Заслужи меня, если сможешь

Глава 1. Давид

— Я не знакомлюсь, — грубо бросает эффектная брюнетка с надменным взглядом.

— В мои планы это и не входило, — спокойно отвечаю я.

Она фыркает, собираясь отвернуться, но крючок уже заброшен.

— Я просто долго смотрел на вас…

— Это я замети…

— Не стоит меня перебивать.

В одно мгновение мягкость моего голоса сменяется сталью. В такой момент женщины всегда замолкают. И эта тоже.

Неторопливо достаю из кармана бархатную коробочку, наблюдая, как в ее взгляде напряжение смешивается с интересом. Она внимательно следит за моими руками, при этом стараясь не ворочать головой и сохранять горделивую осанку.

Я называю таких «акулами». Сегодняшняя грубиянка за столиком напротив ­­– точное попадание в типаж. Идеальный макияж с острыми стрелками, длинные черные волосы, губы, в которые вкачано целое состояние, и декольте, выставленное как витрина дорогого бутика. Тут даже не пахнет душевностью, зато сразу читается ценник. И это идеальный холст для моего «творчества».

— Я долго смотрел и понял, — продолжаю я, понижая тембр до вибрации, которую она точно ощутит кожей. — На вашей прекрасной груди не хватает лишь моей метки. Пусть пока это будет небольшой бриллиант.

Я поднимаюсь из-за своего столика, обхожу «акулу» сзади и почти прижимаюсь бедрами к ее спине. Она даже не отстраняется, ведь жадность и любопытство всегда сильнее гордости. Неторопливо достаю кулон из коробочки, расстегиваю цепочку.

Мой друг, занимающийся огранкой, называет такие камни «мусором» из-за микроскопических дефектов. Для него это действительно брак. А для меня – мощный инструмент, дешевый блеск которого слепит глаза, отключая мозг.

Пальцами касаюсь ее горячей шеи и чувствую, как бешено колотится сердце.

Вдруг возникает мелкая нелепая заминка: замок подвески не слушается. Руки на долю секунды теряют уверенность, и, хотя лицо остается спокойным, липкий тошнотворный страх поднимается откуда-то из живота и на мгновение перекрывает дыхание.

Сейчас она досадливо отстранится, и вся сцена рухнет.

Но, нет. Она сидит и ждет, как завороженная.

Секунда концентрации. Щелчок. И холодный камень ложится точно в ложбинку.

Моя.

Я наклоняюсь к ее шее, вдыхаю запах кожи. Он неожиданно сладковатый, с нотками молока. Пахнет детской смесью или чем-то другим похожим.

Не то.

Внутри мгновенно вскипает раздражение. Я почти морщусь, но тут же гашу это ощущение. Неважно.

Девушка неловко касается камня, резко одергивает руку и замирает. Ее подруги замолкают и, как будто не зная, как правильно реагировать, просто растерянно смотрят по сторонам. Стандартная картина.

Я возвращаюсь за свой столик и невозмутимо делаю глоток зеленого чая. Мое лицо больше ничего не выражает.

Дело сделано.

На секунду в голове звучит голос Мари: Ты же знаешь, Давид, это суррогат. Ты никогда не станешь по-настоящему счастливым от этих представлений.

Нет уж, мой дорогой душелекарь, сегодня я не настроен на твои нотации. Отстань и прекрати пытаться испортить мне удовольствие.

Я продолжаю наблюдать за оттенками взгляда брюнетки и сменой ее настроения. Вместо дерзости в нем появляется смесь непонимания, надежды, интереса и растерянности.

Вдруг она решает вернуть контроль и громко кричит:

— Это что сейчас было?!

Я даже не удостаиваю ее ответом и прошу официанта счет.

Брюнетка наигранно пренебрежительно смотрит на украшение, потом слишком громко произносит:

— Если он думает, что я сейчас побегу возвращать эту хрень, то очень сильно ошибается.

Подруги хихикают, поглядывая в мою сторону. А я уже успел заметить, как ее пальцы время от времени судорожно трогают камень. Теперь она будет рассматривать его весь вечер, гадая, кто я такой.

Не обращаю на них никакого внимания и собираюсь уходить. Рыбка уже на крючке.

Мне смешно смотреть на современных мужчин, которые жалеют для девушки тарелку салата или пытаются «завоевать» ее банальным букетом. На их фоне так легко выглядеть щедрым и особенным.

Моя схема проста и выверена до идеала: сначала дать женщине почувствовать себя исключительной, а потом заменить это ощущение своим равнодушием. Даже если изначально интереса у нее не было, тут он обязательно появляется. Ну, а меня они и вовсе всегда замечают сразу. Просто иногда решают поиграть, и я люблю делать первый ход. Это как в шахматах: черные начинают и выигрывают.

За последние несколько лет у меня не было ни единого промаха. И бриллианты здесь идеальные помощники. Своей твердостью эти камни напоминают меня. Но они пустые и холодные, а я умею чувствовать. Просто моя эмпатия работает на особом уровне: я вижу желания людей лучше, чем они сами.

Выхожу из кафе. В салоне автомобиля пахнет моим парфюмом. Это не магазинная бурда, а сложный холодный аромат, который создавался опытными мастерами. Мне нравится перебивать женский запах своим. Если все же решу дать шанс сегодняшней «акуле», это неприятное молочное амбре тоже исчезнет. Мой аромат быстро впитается в ее волосы, одежду, мысли. И она никогда не сможет забыть его даже после прощания.

Завожу двигатель. В висках звенит знакомая пустота, но я давлю ее нажатием на педаль газа. Она всегда приходит после победы. Раньше я мечтал, что мне встретится женщина, способная ее заполнить. А теперь почти уверен, что такой не существует в реальности.

Кладу руку на руль и замечаю, что пальцы слегка дрожат. Видимо, слишком много кофеина и мало сна.

Я снова победил. В моей жизни все идеально.

Мне не о чем беспокоиться.