Зарисовки о Вечности

Зарисовки о Вечности 13-26

13.
… Он курит на лестничной клетке, хотя бросил десять лет назад. Курит не табак — паузу. Между вдохом и выдохом помещается целая жизнь, которую он так и не прожил. Стены пахнут жареным луком и старостью. Он думает, что всё ещё может было иначе, но это неправда. И он это знает.

14.
… Она говорит слишком много, когда боится тишины. Тишина сразу выдаёт — она пуста. И пустота, которая давно подписала договор аренды. Она улыбается, шутит, разливает чай. Чувства остывают быстрее, чем чай.

15.
… Он не прикасается. Даже когда можно. Особенно когда нужно. Его ладони — архивы несбывшегося. Нежность подушечки безымянного пальца. Он знает: если дотронется, всё станет реальным, а реальность он не выносит. Поэтому остаётся голос, взгляд и эта стена вежливости, похожей на трусость.

16.
… Иногда ей кажется, что она — всего лишь черновик. Не версия, не окончательный текст, а лист, на котором пробуют почерк. Потом скомкают. Не лист. Душу. Но в эти секунды, когда он смотрит чуть дольше обычного, она почти верит, что может стать книгой.

17.
… Любовь здесь не случилась. Случилась не любовь. Не она. Токсик. Ага. Да.

Было приближение, напряжение, электричество в воздухе. Разряд. Так искренне и так красиво. На разрыве. Много многоточий. Самые болезненные истории — те, которые так и не стали историями.

18.
… Они молчат вместе. Это редкая форма близости, доступная не всем. Но даже в этом молчании он где-то дальше, глубже, за стеклом. Как музейный экспонат: смотреть можно, трогать — нельзя, понять — не понять. Раствориться. Потерять себя. Ошибочный путь.

19.
… Она пишет ему длинные сообщения и стирает их. Оставляет одно предложение. Потом одно слово. Потом точку. Точка получается честнее всего. Он читает и не отвечает. И это тоже ответ.

20.
… Его одиночество не кричит. Оно аккуратно сложено, подписано и разложено по полкам. В нём нет хаоса, только строгий порядок. Поэтому туда так трудно попасть — и так легко потеряться, если всё-таки вошёл.

21.
… Она засыпает с мыслью, что завтра станет проще. Завтра всегда удобная дата. Завтра можно быть смелой, свободной, не нуждающейся. Но утро снова приходит сегодня, и всё начинается сначала.

22.
… И картинки вам правильные прилетают из эфира, только они не из реальности. А просто из моей тьмы.

23.
… Она ловит себя на том, что ждёт не человека, а состояния рядом с ним. Это пугает. Значит, он — не цель, а средство. Но отказаться поздно: зависимость уже названа любовью. Хотя это просто болезнь.

24.
… Он уходит без драм. Просто становится менее доступным, менее тёплым, менее. Уменьшается до воспоминания ещё до того, как исчезнет. И это самое жестокое — прощание без слов. А через год приходит сообщение: "Да и тела не будет, девочка, моего. Ты всё сделала правильно. Заблокировала. Ты должна сделать это была раньше, я рассчитывал после первых моих сообщений пошлых. На тот мой номер более ничего не пиши и не звони. Телефон не у меня. Здоровья тебе, счастья личного, любви, добра. Маме поклон."

25.
… Она понимает: её тянет не к нему, а к глубине, которую она в нём придумала. Или нет. Он — повод. Проекция. Удобный экран для собственных бездн. Осознание приходит поздно, как всегда. Хотя в этот раз всё вовремя.

26.
… Иногда он почти счастлив. В эти моменты он особенно опасен — кажется живым, настоящим, открытым. Хочется поверить: "ты не одна, и надежду не придётся хоронить".