Запретная для дракона. Жена младшего брата

Глава 12. Пешка в игре

Что-то мужчины явно недоговоривали. Ну и ладно. Пусть молчат, спрашивать больше не буду. Позже, когда получу доступ к книгам, ответы на вопросы сами найдутся. Верней, я их найду.

Взгляд вновь вернулся к сияющему золотом рисунку дракона на моей коже. Как и у Данглара, он появился чуть выше правого запястья. Дракон казался таким живым, словно сотканным из золотых нитей, прорисованным в самых мелких деталях.

Что больше всего меня удивило, помимо самого появления золотого дракона — я не ощутила ни боли в руке, ни даже щекотки на коже, ни тепла или холода, вообще ничего, кроме той вспышки золотистого пламени.

А вдруг это иллюзия?

Стоило провести указательным пальцем по дракону на коже, как он засветился. И в тот же миг точно так же, как у меня, засветилась татуировка Данглара.

Мужчина нервно потёр её и, волком взглянув на меня, принялся опускать рукава закатанной до локтей чёрной рубашки.

— Какой интересный эффект, — заметила я. — Коснись татуировки. Давай проверим, чувствую ли я тебя так же?

— Ни к чему это.

Данглар и словами, и тоном, и всем своим видом старался показать, что ничего важного не происходит.

Серьёзно? Мой дорогой друг, сказала бы я, так это не работает.

Притворство не относилось к сильным сторонам господина Тирая. Я легко могла вывести его на чистую воду или, по меньшей мере, вывести из себя. Только из человеколюбия не стала этого делать. Сейчас. Но позже я непременно вернусь к этой теме, и заставлю Данглара ответить. В конце концов, он ведь давал клятву объяснять мне всё непонятное.

— Да-а, — выдохнул Кайрис, — ну и дела.

Данглар толкнул друга в бок, и тот мгновенно сделал вид, что ничего такого уж не происходит.

Даже забавно, как они всполошились. Взрослые мужчины, могущественные маги, а принялись вести себя, как застуканные за шалостями мальчишки.

Не стала ничего говорить. Очевидно же, сейчас мне от них ничего не добиться. Но я ведь не золотая рыбка, у меня с памятью полный окей. Да и необычное украшение, уверена, просто так никуда не исчезнет.

Данглар быстро взял себя в руки. Заговорил деловым тоном:

— У нас осталось не так много времени, Таньяна. Скоро Айлен вернётся домой и наверняка захочет увидеть тебя. Нам нужно к этому подготовиться. Тебе в первую очередь нужна чистая одежда.

— В первую очередь мне нужны ответы на простые вопросы. К примеру, встречались ли Сантай и Айлен прежде. Если нет, то переписывались ли. Знает ли твой брат о Сантай что-то, что мне следует знать. Как мне следует к нему обращаться, на ты и по имени, или как-то иначе? Что мне делать, если он захочет лечь со мной в постель? Потому что заранее говорю, что к этому я не готова. И как реагировать на объятия и поцелуи? И...

Судя по округлившимся глазам Данглара, он крайне плохо представлял, как много ответов я должна получить, чтобы не провалить дело уже сегодня.

— Я схожу за чистой одеждой для нашей новой Сантай, а вы пока всё обсудите, — вызвался Кайрис.

Данглар так на него посмотрел, словно в эту минуту тонул, а друг оказался предателем и сбежал вместо того, чтобы протянуть руку помощи.

— Не отвлекайся, — предложила я. — Чем больше ты сможешь мне рассказать, тем выше шанс, что мне удастся обмануть твоего брата.

Данглар поморщился, но начал отвечать на вопросы. Его ответы вызывали всё новые и новые вопросы, и я не стеснялась их задавать.

Что можно изучить за такое короткое время? Увы, когда Айлен вернулся в родовое гнездо, в моём распоряжении оказалась лишь капля из того моря знаний, которым владела настоящая Сантай.

Самый частый ответ, который я слышала от Данглара: «Позже, когда жена моего брата придёт в себя, спросишь у неё».

Он уверял меня, что я справлюсь. Смотрел на меня своими невозможными, фиалкового цвета глазами. В их глубине плясами оранжевые огоньки, завораживая своей игрой.

Наконец мы дошли до обсуждения интимных моментов. И я бы обязательно посмеялась из-за того, насколько Данглару претило говорить о подобных вещах, вот только в итоге ему удалось меня напугать.

Его инструкции звучали так, будто Айлен — сексуальный маньяк, которого ни в коем случае нельзя спровоцировать улыбками, смехом, излишне откровенной одеждой, дерзкими разговорами, да и вообще всем, включая запахи и выбившиеся из причёски волосы.

— Что бы он ни предлагал, как бы ни настаивал, отказывайся от близости наотрез. Не провоцируй его. Никаких поцелуев, слишком тесных объятий и прочего. Не позволяй ему себя раздевать, и сама перед ним не раздевайся...

Чем дольше Данглар говорил, тем выше поднимались мои брови, и тем гуще становился румянец на его щеках.

— Ты справишься, Таньяна. Больше молчи. Можешь дать ему понять, что тебе ещё неприятно говорить из-за раны на горле. Он поверит... И ради Триединого, веди себя поскромней!

— Да я и так сама скромность!

— Ты скромна, когда молчишь и смотришь в пол, но когда отрываешь рот, ты — сама дерзость и вызов. Вот как сейчас!

— Да я же молчу!

— Ты громко смотришь!

Я широко распахнула глаза, и Данглар звучно скрипнул зубами. Вот и поговорили — вовсе без слов.

— Больше молчи, — посоветовал он. — Не провоцируй его. Я умоляю, не провоцируй.

Для большей достоверности мне закрыли шею белой повязкой.

Вторую повязку Данглар сделал на моей руке, скрыв сверкающую золотом метку. Наматывал ленту с такой тщательностью и торжественностью, словно процесс являлся неким ритуалом. Я всё ждала, когда появится золотое свечение, но нет, этого не случилось.

Данглар всего лишь отпустил мою забинтованную руку со словами:

— Не снимай повязку. Никто не должен увидеть знак нашего договора на твоей руке.

И ведь знала же, что правду не услышу, но не могла не спросить:

— Почему?

Данглар так долго собирался с мыслями, что Кайрис его опередил:

— Любой муж хочет быть единственным, кто заботится о своей жене. Потому Айлену не понравится, что ты заключила с Дангларом освящённый богами договор. Кроме того, у настоящей Сантай нет такой метки, а подделать её невозможно. Объяснить исчезновение такой метки будет так же сложно, как и появление. Потому просто не показывай её. Если будут спрашивать, скажи: Данглар запретил. А лучше носи пока платья с длинными рукавами.