Зарецкие записки

Алкопунш

— Где там Мила запропастилась? Она должна была приехать час назад.

— Мила приехала давным-давно. Она заявила, что мы расставили еду не по феншую и переставляет тарелки.

— Отлично. Алекс?

— Подключает колонки и иллюминацию.

— Ага. А где…

— Яра ему помогает. Перестань суетиться и сиди спокойно, а не то я все брошу и уйду вниз.

— Все-все, успокоилась, — я подняла руки в жесте «сдаюсь», затем сложила их на коленях. Сидеть спокойно было очень сложно — от волнения меня слегка потряхивало, а еще не отпускало ощущение, будто если я не буду контролировать все процессы приготовлений, ребята все испортят. — Долго еще?

— Почти закончила, — пробормотала Диана — из-за шпилек, которые она держала по рту, я с трудом разобрала слова. — Если бы ты не вертелась, было бы куда быстрее.

  Денисова колдовала над моей головой, вытягивая волосы утюжком. Вечеринка должна была начаться совсем скоро — из гостиной вдруг загремела музыка. Дверь приоткрылась, и в комнату проскользнула Мила. На ней было короткое розовое платье и туфли на высоких каблуках, в волосах — серебристый ободок.

— Ну, как вы тут, девчонки? — остановив взгляд на мне, девушка одобрительно цокнула языком: — Неплохо, подруга! Одолжишь номер стилиста?

— Уфитительно, но я фуф не пфи тем, — сказала Диана. Мила вскинула бровь. Выплюнув шпильки на ладонь, Денисова повторила: — Удивительно, но я здесь не при чем. Катя категорически отвергла мою помощь и надела, очевидно, первое, что вывалилось из шкафа, и лишь по счастливой случайности эти вещи оказались сочетающимися.

— Не ворчи, — я завела руку за спину и похлопала подругу по коленке. — Я ценю твое желание помочь, но, по-моему, я и сама неплохо справилась.

— Определенно, — кивнула Мила, заглядывая в зеркало и перекидывая кудрявые волосы за спину. — Ну что за красотка, а? Ладно, девочки, побежала — уже приходят первые гости. Толик должен приехать с минуты на минуту, а пиццу еще не привезли, представляете?

— Там и без пиццы есть чем полакомиться, — успокоила ее Диана. Это была правда — столы ломились от канапе, имбирных пряников, яблок в шоколаде и карамели, мандаринов и прочей новогодней еды, а барная стойка, установленная Алексом на скорую руку, была уставлена графинами с безалкогольным пуншем, глинтвейном, соком и газировкой. Толь предупредил, что если жюри, которые придут оценивать нашу вечеринку, обнаружат на ней алкоголь, баллы нам за это никто не добавит (правда, затем он подмигнул и сказал, что постарается спровадить их пораньше, и тогда мы вольны делать все, что заблагорассудится — лишь бы никто не умер). — Я закончила, можешь любоваться.

    Я вскочила со стула и в мгновение ока оказалась у зеркала. Подруга выпрямила мои волосы, и теперь они спадали на спину не легкими завитками, как обычно, а глянцевой волной, и были закреплены шпильками на затылке. Новая прическа прибавила мне пару лет и сделала меня будто солиднее — мне, надо сказать, понравилось.

— Я все еще считаю, что тебе придется пройти курс «Как одеваться на вечеринку», — недовольно проворчала Диана, сворачивая шнур утюжка, — но не могу не признать, что выглядишь ты неплохо.

— По-твоему, лучше было надеть то красное блестящее платье, которое ты так упорно мне предлагала? Нет уж, спасибо. Я же организатор, как-никак, и должна выглядеть соответствующе.

— В таком случае, у тебя получилось, —- Денисова отвернулась, чтобы скрыть одобрительное выражение лица. — Но мне кажется, все-таки очень по-деловому.

   На самом деле подруга была права: вместо праздничных нарядов, которые она пыталась мне подсунуть, я надела короткий черный топ с открытой спиной и длинными рукавами, шорты с шахматным узором, черные гольфы чуть выше колена и любимые армейские ботинки на шнуровке. Накраситься дома я не успела, поэтому обернулась к Диане:

— У тебя есть помада? Кажется, я выгляжу очень бледной.

— Ты побледнела от волнения, — со знанием дела заявила подруга, роясь в сумке. — Держи.

    Денисова протянула мне два косметичку, до отказа забитую палетками, флаконами и тюбиками. На скорую руку мазнув по ресницам тушью и накрасив губы темно-вишневым цветом, я повернулась к Диане и шумно чмокнула воздух у ее щеки, чтобы не испачкать подругу помадой:

— Ты – чудо!

— Тоже мне новость, — Денисова оправила свое синее бархатное платье и кивнула на дверь: — Пойдем?

    Холл первого этажа и гостиную уже наводнили ученики: кто-то танцевал, кто-то совершал налет на стол с закусками, кто-то целовался за елкой — я хмыкнула, узнав Юлианну и Русю Мехова. Сбежав по ступеням и оставив Диану за главную, я отправилась на поиски Яры и Алекса. Эти двое обнаружились в прихожей — Алекс заносил в дом целую башню коробок с пиццей, а Громова, нервно теребя в руках красную новогоднюю шапочку, разговаривала с Толем. Директор, кажется, только пришел — он уже снял пальто, но темные волосы, уложенные, как всегда, идеально, были припорошены снегом. Бросив взгляд в настенное зеркало и поправив прическу, я направилась прямо к ним.

— Добрый вечер, Зарецкая, — кивнул директор, протягивая мне руку. — Милания уже получила свою долю похвалы, теперь твоя очередь. Вы постарались на славу. Честно говоря, я думал, ваша затея провалится, но должен признать, получилось весьма…