентов это будет измена мне, а насколько – Дашке? Или меня в этой цепочке уже в принципе не существует?

«Давай выйду и наберу?» - пишет Сергей.

Я сглатываю, и быстро отвечаю, что у меня просто разболелась голова и я уже вообще-то сплю. Не выдержу даже десяти секунд разговора с ним – просто сломаюсь, устрою безобразный скандал по телефону. Буду жалкой, орущей, обманутой под самым носом женой.