Запретная (не) любовь

Пролог

Пролог

– Звягинцев, я никуда с тобой не поплыву, – мой голос поплыл по речной глади, от которой веяло холодом.

Я стояла, уперев руки в бока, и смотрела прямо ему в глаза. Кто выдержит из нас взгляд? Тёмно-зелёные сдались первыми, и, подхватив меня и перегнув через плечо, Руслан направился на пирс. Меня скинули в лодку, как мешок, и Руслан уверенно заработал вёслами. Я со злостью смотрела, как мы удаляемся от берега всё дальше.

– Ты хотела поговорить, чтобы никто не слышал. Тут, – Звягинцев обвел тихую гладь воды, – никого нет. Хотела знать? Да. Любил и люблю только тебя. И твои выкрутасы, и игры в стерву читаю на раз, два.

– Греби на берег. Всё понятно. Я свои чувства много лет только в своей душе и держу. Потому что любовь у тебя странная. Любишь и жжёшь глазами меня, а трахаешь мою лучшую подругу.

– Трахал.

– Неважно. Греби до берега. Разговор окончен.

Звягинцев взялся за вёсла, и мы поплыли, но только вдоль берега, подальше от пирса, от которого отчалила лодка.

– Руслан, верни меня обратно. Прошу тебя.

Звягинцев упорно молчал, и мы все дальше отдалялись от пирса.

– Теперь о чём говорить, – продолжила я уже более спокойным тоном, – была первая школьная любовь, и всё закончилось. У тебя семья и ребенок. Я только в толк не могу взять: два года ты таскался с моей лучшей подружкой. Вытряс всю душу абсолютно всем. А женился вообще на первой попавшейся однокурснице.

– Забыть тебя хотел. Всех разом. И Милу, и тебя.

– Ну, я скажу тебе: у тебя получилось.

Хмель вместе с адреналином, играющие по венам, крутили мой разум, и я резко встала так, что лодку стало серьезно раскачивать. Я внимательно осмотрелась. Легкий туман сел на воду, но до берега было недалеко, и, быстро скользнув в холодную реку, сама погребла к берегу.

– Аля. Дура! Какого хрена ты в воду полезла?

– Ты же не слышишь, чего я хочу!

Я доплыла до берега, который и впрямь был недалеко, и, опираясь об скользкие края суши, вышла из прохладной воды. С мокрой одежды лилась потоками вода, а я украдкой смотрела на него. Руслан вытаскивал лодку на берег, такой же красивый, как и тогда, в моей школьной лавстори с грустным концом. В моих глазах стояли слезы, а в полуметре от меня – мужчина, о котором я мечтала и грезила.

На воздухе я моментально стала замерзать в своей мокрой одежде. Руслан, сняв свою рубашку, протянул мне. Я скинула мокрые шорты, майку, рубашку и, немного подумав, бюстгальтер и надела пахнущую его мужским одеколоном огромную рубаху. Повесив свой промокший гардероб на камыши, понадеялась на ночной ветерок, который хотя бы немного подсушит мои вещи. На мне остались только его рубашка и тонкая нитка белых стрингов.

Теперь оба молчали.

– Просохнешь и поплывем назад, – нарушил наше молчание Руслан.

Русс сел сзади и обнял меня.

– Иди сюда. Я согрею.

От его дыхания на моей шее по телу пошла нервная дрожь. Я-то думала, что время сотрёт его образ из моего сердца. Руслан медленно покрывал мою шею поцелуями. И там, где его горячие губы дотронулись до кожи, горела обжигающим пламенем моя любовь. Я повернулась к нему и впилась в любимые чувственные губы. Руки Руслана скользнули внутрь его рубашки, надетой на меня, и накрыли вздымающуюся грудь. Я тихо застонала. Руслан продолжал сладкую пытку, играя с моими сосками и языком одновременно. И, смахнув одним движением свои шорты и плавки, положил меня на траву. Губы соскользнули и продолжили свой путь по моему телу вниз. Я только тихонько стонала в ответ. Одним движением Руслан перебрался между бедер и яростно зашел в меня.

Мы лежали на дне лодки. Русс тихонько теребил мои волосы.

– Что делать будем? – тихонько спросила я.

– Всё от тебя зависит.

– А ты знал, что был мне небезразличен?

– Я боялся, что меня постигнет судьба остальных твоих кавалеров.

– Руслан, помолчи.

Я накрыла его губы рукой. Он облизал мои пальцы и притянул мою шею к себе.

– Иди ко мне, – пухлые губы накрыли мой рот поцелуем...

***

Качаясь на волнах, лодка медленно возвращала нас с Русланом назад. Звягинцев греб веслами по тихой глади воды, правда, не так быстро, как вперед. Скорее оттягивал момент расставания.

– Твоя Мила скоро выйдет замуж, – зло прокомментировала я.

Руслан молча работал вёслами, опустив голову.

– Жених у неё ни в какое сравнение с тобой, – продолжила я. – Ты ещё можешь успеть в последний вагон. Они расписываются через месяц.

– Я уже успел на последнюю, отчалившую с этого берега, лодку, – ответил с хрипотцой, и моя злость чуть остыла.

– Она сказала, что хочет тихого семейного счастья. Бурная, сжигающая всё, любовь у неё уже была, – зачем-то добавила я.