Запретная. Наше жаркое лето

Глава 9

Ночью в номере было душно. Кондиционер шумел и не способствовал сну. Я ворочалась с боку на бок, лежа в телефоне: листала рилсы, ленту в соцсетях, играла в новую игру с отвинчиванием разноцветных болтиков. Потом убрала его и посмотрела в потолок. Не зря мама сказала, когда я созванивалась с ней перед сном, что на новом месте спится плохо. Как знала.

В какой-то момент я сдалась. Переоделась в сарафан и выбралась наружу, как воришка. На территории отеля ходили одинокие фигуры и парочки, где-то раздавался смех. А за отелем сверкали огни ночных клубов и баров, еле слышно доносились басы и звуки музыки. Курорт не спит ночью, даже наоборот, словно оживает.

Я дошла до пляжа и присела на пустующий лежак, обхватив колени. Здесь, кроме меня, никого не было.

Море тихо шуршало, облизывая берег. Оно сливалось с небом, превратившись в один большой, безграничный мрак. Воздух пах солью и свежестью. Я глубоко вдохнула его, пытаясь выбросить из головы весь сегодняшний, сумбурный день. Наконец-то я побуду одна и не буду пытаться из себя кого-то строить.

Через пятнадцать минут рядом кто-то цокнул, и я, почти погрузившаяся в дрему, вздрогнула и обернулась.

Рядом, почти возле меня, стоял Темнов. Он был в обычной футболке и шортах, босиком. Подтащил ко мне второй лежак, расслабленно сел и уставился на меня.

Задохнувшись, я дернулась в попытке встать и уйти, но парень покачал головой, усмехнувшись уголками губ:

— Не переживай, я не кусаюсь.

Я поджала губы. Звучит не очень убедительно. Но уходить отсюда передумала, все-таки первая сюда пришла. Да и вообще не стоит показывать, будто я его боюсь.

— Что ты здесь забыл? — вышло немного грубо, но он нарушил мое личное пространство.

— Мои окна тоже выходят к морю, — сказал спокойно. — Я тебя видел.

— Я надеялась побыть одна, — произнесла с намеком, что ему лучше было сидеть у себя в комнате.

Да где угодно, лишь бы не здесь.

Егор пожал плечами и разлегся с намерениями никуда не уходить.

— Понравился мой друг? — словно невзначай бросил, устраиваясь поудобнее.

Я немного опешила от его вопроса. С чего бы ему интересоваться моими отношениями с Данилом?

— А ты что, сводница?

— Скажем так, — он пожевал словно на языке, — я хороший друг.

Изо рта чуть не вырвалось «но парень из тебя никакой», но я решила оставить эту тему. Слишком неосторожно. Я говорю с ним, словно по тонкому льду хожу. Еще спровоцирую.

Попыталась принять расслабленную позу и тоже легла на лежак, лишь чуть приподняв изголовье.

— Рада за тебя, — только и сказала, но на первый вопрос не стала отвечать. Пусть думает что хочет. Я не собираюсь признаваться, что принимала знаки внимания от Дани только чтобы снять с себя цепкий, въедающийся взгляд Темнова, от которого под кожей прыгает табун мурашек.

Однако он это расценил по-своему:

— Не можешь сказать, потому что нравится другой? — улыбнулся в полумраке. Глаза игриво заблестели. Ощущение, что наш разговор как игра в кошки-мышки, и я отнюдь не охотник. Мне еще и выбора не оставляют.

Язык ошарашенно прилип к небу. С достоинством повернула к нему лицо, чувствуя, как оно предательски нагревается. Хорошо, что он не видит этого в темноте.

— С чего ты это взял? Мне никто не нравится! — должно было прозвучать равнодушно, но эмоции прорвались и все испортили. И как так получается, что под его взглядом я веду себя как студентка перед деканом? Или дело в том, что мы здесь вдвоем?

— Ну, давай, скажи это, — он привстал с лежака и наклонился ко мне, и я кожей ощутила, насколько сократилось между нами расстояние.

Я открыла рот и замерла. А что он хочет услышать? Как я пошлю его к черту или признаюсь в несуществующих чувствах? Я просто не в своей тарелке рядом с ним, вот и все. Чувствую… угрозу.

Но пульс почему-то участился, отбивая набатом где-то в висках.

— Сдулась? — игриво улыбнулся и практически навис надо мной, перекрывая луну.

Грудь сдавило. Весь воздух застрял в районе горла и ни туда ни сюда. Надо что-то сделать. Почему он так близко? Почему не уходит? Почему я не встаю?

Надо бежать!

Но я продолжила лежать и смотреть в ответ. Внутри проснулось что-то старое, давно забытое. Как в ту ночь, когда мы были также близко друг к другу. Когда сердце трепетало и дрожало, сводя меня с ума.

А он все наклонялся ближе. Его рука свободно легла на спинку лежака с моей стороны, почти обнимая меня этой позой, но ни на сантиметр не прикасаясь.

— Вкусно пахнешь, — почти шепотом, будоража сознание, — даже знакомо.

— Тебе кажется, — одними губами, — морской воздух в нос попал.

— Или все же ты…

Еще ближе.

Сердце стало биться о грудную клетку с неистовым рвением. Волоски встали дыбом.

Его теплое дыхание коснулось моего лица. Редкое, будто он сам растворился в моменте. Нас обоих тянуло куда-то вниз, туда, где уже не удержать равновесие. Внутри разлилось обжигающее тепло, пугающее и гипнотическое. Больше не хотелось двигаться и куда-то идти, только смотреть в ответ и кайфовать от того, что происходит внутри меня.

Но Темнов вызывающе облизнул губы и приблизился, оставив между нами сантиметров десять, и я поняла.

Он хочет поцеловать меня.

Нет, ни за что!

Как бабочка, вырывающаяся из сетей паука, я резко вскочила, настолько быстро, что чуть не задела его плечом.

— Иди к черту, Темнов, — сорвалось с губ, пока я отскакивала от лежака.

Он в ответ только рассмеялся.

Я поспешила прочь, не оборачиваясь и чувствуя, как под ногами шуршит песок, а ноги подкашиваются, будто я бежала марафон. И самое обидное, что внутри все дрожит от того, чего сейчас не случилось.

И чего не должно случиться.