Запретная поэзия

Глава 10. Джин рамми

— Ты уверена, что это сработает?

Сара тяжело вздохнула и исподлобья взглянула так, словно её попросили достать матрёшку с самой северной горы. Сегодня вместо выполнения домашнего задания от них двоих требовалось разыграть бесстыжий спектакль, чтобы выманить Морену из кабинета.

И в это представление должна поверить даже она.

Тиканье часов приближало стрелку к шести часам — скоро освободятся с занятий все те, кого сегодня загрузили пятой парой, а преподаватели пойдут домой.

По широким коридорам гуляли ледяные сквозняки, обжигающие холодом. Закатные лучи не проникали через окна: уже успело стемнеть, да и погода в целом не радовала ничем, кроме нескончаемых дождей, которые через месяц-другой сменятся снегом.

Единственный глухой стук об каменную стену. Горячие руки на талии и дыхание у самой шеи. Выглядело это скорее как страстный поцелуй в чувствительное место под ухом, однако на самом деле Авен границу не переступал, пусть это было и сложно.

— Не здесь! Пойдём в комнату? Ады сегодня не будет до самой ночи.

Она не кричала, но говорила достаточно громко, чтобы при желании можно было расслышать слова, придавая своему голосу игривого сопротивления.

— Не могу терпеть до общежития.

Свободная рука скользнула под юбку и кончиками пальцев остановилась на бедре. Хотелось большего.

Сара рассмеялась:

— Нас увидят!

— И что? Они позавидуют?

— На нас будут кричать.

— Я бы предпочёл слушать не их крики.

Игра где-то на границе с правдой. Сару вся эта ситуация напрягала, но вместе с тем и вызывала неподдельный интерес — ей действительно было весело. Для Авена же всё устроенное представление стало проверкой на прочность. Какой молодой парень будет себя сдерживать, когда ему прямым текстом сказали поприставать к девушке, которая ему нравится!

Сара прищурилась и, подмигнув, вскрикнула:

— Ах! Что ты делаешь!

Иногда в стенах Академии и вправду происходили подобные скандалы. Несколько раз в год студентов ловили за горячими занятиями прямо в учебных аудиториях, библиотеке, на конюшне… Молодость и страсть!

Послышался скрип двери. То, что нужно.

Сара схватила Авена за волосы на затылке и, прижав носом к своей шее, прошипела:

— Давай, ты увлечён. Не отвлекайся.

Он увлечён…

Цокая высокими каблуками и на ходу поправляя идеальные локоны, Морена неспешно подошла к «бесстыжим» и скрестила руки на груди, не скрывая улыбки.

— Молодые люди.

Монро кинул единственный взгляд в спину матери и, выскользнув из-за открывшейся двери, проник внутрь. Хоть бы у этих двоих получилось её задержать подольше!

Морену вокруг пальца обвести сложно. На грани невозможного. И именно поэтому самая правдоподобная картина для привлечения её внимания — это банальная непристойная сцена между парнем горячей амиранской крови и девушкой, с которой они проводят много времени вместе и часто обмениваются многозначительными взглядами.

Прислушиваясь к обстановке снаружи, Монро тихо открыл деревянный ящик стола. Внутри лежали документы, ещё документы, снова документы и документы. Не то.

В следующем находилась помада, крем для рук, что-то на водной основе, ещё какие-то косметические продукты не самого очевидного назначения.

Карту стоит поискать среди бумаг. Она может быть среди документов? Вряд ли, этот ящик посвящён работе.

У Морены не было цели её прятать. Но при этом она наверняка сама регулярно пользуется ходами в стене. Значит, карта должна быть под рукой, но не на самом видном месте.

Закусив щёку от напряжённых мыслей, Монро начал открывать массивные ящики шкафов. Внутри стояли странного вида статуэтки, бутылки с элитнейшим алкоголем, какие-то свитки…

Снаружи слышались нелепые оправдания:

— Я не виновата! Он сам меня зажал…

— Не заметила, чтобы ты была сильно против. Милая, если мужчина позволяет себе лишнего против твоей воли, то ты, как счастливая обладательница магических способностей, можешь…

Монро невольно закатил глаза. Мама, как всегда.

Было желание пооткрывать металлические тубы со свитками, но это могло бы оставить много лишних следов.

— Не надо никого наказывать! Давайте как-нибудь договоримся, этого больше не повторится…

В шкафах тоже не нашлось ничего полезного. А что если…

В кабинете должен был вход в потайные коридоры. Где-то в стене. А значит, и карта может быть там!

Монро метнулся к большой картине, представляющей поле с лошадьми, и осторожно отодвинул. На пол упала небольшая потёртая временем карта из грубой бумаги. То, что нужно!

— Давайте я сделаю вид, что этого не было. На первый раз прощу.

Монро же ещё не успел отыскать артефакт!

— Мари! Вы расскажете матери?

Так её называли только близкие.

— Я подумаю.

Разумеется, расскажет!

— А если… Я первая ей признаюсь?

Морена не могла больше сдерживать тихий смех:

— Ты ведь утверждаешь, что не виновата.

— Да! И именно это я ей и объясню. Между нами не было ничего прямо совсем непристойного.

Монро стал судорожно и при этом изо всех сил стараясь действовать незаметно перебирать книжные полки, залез под аквариум…

— Мне очень стыдно! Пожалуйста, не рассказывайте матери!

— Сара, я тебя не первый день знаю. Не поверю твоим раскаяниям.

— Но она меня убьёт! Из семьи выгонит, позорницей назовёт, налысо обреет и на костре сожжёт!

— Ты уж слишком драматизируешь. Так и быть, не скажу, но только если…

Вот она! Как по закону подлости, в самом последнем шкафу, в неприметной шкатулке! Это точно тот самый амулет, мама не так давно им хвасталась.

Шагов пока не слышалось. И Монро решил прихватить ещё бутылку вина для отведения подозрений, если вдруг Морена что-то поймёт. Хотя он и так зайдёт к ней в кабинет сразу, как только вернётся, чтобы точно ничего не успела понять.

— Это странная просьба, но… Сделаю.

А вот теперь точно пора бежать!