Запретная любовь для князя

Глава 3

Комнаты, отведенные для Марты в восточном крыле, оказались просторными и светлыми, даже несмотря на хмурый зимний рассвет. Проснувшись от непривычной тишины, она несколько минут лежала неподвижно, вслушиваясь в скрип половиц за дверью и далекий, приглушенный звон посуды, доносившийся, должно быть, из кухни. Воздух в комнате был прохладен и пахл свежевымытым полом и едва уловимым ароматом старого дерева.

Она подошла к окну. За стеклом, покрытым причудливыми морозными узорами, расстилался заснеженный сад. Деревья стояли, закутанные в белые одежды, их ветви гнулись под тяжестью снежных шапок. Всё было погружено в неподвижное, величественное молчание. После шумного Петербурга эта московская тишина давила на неё, но в ней была и своя, суровая красота.

В дверь постучали, и в комнату вошла молоденькая горничная с кувшином горячей воды для умывания.

-Доброе утро, барышня,-пролепетала она, опускаясь в реверансе.-Княгиня приказала спросить, хорошо ли вы почивали?

-Очень хорошо, благодарю,-ответила Марта, и это была почти правда. Физическая усталость от дороги взяла свое, погрузив её в глубокий, безмятежный сон.

-Княгиня просила вас присоединиться к ней за завтраком, когда вы будете готовы. А после приедет княжна Оболенская.

Имя, произнесенное вчера за ужином, заставило Марту внутренне сжаться. Ещё одна незнакомая особа, ещё одно испытание.

-Я не заставлю себя ждать,-кивнула Марта.

Оставшись одна, она неспешно совершила утренний туалет, с благодарностью умываясь горячей водой. Надевая одно из своих лучших, но все же скромных платьев, она поймала себя на мысли, что выбирает его с особой тщательностью, и тут же упрекнула себя за это. Ей не для кого было стараться. И всё же мысль о насмешливом взгляде князя Кирилла, который мог заметить малейшую неловкость, заставляла её быть внимательнее к деталям.

Спустившись в столовую, она застала княгиню одну. Та сидела за столом, уставленным серебряными кофейниками и фарфоровыми тарелками, и читала какую-то записку.

-Доброе утро, тетя Вера,-тихо произнесла Марта.

-А, доброе утро, дитя моё!-Княгиня отложила записку и улыбнулась ей.-Ты прекрасно выглядишь. Надеюсь, постель была удобной? Иногда в этих старых комнатах бывает сквозняк.

-Все было прекрасно, благодарю вас.

-Кирилл уже позавтракал и уехал по делам,-как бы между прочим заметила княгиня, наливая Марте кофе.-Он редко сидит без дела, даже в отпуске.

Марта почувствовала необъяснимое облегчение. Мысль о новой встрече с ним, после вчерашнего напряженного ужина, заставляла ее нервничать.

-Княжна Оболенская должна приехать с минуты на минуту,-продолжила княгиня Вера.-Она моя крестница, прелестная девушка. Вы непременно поладите.

Едва она произнесла эти слова, как в столовую долетел легкий шум подъехавших саней, за ним - приглушенные голоса в прихожей. Через мгновение дверь распахнулась, и в комнату впорхнула, словно яркая зимняя птица, молодая особа в роскошной лиловой шубке, отороченной соболем.

-Тетя Вера, дорогая!- её голос был звонким, мелодичным и чуть слишком громким для утреннего часа.-Я примчалась, как только получила вашу записку!

Она бросилась к княгине, осыпая её воздушными поцелуями, и лишь потом её взгляд, быстрый и оценивающий, упал на Марту.

-А это и есть ваша новая подопечная?- спросила она, и в ее голосе прозвучала неподдельная, но поверхностная любопытность.

-Анна, позволь тебе представить. Марта фон Беренготт. Марта, моя крестница, княжна Анна Сергеевна Оболенская.

Марта встала, чтобы поприветствовать гостью. Анна была невысокого роста, изящно сложена, с идеальными чертами кукольного лица, обрамленного темными локонами. Её большие карие глаза смотрели прямо, с уверенностью, граничащей с дерзостью.

-Очень приятно, княжна,-произнесла Марта.

-И мне тоже,-ответила Анна, легко скользнув по ней взглядом, который, казалось, мгновенно оценил и качество ткани её платья, и скромность прически. -Какая неожиданность для тети Веры! Но, конечно, вы здесь как родная. Тетя Вера всех несчастных зверушек берёт в свой дом.

Фраза была произнесена с самой обворожительной улыбкой, но Марта почувствовала легкий укол. Она села на место, чувствуя, как под взглядом Анны её шея покрывается румянцем.

-Ну, полно, Аня,-мягко пожурила княгиня, но без особой строгости.-Марта пережила большое горе. А теперь садись, рассказывай, какие такие новости?

Анна сбросила шубку на руки горничной, обнаружив изящное голубое платье, и устроилась за столом.

-Новость самая прекрасная!-воскликнула она, снова обращаясь исключительно к княгине.- На следующей неделе будет бал у Долгоруких! Говорят, будет пол-Москвы. И, конечно, я надеюсь, что Кирилл Владимирович нас не покинет? Он ведь ещё в отпуске?

-Да, он обещал быть,-подтвердила княгиня.

-Прекрасно!-Анна захлопала в ладоши.-Тогда, дорогая тетя, вы должны мне помочь выбрать ленты для волос. Я никак не могу решить между жемчугом и бриллиантами. А вы, фрейлейн фон Беренготт, конечно, тоже будете?- спросила она, наконец формально включив Марту в разговор.

-Я… Я не знаю,-растерянно ответила Марта.-Это зависит от тети Веры.

-Разумеется, ты поедешь, дитя,-тут же сказала княгиня.-Тебе нужно знакомиться с обществом.

Анна сладко улыбнулась.

-Как чудесно! Мы сможем составить друг другу компанию. О, вам обязательно нужно что-нибудь придумать с прической. И платье…-её взгляд снова скользнул по наряду Марты, и на её лице на мгновение мелькнуло что-то, похожее на жалость.-Ну, мы что-нибудь придумаем. Вам ведь нужно будет произвести впечатление.

Марта взяла свою чашку с кофе, чувствуя, как её пальцы снова сжимаются вокруг тонкого фарфора с той самой силой, что и вчера. Она понимала, что каждое слово княжны Оболенской, при всей его внешней доброжелательности, было тщательно выверенным уколом, напоминанием о её положении бедной родственницы.

-Благодарю вас за заботу, княжна,- сказала она как можно более ровным тоном.-Но я не стремлюсь производить впечатление. Я лишь следую воле моей опекунши.