Запретная звезда

Глава 6. Эйлит

В траурном безмолвии они миновали скамьи, выставленные в ряд, и в свете зажженных на стенах свечей вошли в обитую железом дверь, что располагалась справа от центрального нефа. Лапа настоятельницы крепко сжимала плечо, и Эйлит не могла даже шелохнуться. От страха подгибались колени, однако маленькая, совсем крохотная надежда все еще тлела в груди. Все это не может быть правдой? Просто не может! Она не станет камнем!

За дверью их ждала винтовая лестница, целиком выдолбленная из камня. Ее спираль закручивалась в темноте, как тело огромной змеи, и уходила глубоко вниз, в самую бездну.

Нельзя было туда спускаться, нельзя! Эйлит нутром чуяла — оттуда не возвращаются.

— Пожалуйста, — тонком голосом попросила она в последний раз и повернулась к настоятельнице. — Можно мы с Эйдин просто уйдем?

В глазах кошки мелькнула задорная искра.

— Ты вся дрожишь. Не бойся, никто не сделает тебе больно, — промурлыкала она, и сделалось кристально ясно: будет чертовски больно.

Ступени показались скользкими. Пару раз Эйлит чуть не поскользнулась на сточенном ребре, один раз даже больно ушибла щиколотку. Ее вскрик долго гулял эхом, пока они наконец не достигли небольшой комнаты с тоннелем, казавшимся невероятно глубоким. Стоило Эйлит сойти с последней ступени, как где-то недалеко скрипнула следующая дверь.

На пороге их встретил Шип, в таком же кожаном фартуке. Посреди залы, похожей на усыпальницу, такой широкой, что не видно было дальних стен и потолка, располагался стол. На нем стоял узкий деревянный ящик, будто сделанный под человеческую фигуру.

Шип гаденько ухмыльнулся. Стену позади него, словно соты, испещряли отверстия, внутри которых покоились такие же деревянные ящики. К каждому была прибита медная табличка. Пусть Эйлит не умела читать, но все равно чутьем поняла, что там выгравированы имена и даты. Вот только рождения или смерти? А может, чего похуже?

— Раздевайся, — велела настоятельница и толкнула Эйлит в центр залы. Пламя факелов дрогнуло от сквозняка, поднятого ее платьем. — Чего смотришь? Живо, я сказала.

Эйлит обернулась на Шипа, облизавшего губы в предвкушении. И вдруг поняла, что с нее хватит.

— Ты оглохла? — нетерпеливо повторила настоятельница и стукнула тростью.

— Нет, — проговорила Эйлит и подняла на кошку ясные глаза, полные решимости. — Я не буду.

Настоятельница с некоторым сожалением вздохнула и кивком приказала Шипу выметаться. Тот разочарованно причмокнул, но все же вышел. Когда они остались одни, ужас накатил с новой силой, будто теперь Эйлит осталась наедине со зверем. Настоятельница беззвучно стояла, опираясь на трость, и, не отрываясь, смотрела на нее железным взглядом. Казалось, она даже не дышала, будто и вовсе была неживой.

— Ты, кажется, не поняла, — произнесла она тихим грудным голосом, и по спине Эйлит разбежались мурашки, — или будешь делать все, что я скажу, или Эйдин расплатится за твое упрямство. Выбирай.

Кошка не шутила.

Вновь наступило густое, как сметана, молчание. В тишине потрескивали факелы и бешено билось сердце Эйлит. Между ними словно натянули невидимую струну, которая дрожала от напряжения. Еще немного, и она порвется. Еще немного, и настоятельница велит расправиться с Ди.

Эйлит не могла этого допустить. Ей было так страшно, что хотелось умереть, но выбора не оставалось. Или она, или сестра, третьего не дано.

Она шумно выдохнула застывший в легких воздух и, смиряясь со своей участью, согласно кивнула.

— Вот и отлично, — удовлетворенно отозвалась кошка и указала тростью на стол. — Одежду клади вот сюда. Сейчас придет Вибек, и мы закончим.

Эйлит закрыла глаза и, совсем отупев от страха, принялась стаскивать с себя робу.

***

Когда в залу зашла Вибек, Эйлит — нагая — стояла у колонны-лотоса, закрывая дрожащими руками срам. Настоятельница сидела на стуле, закинув ногу на ногу, и без особого интереса наблюдала за действом.

— Мы так всю ночь провозимся, — проворчала она, стоило Вибек чуть замешкаться у стола с ящиком, раскладывая какие-то свертки.

— Да, настоятельница, — кивнула девушка, взяла белоснежный бинт и подошла к своей жертве. — Старайся не шевелиться.

— Зачем это все? — без особой надежды спросила Эйлит. — Что вы будете со мной делать?

— Это часть ритуала, — бесстрастно отозвалась Вибек. В глазах ее не было ни капли сочувствия, только раздражение и усталость.

— Какого ритуала?

— Замолчи! — прервала настоятельница и сложила ладони в молитвенном жесте. — О ты, безмолвный царь далеких звезд…

Эйлит прошиб пот. Вибек же наклонилась и принялась по-паучьи быстро бинтовать ее ноги, начиная с щиколоток. Раз, раз, раз, раз — и вот уже под белой тканью скрылись колени.

— Пожалуйста, не надо, — попросила Эйлит, чувствуя, как горячие слезы текут по щекам.

— …услышь мои слова, рабы твоей, и прими грешную дочь свою в небесное царствие…

— Пожалуйста…

— Хватит рыдать! — скривилась Вибек и ткнула Эйлит в живот. Удар оказался не сильным, но неожиданным. Капли слез упали Вибек на лицо, и она с ненавистью смахнула их. — Еще раз дернешься — пожалеешь, поняла?