Запретное желание магистра. Малахитовое пламя

Глава 1. Мистер Баран

Карина

— Полевая практика? Вы серьезно, мисс Лорендел?

Темные глазища мужчины, которого я предпочла бы избегать до самого выпуска, уставились на меня с искренним удивлением.

Каждый год глава факультета Некромантии и Черной магии, профессор Кассиан Хард, очаровывал наивных абитуриенток сладкими речами, безупречными манерами и невероятной харизмой. Но после года обучения под его командованием пелена влюбленности испаряется окончательно, и взору предстает педантичный, жесткий, суровый и упрямый баран, ставящий на первое место работу, а не любовь, в которую, к слову, совершенно не верит.

Впрочем, я избавилась от глупых чувств гораздо раньше — постоянные запреты и надзор к концу первого семестра не оставили от бабочек в животе ни крупинки. И даже спустя четыре года учебы в академии Векросхолл ничего не изменилось: ни мои чувства, ни раздражающее поведение профессора. Все это время он буквально следил за каждым моим шагом, исключал из расписания практики, если они казались ему шибко опасными, заменял на дисциплины, лишь косвенно касающиеся моей специальности. Первым являлся в лазарет, когда я получала травмы на тренировках по боевой магии, сопровождал в город на выходных, а если был занят — отправлял со мной своих прислужников.

В общем, делал абсолютно все, чтобы я не влипла в смертельные неприятности. И пока остальные адепты готовились сражаться на передовой, я училась готовить зелья, исследовала артефакты, изучала древние руны, созвездия и прочие магические науки, мало чем способные помочь будущему некроманту.

Можно сказать, искусство черной магии прошло мимо меня. Хотя, как и полагается, после четырех лет обучения я получила чин адепта-легионера и теперь могла пополнить ряды королевской армии.

Могла, но не сделала этого. Конечно, я пошла дальше, стремясь обзавестись званием магистра, ведь сражающаяся с мертвецами девушка — самый страшный сон моего отца.

Как раз таки из-за его страхов профессор Хард столь яро оберегал меня от всякого рода опасностей. Я, разумеется, знала, что магистр верен королю... Но кто бы мог подумать, что настолько сильно?

— Простите, профессор, — тихонько прокашлявшись, я выпрямилась, придавая своему виду чуть больше уверенности. — Но что вас смущает в моем желании сопровождать адептов третьего курса во время практики? Уже каждый из моей группы не единожды выступал в роли сопровождающего и проводил тактические занятия. Разве не в этом заключается мое обучение как будущего магистра?

— Именно в этом, — кивнул мужчина, и с его лица пропал всякий намек на удивление. Сложив на груди руки, он присел на край стола, выглядя при этом гораздо беззаботнее, чем мгновение назад. Будто я уже проиграла в битве, которую затеяла против него. — Как раз поэтому я никоим образом не запрещаю вам проводить теоретические занятия. Ради всех богов, мисс! У нас жуткая нехватка теоретиков.

— Но я не хочу вести одни лекции! — заявила громко и тут же сжала кулаки, чтобы умалить бурлящий в венах гнев. — Мое призвание — боевая некромантия. И во втором семестре я намерена избрать ее основной специальностью.

Глаза магистра неожиданно сузились — он посмотрел на меня как-то не по-доброму, словно я ступила на тонкую грань его терпения. По плечам и спине мигом побежали колкие мурашки.

— Ни к чему зачинать бессмысленный разговор, — ровно проговорил он. — В любом случае вывод останется прежним: полевая практика не для вас. Особенно сейчас, в непростое для нашего королевства время.

— Но почему?!

Я крепко сжала кулаки, с трудом сдерживая негодование, норовящее вырваться из меня малахитовым огнем. Нельзя допустить, чтобы я потеряла контроль из-за такой мелочи, вроде упрямства Харда, иначе это в мгновение ока запятнает мою студенческую репутацию. Нет ничего хуже для академии, чем неконтролирующий себя маг. Так можно и звания лишиться, и завершить обучение раньше срока...

— Если вы не запамятовали, мисс Лорендел, ваш отец — король, — голос упрямого барана был таким невозмутимым и серьезным, словно его слова имели значительный вес. — Он не погладит меня по голове, если я отпущу его дочь «побеседовать» с живыми мертвецами.

— Формально он мне не отец, — бросила приглушенным голосом, почувствовав, как горечь обожгла изнутри грудь. Темная бровь Кассиана Харда изогнулась, и я постаралась прогнать из сердца совсем некстати вспыхнувшую обиду. — Вы прекрасно осведомлены о тайне моего рождения. Я даже на престол не претендую, так к чему ограничивать мои движения? Поранюсь, погибну... Какая разница, если я всего лишь бастард?

— Разница существует для вашего отца, мисс, — вежливая улыбка тронула мужские губы. — Может, вы и не наследная принцесса, но монарх дорожит вами. Задумайтесь, если бы он вас не любил, уже давно бы пустил в свободное плавание.

Ложь. Правда была совсем иной.

Это не любовь. Это страх, что я встану костью в горле, когда придет время передавать трон и корону одному из законорожденных детей. Отец всего-навсего боится, что я посмею заявить права на престол и этим принесу в королевство смуту. Потому и приглядывает за мной, не позволяя стать сильнее, чем он или один из его отпрысков...

Конечно, дети-некроманты — горе в семье. Многие подобные мне не доживают и до тридцати, поскольку боевые маги чаще всего сталкиваются с опасностями — как в академии, так и за ее пределами. Королю проще было бы забыть о моем существовании и не препятствовать несколько безумным желаниям, ведь я в любой момент могла стать одним из тех, с кем мы боремся. Умертвием.