Запретная любовь

Глава: 1 - 3; 1)Неоновый туман; 2) Английский уход 3)Смена порадигмы.

Глава 1

​Лика ненавидела джин-тоник, но сегодня он казался единственным лекарством от гудящей пустоты в голове. Бар «Локус» тонул в синем неоне и тяжелых басах. Она пришла сюда, чтобы отпраздновать (или оплакать) окончание затяжного и бессмысленного романа.

​Он сел рядом через тридцать минут. Никаких банальных подкатов. Просто пододвинул к ней стакан воды и сказал:

— Вам стоит чередовать. Чтобы утро не стало врагом.

​У него был низкий голос и руки хирурга — длинные пальцы, спокойные движения. Лика не планировала уходить с кем-то, но его ирония и запах дорогого табака с сандалом сработали лучше любого афродизиака.

​Глава 2: Английский уход

​Утро встретило Лику запахом свежемолотого кофе и панорамным видом на спящий город из окон элитной многоэтажки. Она замерла, глядя на мужчину, спящего на другой половине огромной кровати. В холодном утреннем свете он выглядел ещё притягательнее, чем в баре, но паника оказалась сильнее эстетического восторга.

​Лика была мастером «тихого ухода». Ни записок, ни номеров телефонов. Она проскользнула в свои лоферы, подхватила сумку и исчезла за бесшумной дверью лифта, прежде чем он успел открыть глаза.

​Глава 3: Смена парадигмы

​Понедельник в университете всегда был похож на девятый круг ада, особенно в начале магистерского курса. Лика забежала в аудиторию за минуту до звонка, поправляя воротник блузки.

​— Послушайте, говорят, наш новый куратор по «Макроэкономическому анализу» — просто зверь, — шепнула подруга. — Приехал из Штатов, никого не щадит.

​Дверь открылась. По аудитории разнесся знакомый стук туфель. Лика опустила взгляд в тетрадь, но когда преподаватель заговорил, ручка выпала из её пальцев.

​— Доброе утро. Меня зовут Марк Александрович Разумовский. Прежде чем мы начнем, я хотел бы напомнить: в этой аудитории я ценю дисциплину и… честность.

​Лика медленно подняла глаза. На кафедре стоял он. Тот же темно-серый костюм, тот же пронзительный взгляд. Только теперь в этом взгляде не было ночной нежности — только холодное узнавание.

​Марк Александрович задержал на ней взгляд ровно на секунду дольше, чем на остальных, и едва заметно усмехнулся.

— Лика Сергеевна, верно? Рад, что вы решили не опаздывать. Сегодня нам предстоит очень длинный разбор… ваших долгов.

Аудитория опустела так быстро, будто в ней распылили слезоточивый газ. Лика медлила, нарочито медленно складывая ноутбук в сумку. Пальцы предательски дрожали. Она чувствовала его взгляд кожей — тяжелый, изучающий, лишенный той расслабленности, что была в баре.

​— Лика Сергеевна, задержитесь, — голос Разумовского прозвучал как приговор.

​Она дождалась, пока последняя однокурсница выйдет за дверь, и только тогда выпрямилась. Марк Александрович сидел за своим столом, перелистывая список группы. Он не смотрел на неё, но напряжение в воздухе можно было резать ножом.

​— Подойдите ближе, я не кусаюсь, — он наконец поднял глаза. — Хотя, кажется, вы уже в курсе.

​Лика сделала три шага к кафедре.

— Марк Александрович, я... я не знала. Это была ошибка. Дикое совпадение.

​— Ошибка? — он откинулся на спинку стула, сложив руки на груди. — Интересная формулировка для вечера, который вы закончили в моей спальне. И ещё более интересное решение — сбежать в шесть утра, даже не выпив кофе. Я выглядел настолько пугающим при дневном свете?

​— Я просто не хотела... неловкости, — выдавила она, чувствуя, как щеки заливает предательский румянец. — Давайте сделаем вид, что этого не было. Я обычная студентка, вы — мой преподаватель. Мы соблюдаем дистанцию и забываем о субботе.

​Марк встал. Он был значительно выше неё, и в строгом костюме-тройке казался ещё более внушительным, чем в той расстегнутой рубашке. Он обошел стол и остановился в шаге от неё. Запах сандала снова заполнил её легкие, возвращая в ту ночь.

​— Видите ли, в чем проблема, Лика, — он понизил голос до вкрадчивого шепота, — я очень не люблю незаконченные дела. И я терпеть не могу, когда от меня уходят по-английски. Это бьет по моему самолюбию.

​Он протянул руку, и Лика вздрогнула, ожидая прикосновения, но он лишь взял со стола её забытую ручку.

​— Ваше эссе по макроэкономике должно быть у меня на почте завтра к восьми утра. И учтите, — он сделал паузу, его глаза опасно блеснули, — я буду проверять его с особым пристрастием. Каждую запятую. Каждую... случайную связь в ваших рассуждениях.

​— Это шантаж? — Лика вскинула подбородок.

​— Нет, — Марк вернул ей ручку, на мгновение коснувшись своими пальцами её ладони. Кожу обожгло током. — Это педагогический процесс. Можете идти.

​Лика развернулась и почти выбежала из аудитории. Уже в коридоре она поняла, что за всю сцену он ни разу не упомянул о «дистанции», которую она предложила. Напротив, теперь она знала — этот семестр станет для неё настоящим испытанием на выносливость.