Запретная поэзия

Глава 29. Торговые аферы

— Ну что, как идёт твоя эпопея с торговыми махинациями? Уже разобралась, кто там фальсифицирует мёд в Тенебрисе?

Ада сидела на кровати, болтая ногами и жуя имбирный пряник, пока Сара склонилась над несколькими книгами, целой стопкой газет и своей тетрадью.

— О, это целая сага, — закатив глаза, ответила Сара. — Я тут пытаюсь понять, как закон карает за искусственное завышение цен.

— У меня план проще: я просто списывать буду. Если поймают — скажу, что это была моя «торговая махинация» с учебным процессом. Искусственно завысила уровень знаний, чтобы сбить конкурентов.

— Блестяще! Только не забудь про санкции — за списывание полагается не штраф, а публичный пересказ всего материала за последний семестр на площади.

— Зато всё внимание будет приковано ко мне! А ты опять собираешься честно писать? Не боишься, что тебя обвинят в «незаконной деятельности» — то есть в использовании мозгов?

— О, да, я уже готовлюсь к допросу у профессора: «Расскажите, как Вы умудрились самостоятельно разобраться в торговом праве?» — женщины ведь у нас существа отсталые. И в настоящих битвах на поле ни на что не годны, и в суде.

Юриспруденцию вёл противный старый преподаватель со сложным именем, которое никто даже не старался запомнить — все его называли профессор Критикон. Угодить ему было примерно невозможно, особенно студенткам. Конечно, заигрывания с аристократками он себе не позволял, однако редко ставил хотя бы «хорошо», если не поулыбаться и не похлопать глазами.

Курс права в Академии длился целых два года. Разумеется, у знатных семей всегда были свои собственные юристы, однако разбираться в вопросах законов самостоятельно — жизненно важный навык для тех, кому предстоит перенять семейный бизнес и управлять им, не развалив то, что строилось десятилетиями.

Саре это нравилось. Хотя домашних заданий по предмету задавалось море, а преподаватель бесконечно цеплялся за мелочи и часто просто придумывал причины, чтобы не признавать успех студенток, юриспруденция — наука действительно интересная. И, что самое важное, применимая на практике.

Ада же махнула рукой и перестала пытаться угодить профессору после первого же занятия. Списывала у всех подряд или калякала что-то за пятнадцать минут до пары. Не хотела доказывать барану, что трава зелёная из-за хлорофилла — если он решил, что синяя, значит пусть будет синяя.

Остаток вчерашнего учебного дня Сара пропустила и провела с Эросом в комнате. Сварила ему кофе, без спроса стащила сладости у парня с дядей кондитером, рассказала последние новости из жизни известных поэтов. А затем писала объяснительную у Шалтиэля, но это уже совсем другая история.

К теме Аполлона и ведьм они больше не возвращались. Говорили о всякой ерунде, как на балу, и не затрагивали произошедшее на крыше. Но вечером всё равно оба почувствовали першение в горле и начали шмыгать носом.

Пересказывая то, что узнала у Эроса, Сара не стала упоминать попытку сброситься с крыши, и рассказала очень кратко, не позволив Аде ругаться и проклинать «подозрительного павлина». В целом вечер она провела за переписыванием конспектов с занятий, которые не посетила.

— Там же объём от шести страниц. Критикон вообще в себе? Что там такого нужно написать, чтобы набрать?

— Тебе зачитать?

— Не то, чтобы я жажду слушать о торговых махинациях где-то ещё и за пределами лекций, но твой голос…

— Ты готова слушать вечно. Хорошо, зачитаю тебе начало.

— Не, оставь это воду для ублюдка. Я поинтереснее что-нибудь хочу. Вон, у тебя стопка газет.

— Тогда я начну с громкого заголовка.

«Торговая афера века: мёд по цене золота

В Тенебрисе разгорелся серьёзный скандал, связанный с деятельностью вельскардисского купца Алексея Пленева, который подозревается в искусственном завышении цен мёд. По информации правоохранительных органов, Пленев систематически продавал мёд по цене, значительно превышающей среднерыночную, вводя покупателей в заблуждение относительно качества и происхождения товара.

В ходе расследования было установлено, что покупатели, сознательно участвовавшие в сговоре с Пленевым, также понесли ответственность за нарушение торгового законодательства. Законодатель наложил на купца штраф и принял решение об исключении его из торговой гильдии.

Данный инцидент вызвал широкий общественный резонанс и стал предметом обсуждения в торговых кругах. Эксперты отмечают, что подобные случаи подрывают доверие к рынку и требуют усиления контроля за деятельностью продавцов…»

— Сара, ну это же нудятина! Есть что-нибудь поинтереснее? Покриминальнее, чтобы прям у-ух?

— Чтобы прям «у-ух»? Хорошо. В одной из старых газет, аж двадцатилетней давности, я кое-что нашла.

«Тёмные дела: торговая мафия Вито Марчелло, убийства и коррупция в поставках стратегического оружия

Тенебрис оказался в эпицентре масштабного криминального скандала, связанного с поставками стратегического оружия на внутренний рынок. По данным следствия, группа влиятельных торговцев во главе с вальторийским купцом Вито Марчелло организовала сеть нелегальной торговли, включающую контрабанду, уход от налогов, коррупцию и насилие.

Расследование началось после серии загадочных убийств и похищений, связанных с конкурирующими торговцами и чиновниками, пытавшимися остановить незаконные операции мафии. По информации полиции, Марчелло использовал угрозы и физическое насилие для устранения оппонентов и контроля над поставками оружия, что поставило под угрозу общественную безопасность.

В эксклюзивном интервью Вито Марчелло отверг все обвинения, заявив: ‘’Я веду честный бизнес и не имею отношения к преступлениям, которые мне приписывают. Это политически мотивированная кампания против меня’’.

Представитель полиции Тенебриса заявил: ‘’Дело находится на контроле высших органов. Мы приложим все усилия, чтобы привлечь виновных к ответственности и восстановить законность в торговле стратегическими ресурсами’’.