Защита Лужиной

Глава 10

В кабинете биологии классная руководительница Мария Ивановна, поправляя очки на переносице, уже выводила мелом на доске тему урока.

– Лужина! – Учительница обернулась, чуть не задев рукавом только что написанное слово «митохондрии». – Где ты пропадала?

– Я… – Голос сорвался. Нюся сглотнула, пытаясь выдавить из себя нужное. – Ну… Я в столовой… дежурила. Проверяла чистоту столов.

Мария Ивановна хмыкнула, окинув ее взглядом с головы до ног — раскрасневшуюся от бега, с растрепанными волосами и дрожащими руками.

– Садись. После уроков зайдешь ко мне.

Вот и привычная парта. Твердая надежная скамейка. Задний ряд, никто из одноклассников на тебя не смотрит, а сама ты видишь только затылки. Если, конечно, они не оборачиваются…

Нюся отодвинулась подальше от соседки по парте, Таньки Беловой, и уткнулась в тетрадь, стараясь не смотреть на Лиду, которая что-то шептала Светке, тыча в Нюсину сторону ручкой.

Плечи все еще ныли от Диминых пальцев. Наверное, еще и синяки останутся. И от пуговицы…

Нюся потрогала лоб. Но все же лучше, чем падать носом в пол. Она потерла плечо, словно стирая с него следы сегодняшнего утра. Однако ей все равно казалось, что тот полузнакомый запах до сих пор держится в носу. И напоминает о том, как бывает здорово неожиданно оказаться прижатой к чужой груди. Пусть даже и холодная пуговица при этом больно втыкается в лицо.

Оказывается, в школе может быть кто-то, кто не смеется, когда тебе ставят подножку и ты падаешь. И даже ловит тебя, помогает, не дает удариться об пол.

Проходя мимо спортзала на большой перемене, Нюся услышала за спиной:

– Эй, Лужина!

Дима стоял, прислонившись к стене, и держал в руке держал красную повязку.

– На, это твоя. Лежала у входа.

Нюся молча кивнула. Слова благодарности застряли у нее в горле.

Дима тоже больше ничего не сказал. Только когда Нюся уже разворачивалась уйти, бросил вдогонку:

– А ты молодец. Не боялась в морге.

Нюся остановилась, не в силах поверить услышанное. Обернулась – но он уже уходил, засунув руки в карманы. Ученический пиджак обтягивал Димины плечи, будто подчеркивая их ширину.

– Спасибо, – прошептала наконец Нюся. Но он, конечно, не услышал.

Уроки пролетели как в тумане. На географии Нюся машинально чертила контуры материков, а перед глазами стояли плитки кафеля из морга – такие же холодные, как ее страх. И такие же однообразные, как школьные будни.

На химии, смешивая растворы, Нюся вдруг представила себе, как ядовитая Лидина улыбка растворяется в пробирке, оставляя за собой прозрачную жидкость. И никакой лакмусовой бумажке ее не обнаружить!

А когда прозвучал звонок с последнего урока, Нюся, собирая портфель, услышала за спиной шепот:

– Слышала, Смоляков за нее заступился? Может, она ему нравится?

– Кто, Лужа?! Да брось, он же с Лидкой Загорской дружит…

Нюся резко захлопнула крышку парты. Эти сплетни были хуже открытой насмешки. С подчеркнуто безразличным лицом она вышла в коридор и только там ускорилась и буквально влетела в кабинет биологии. Мария Ивановна, классная руководительница и по совместительству учительница биологии, что-то писала в толстой тетрадке.

– Садись. – Нюсе указали на стул. – Так почему не была на дежурстве? Отвечай честно!

Нюся сжала кулаки под столом. Сейчас. Сейчас она все выложит. Про Лиду, про подножки, про маму… Но губы будто склеились, и размыкать их было очень трудно.

– Я… – Голос дрогнул. – Ну я… помогала в столовой… старшему по дежурству…

– Ладно, – кивнула Мария Ивановна. – Не буду ставить тебе опоздание. Но в следующий раз постарайся не опаздывать. Иди.

Попрощавшись, Нюся быстро выскользнула за дверь.

«Уф, пронесло!» – подумала она. Было немножко стыдно, что пришлось соврать. Но Дима же сам предложил? Нельзя его подставлять, это было бы несправедливо… Вообще, неважно, правду сказала классной Нюся или нет, главное – что Дима хотел ей помочь. Сам захотел!

Мысли скользнули дальше в прошлое. Как он сказал, что Нюся молодец и что она не испугалась в морге. Подумаешь, морг! Было бы чего бояться… Хотя странно: все-таки это такое холодное и неприятное место, да и на улице – конец ноября, снова валит снег и замерзли все лужи, а вот Нюсе тепло. Просто от мыслей о том, что случилось.

Она шла домой и по одному доставала из кармана ржаные сухарики, о которых вспомнила только теперь, и на каком-то из них вдруг осознала, что сегодня впервые за долгие месяцы школа не показалась ей клеткой или даже тюрьмой. Несмотря на все подножки, насмешки, сплетни. Осознала – и широко улыбнулась.

Декабрь затянул школу в морозное марево. В преддверии Нового года окна классов украсились самодельными бумажными снежинками, а школьные коридоры – гирляндами из цветной бумаги.

После урока биологии, протискиваясь через толпу у шкафчиков, Нюся услышала за спиной знакомый голос: