Защитница Хэштара

Глава 13.

Граймс не находил себе места. Скоро он просто переселится на это чертово поле. Возьмет охапку сена и устроится рядом с драконом. Он забыл, когда нормально мылся и спал, забыл, как выглядит его спальня. Одна радость – дракон, наконец, заткнулся. Вчера утром просто замолчал, сложил огромные лапы на пузе, и весь день блаженно щурился на солнце. Теперь, когда он успокоился, лекари смогли выяснить, почему зверь сидел в Хэштаре и не нашел похитителей сам: цепи, наполненные магией, повредили крылья, которые никак не заживали. Видимо, их заклинал кто-то очень сильный, потому что задача сдержать дракона уже из ряда невыполнимых, а чтобы не просто сдержать – навредить  - надо обладать необыкновенной силой.

Впрочем, все это не касалось Темного. Хэштар не вмешивается в чужие дела, самое главное безопасность города и его жителей. Дракона спасли, дали время вылечиться и оправиться от ран, из-за дракона два Защитника находятся неизвестно где. Взамен зверь щедро делился только одним – своим дерьмом. Крестьяне с тележками целыми днями сновали по полю, увозя столь ценное удобрение по полям, спасая членов Совета, Защитников и лекарей от куч навоза и вони. Они же нарушали весь режим тренировок, потому что гадил дракон много (и жрал не меньше), и вереница крестьян не редела. Граймс вздохнул. Одна надежда, что урожай в следующем году превзойдет все ожидания, но до этого еще надо дожить.

Общаться со зверем тоже было тяжело. Разговаривал он мало и свысока, всем своим видом давая понять: они не ровня. Но магу уже  было все равно. Он больше сидел молча. Дракон поглядывал на Граймса с интересом, как на забавного зверька. Рассматривал, ехидно ухмыляясь своей огромной мордой, чем неимоверно бесил Темного.

Дана ушла почти 4 дня назад. Два опытных Защитника – уже большая потеря, больше никого в погоню не отпустили, хотя желающие были. Лиар явился на следующий день после ведьмы. Он пришел в бешенство, когда узнал, что Дана ушла. Кидался на магов из совета, грязно ругая их беспечность и трусость, Граймс еле его уволок, клятвенно обещая, что все будет хорошо. Когда они были уже далеко от толпы и стояли, тяжело дыша, Лиар вдруг со всей силы врезал Темному кулаком по лицу.

- Как ты допустил? Женишок! – сплюнув под ноги, он резко развернулся и ушел, оставив мага валяться на земле.

Граймс скривился, потрогав щеку. Мало ему было синяка под глазом, теперь он расползся еще и на щеку до самого подбородка. Маг чувствовал себя мальчиком для битья, даже в детстве он ни разу не ходил таким синим, как сейчас.

У четвертого портала послышались крики. Повернувшись, Граймс увидел знакомую хрупкую фигурку. У ног ведьмы лежали мешки и ведьмак на носилках. Лекари уже бежали к нему. Девушка подхватила два огромных мешка, раздраженно отмахнувшись от лекарей, и направилась к дракону. Тот устроился поудобнее, поерзав огромным задом на куче сена. Девушка подошла, раскрыла мешки и почтительно отошла на шаг назад. Глаза дракона засияли. Содержимое мешков медленно поднялось в воздух и двинулось к своему хозяину. Встали на место рога, закрыли оголенную кожу чешуйки. В воздухе полыхнула магия, и вот дракон уже мотает рогатой головой, а по чешуе проходит волна света. Казалось, зверь засветился изнутри.

Дана опустилась на колено.

- Что прррросишь? – пророкотал дракон.

- Домой хочу, - устало ответила ведьма. – И чтобы там меня ждала горячая еда, ванна с горячей водой и теплая постель. И чтобы никто не беспокоил, пока не высплюсь.

- И все? – прищурился зверь.

- Помочь тебе великая честь, о, прекрасный дракон, - склонила голову ведьма. – Мне хватит и этого.

Дракон с минуту задумчиво рассматривал девушку, потом пожал плечами, стукнул огромной лапой по земле, и Дана пропала.

- Крррасивая, - сказал дракон куда-то в пространство.

Стоящие рядом закивали головами. Дракон молча думал, потом так же сам себе сказал:

- Пусть.

Что он имел в виду, объяснять не стал. Пусть и пусть. Его и не спрашивали. Убедившись, что дракон получил, что хотел, маги направились к Турану. Ведьмак лежал в лечебнице, вокруг него суетились лекари. Он был сильно избит и слаб, поэтому расспросы отложили на попозже.

Теперь Граймс мог отдохнуть. Первый раз за неделю он, наконец, отправился домой.