Запретная поэзия

Глава 28. Бояться — это нормально

— К нему пришли воспоминания человека, который был в его обличии… Это не укладывается в голове. Я не ожидала, — задумчиво размышляла вслух Сара, глядя на дрожащего Гора.

Авен и Ада помогли ему усесться на диван, нашли в карманах какие-то конфеты, но тот только мотал головой, не совсем осознавая происходящее:

— Она… Она спрашивала, всё ли я сделал. Но мы не успели поговорить.

— Сначала дай себе успокоиться, — сказал Ганеша, садясь рядом. — Мы никуда не торопимся. Может быть, она называла «тебя» по имени?

— Нет. Мы встретились только чтобы я отчитался перед ней. И точно помню, что её звали Рейчел. Она не учится здесь. Но как же тогда проникает на территорию?

— Мать её впускает, — ответила Сара, скрестив руки на груди. — Весь беспредел в Академии происходит с её помощью, хотя я пока не поняла, для чего ей всё это.

— Я не помню. Меня… Точнее, того, кто был мной, не посвящали в эти подробности. Он просто пешка.

Тишину прервало внезапно раздавшееся «ку-ку» из высоких напольных часов.

— Мне кажется или они не должны работать? — спросила Ада.

— Неужто кружок «Пафосные и всемогущие» решил возобновить свою деятельность? — усмехнулся Авен. — А я уж думал, заживём нормально.

— Мне кажется, нам не стоит здесь оставаться. Давайте вернёмся в комнаты. По двое, чтобы не создавать лишнего шума в стенах.

— Но нас пятеро.

— Тогда кому-то придётся пойти последним. Остаюсь я, потому что Ганеша и Гор должны идти в компании Ады и Авена.

— Ты сдурела?! — подскочила на ноги Ада. — Мы тебя в этом «ку-ку» не оставим!

— Сами посудите. Скорее всего, во главе того «общества», которое мы ищем, стоит моя мать. Они не станут мне вредить, потому что, если бы могли и хотели, уже бы сделали это. Если здесь что-то и произойдёт, то для меня угроза минимальна.

— Не думаю, что они считают тебя «своей», — сказал Авен.

— Нет. Но и моя жизнь пока что явно не в опасности.

Нехотя Авен взял Аду под локоть и повёл к стене, в которой был вход в потайной коридор.

— Хорошо. Будь осторожна, ладно? Не пытайся разбираться со всем одна.

— Я сразу пойду в комнату, когда достаточно оторвусь от вас.

Спорить не стала даже Ада. Пусть ей и не нравилась эта затея, Сара была права. Не полностью, потому что затащить её могут в темноте куда угодно, но всё же… Если цель «общества» в убийстве принцев, то под описание отлично подходят все остальные, и оставаться кому-то одному из них в месте, которое может оказаться мышеловкой, просто глупо.

Вопреки опасениям, ничего опасного не произошло. Лишь магические лампы пугающе мигали, сбитые сильным неизвестным воздействием, но виновники торжества явно не ходили по комнатам и никого не искали. Можно ли предполагать, что они не догадались о том, что с Гора сняли чары?

Сон не шёл. Девушки легли по своим кроватям, но ни та, ни другая не могли даже закрыть глаза. Ада всё думала об образе, который увидела, и том, что может сделать Сара под влиянием страха перед матерью. Сможет ли подруга предать её? А если нет, будет ли верность стоить ей жизни?

Сара теперь уже не сомневалась: она не станет исполнять подлые желания Кали, чего бы ей это ни стоило. Друзья сделали для неё слишком много, приняли любой, и она обязана отплатить им искренностью. Если ценой тому будет её собственная казнь — так тому и быть. Пусть жизнь лучше будет короткой, чем перенасыщенной омерзением к самой себе.

Уснуть ей удалось лишь под утро, и это был беспокойный сон, полный кошмаров. Ей виделось, как собственные тени обвиваются вокруг шеи, как мать пытается вложить в её руку кинжал и указывает на знакомые лица, и ни одна попытка сопротивления не увенчается успехом. Затем была тьма, заполнившая рот, не позволяющая здесь и вдох — утягивающая на самое дно грязной, греховной бездны.

Несмотря на то, что живот урчал от голода, позавтракать Сара так и не смогла — кусок в горло не лез. Не стала даже готовить и решила лишний раз пробежать глазами по последнему параграфу по стратегии.

«… В условиях затяжных кампаний и истощающих ресурсов истинное мастерство стратега проявляется в умении балансировать между агрессией и обороной, учитывая не только непосредственные тактические цели, но и долгосрочные последствия каждого решения. Важно понимать, что успешная стратегия — это не просто набор жёстких правил, а динамическая система, требующая постоянной адаптации к меняющимся обстоятельствам, анализу поведения противника и прогнозированию его возможных ходов. Ключевым аспектом является управление моральным духом войск и поддержание коммуникаций, ведь даже самая блестящая тактика может провалиться из-за внутреннего разлада или потери доверия...»

Сложные тексты служили эдаким песком, в который можно было засунуть голову, когда становится страшно. Учёба — это то, что Сара всегда могла контролировать. Успех на экзамене зависел лишь от того, как она подготовилась, сколько часов провела за чтением или практикой. Порой ей было жаль, что нельзя всю жизнь провести в кровати за книгой, но быстро приходило понимание, что это уже существование — какая же жизнь без окружающего мира и людей?

— Ты же будешь мне подсказывать сегодня? — спросила Ада, возникнув за её спиной.

— Я бы с радостью, только профессор Шалтиэль, боюсь, нас всех выгонит.

— Ой-ой-ой, а Авену не отказываешь!

— Отказываю. И иногда ему приходится идти на заслуженные пересдачи. Я бы даже сказала, частенько. А ты что, ревнуешь?

— Разумеется, ревную! Сара, у меня здесь нет никого ближе тебя. И я даже самую малость рада, что вы теперь не проводите всё время вместе, как раньше. Я плохой человек?

Сара закрыла учебник, подложив между страниц ленту, и улыбнулась:

— Вовсе нет. Думаю, это нормально — бояться, что дорогой человек забудет тебя.

— Да. Наверное, ты права… Что теперь будем делать с этой Рейчел? Можем ли мы вообще что-то сделать с ней?

— Не думаю. Однако я вспомнила одну интересную деталь. Когда Авен говорил о ней, он упомянул, что как «третьекурсницу Рейчел» девицу представил Эрос. Но откуда же он мог это знать, если она не учится в Академии?