Запретная пара. Избранница волка

Глава 3 Ева

— Отец, объясни, что происходит? — требую ответа, как только попадаю в дом. За нами в прихожую заходит один из мужчин, который несет мои вещи. Оставляет их на полу и тут же исчезает. Диана тоже. Мы с отцом остаемся одни.

— Что ты хочешь знать, дочь? — недовольно морщится он. — Я уже все сказал. Бешеный волк из леса, которого выловили мои парни. Он нападал на жителей поселка. Мы должны были обезопасить наших женщин и детей.

От ответа отца за версту веет ложью. Пожалуй, впервые он так откровенно врет мне в лицо. И я не понимаю, почему.

— Ты уверен насчет бешенства? Забыл, что вообще-то я ветеринар и могу поставить диагноз. Я хочу его осмотреть.

— Нет! — слышу жесткий ответ. — Ты к нему не приблизишься. Я запрещаю. Это очень опасно.

— Я умею обращаться с животными, — напоминаю ему. — Даже с агрессивными. Я и медведей осматривала. И волков тоже.

— Еще раз повторяю, не смей к нему подходить, — давит взглядом отец. Но на меня его взгляд и в детстве не особо действовал. Тем более, сейчас.

— Зачем он здесь? Что вы собираетесь с ним делать? — не отступаю я. — Почему у тех людей в руках крюки и шокер? Зверь без сознания и сейчас точно не опасен. К тому же он в клетке и на цепи. Ты же не позволяешь над ним издеваться? У волка вся шкура в ранах.

— Ева, забудь о нем! Я не представлял, что тебя это так шокирует. Никто над ним не издевается. Крюки и шокер — обычные меры безопасности. Они есть даже в ваших ветклиниках, сама знаешь. Иногда зверь приходит в себя и бросается на прутья. Ты не представляешь, насколько он силен, даже раненный. Все, хватит об этом, — отец подходит ближе и пытается меня обнять. — Мы так давно не виделись, а ты говоришь только о волке. Я соскучился, — берет меня за плечи и немного отодвинув от себя, внимательно рассматривает. — Ты такая красивая, дочь. Уже совсем взрослая. И так похожа на мать… Я очень рад тебя видеть. Твоя комната готова, Диана постелила чистое белье, расставила вазы с цветами. Поднимайся, отдохни. Через час будет обед в честь твоего приезда.

Киваю и иду к себе. Больше вопросов не задаю. Не потому, что меня успокоили ответы отца. Просто понимаю, ничего другого из него не вытянуть. Видимо, есть какая-то причина, о которой мне не положено знать.

Но это не значит, что я не попытаюсь найти ответ своими силами. Мое упрямство и желание всегда докопаться до сути идет как раз от отца. Странно, что он об этом забыл. Но для меня хорошо. Пусть считает, что я отвлеклась.

Комната, в которой меня поселили, считается моей. Не потому что я жила тут с детства. Нет, уже потом, когда подросла и стала на лето приезжать к отцу, сама выбрала себе эту. Мне нравится, что она расположена наверху, подальше от шумной гостиной и хозяйских спален.

А еще ее окна выходят на самую тихую часть сада, куда не долетают чужие разговоры, шум от машин и прохожих. Правда, именно сейчас я жалею об этом. Потому что оказавшись у себя, первым делом подхожу к окну и убеждаюсь, что клетка с волком отсюда не видна.

Через пару минут раздается стук в дверь, это один из папиных помощников притащил мой чемодан. Благодарю и запираюсь. Быстро раскладываю одежду и остальные вещи по местам. Потом освежаюсь в душе.

А дальше жду назначенного отцом времени и выстраиваю стратегию. Нужно добиться, чтобы меня подпустили к волку. Пусть даже под присмотром охраны.

И вот наконец я сижу в просторной гостиной за большим столом, накрытым в честь моего приезда. Здесь только члены семьи: папа, его жена и я. Хотя в доме есть еще люди, они не приглашены. Вот такая тут строгая иерархия.

Не скажу, что за короткие визиты сюда я к такому привыкла, но по крайней мере уже не удивляюсь. Нравится им так жить, и ладно. А мне тут все чуждо. И погружаться в это я не хочу. Но пока не решила, как тактично сообщить отцу, что не планирую оставаться в поселении.

Первую половину обеда про волка даже не заикаюсь. Жду, когда папа насытится и расслабится. Возможно, тогда станет сговорчивее. А пока мы ведем неспешную беседу. Я не отмалчиваюсь, как обычно, а рассказываю о своей жизни в городе. О друзьях и работе.

По лицу отца вижу, что он не очень доволен. Ему никогда не нравилось, что я живу так далеко, да еще там, где царят слишком свободные нравы.

Насчет нравов я бы поспорила. Женщины здесь одеваются и красятся чересчур откровенно. Я бы даже сказала, вызывающе. И легко флиртуют с противоположным полом.

Как раз в городе все более скромно. По крайней мере, в моем окружении. А здесь девушкам и парням до вступления в брак многое разрешается. Но зато компенсируется жесткими ограничениями после замужества. Папа говорил, что за измену у них принято изгонять из поселка. На мой взгляд, это уже перебор.

Наконец заметив, что отец расслабленно откинулся на спинку стула, а его суровые черты немного смягчились, решаюсь перейти к тому, что меня волнует.

— Пап, на этот раз планирую остаться тут подольше. Но мне будет очень некомфортно знать, что совсем рядом страдает животное. Сам знаешь, как это для меня важно. Ты же всегда меня понимал, — немного отхожу от истины. На самом деле у нас много разногласий. Но мне нужно как-то задобрить отца. — Прошу, разреши мне помочь волку! Если не вылечить, то хотя бы облегчить страдания. Я просто не могу спокойно гулять и отдыхать, когда рядом такое.

— Его нельзя вылечить, Ева, — хмурится отец. — Бешеный зверь опасен, он может тебя покалечить.

Ну да, тогда для чего они держат его в клетке, а не просто убьют? Но этого вслух не говорю. Уже поняла, что не ответит.

— Я знаю, как справляться с такими. И как себя защитить. Уж технику безопасности в ветеринарном колледже изучают прежде всего. К тому же рядом будут твои люди. У них есть все средства утихомирить зверя. Я просто обработаю раны, дам лекарства. Если волку суждено умереть, пусть хотя бы не мучается. Пожалуйста, прошу тебя… — сопровождаю просьбу тем самым взглядом, который обычно всегда действовал на отца. Он не раз говорил, что в такие моменты я очень похожа на мать.