Зараза (не) для магистра, или Истинная для дракона

Глава 14.

— Тесса, ты понимаешь значение слова “осторожна”? - мягко начал магистр.

— Да, декан.

— Тогда почему, демон тебя побери, ты обнималась с дррраконом?! - вот теперь в его голосе прорезалось настоящее рычание.

А я что? А я ничего… Сижу, платье поправляю.

— Ничего я с ним не обнималась. Просто они у вас какие-то тактильные очень.

— Тактильные?!

На минуту мне показалось, что зрачки декана вытянулись, а радужку заполонило пламя.

— Ну… Прикосновения любят. И вопросы неприличные. Особенно эта ваша, как её…

— Амелия. Она прямая. От неё можешь угрозы не опасаться.

Ага, как же! Эта самая Амелия вон как ему на шею бросилась. А я для неё что - ничего. Человечка!

— Тесса, ты должна понимать, что неуставные отношения на территории Академии…

— Позволены только некоторым? - не успела я удержать язык за зубами, намекая на страстную драконицу.

— Не с драконами, мышка. Они жуткие собственники. И никогда не отдают своё! - загадочно добавил Грегор Амато.

Сказала бы я тут насчёт собственников, но сумела промолчать (не иначе, как молитвами Светлой!).

— Я не собираюсь заводить отношений с драконами, магистр…

Именно в этот момент дракончик на руке больно цапнул меня.

Аж слёзы подкатили к горлу.

Вот вредное существо! Никакого сладу с ним нет…

— Иди уже, - сжалился надо мной лорд Амато и отпустил.

Чем я и воспользовалась, упорхнув из его кабинета. Уже на выходе слышала какое-то ворчание про “заразу” и “наказание на мою голову”.

Однако день и не думал становиться лучше.

Не успела я добежать до своей комнаты (в очередной раз), как была поймана Винсом.

— Мелкая, стой.

Плохое предчувствие охватило меня…

— Там мать приехала… И не одна.

Сердце упало в пятки.

Кажется, я знаю, с кем она приехала.

— Дай угадаю, требуют меня?

Винс опустил глаза.

И я медленно поплелась в так называемую “комнату свиданий” - кабинет в крыле магистров, в котором всегда дражайшие родственники встречались со своими любимыми чадами.

Но так было не со мной.

Мать приезжала обычно к братьям. А я просто мебелью сидела на жёсткой софе и старалась “не уронить графскую честь”.

Это, конечно же, была цитата матери.

При входе в комнату я затормозила. Огляделась по сторонам в поисках какого-то оправдания, чтобы не входить…

Но не нашла ни одной уважительной причины.

И открыла дверь.

В кресле, вальяжно развалившись, заседал барон Манфред. Грузный мужчина с залысинами и маслеными глазками, заулыбавшийся при виде моих оголённых ног.

Вот же дурында!

После этого взгляда я точно буду отмываться год.

Брр!

Рядом, на диванчике, сидела моя мать, Моника Альбрез.

Истинная голубоглазая и светловолосая леди. Ни капли не похожая на меня. И не только внешне.

Её глаза опасно сузились при виде моего платья.

Конечно, туалеты матери всегда выглядели безупречно: вот и сейчас её бежевой дневной костюм идеально оттенялся белой пеной кружева, а шляпка прикрывала ровно столько, сколько должна была. Даже перчатки матери веяли пренебрежением ко всему “низкому”.

На её фоне я казалась сельской выскочкой.

Однако сейчас я больше боялась не её.

— Тессалия! Барон Манфред желает поговорить с тобой.

Графиня изящно встала и пошла к выходу.

Я бросила на неё умоляющий взгляд. Надеясь, что хоть какие-то крохи любви к своему ребёнку в ней остались…

Но мать даже не обернулась.

Я же была в шоке.

Да это пренебрежение всеми светскими правилами! Незамужняя девушка не может оставаться один на один с мужчиной.

Ещё и в замкнутом пространстве.

Я начала отступать к двери…

— Тессалия, дорогая, тебе нечего бояться!

Барон попытался улыбнуться и обнажил свои пожелтевшие из-за обильного курения трубки зубы.

Я отошла ещё дальше.

— Право, барон, разве можно так? В нарушение этикета…

Старик грузно поднялся с кресла и двинулся в мою сторону.

— Но ведь мы с тобой почти женаты! Нам нечего стесняться. Так ведь, дорогая?

Я молчала, со всей силы сжимая в руках подол платья.

А масленый взгляд тем временем бессовестно гулял по мне: заглядывал в вырез, очерчивал фигуру.