Заставлю тебя полюбить

Глава 8

Лилия

Сжимая полотенце на груди, я смотрела на Мирона. В голове со скоростью света мелькали мысли, начиная с того, как давно я делала эпиляцию, и заканчивая – какого хрена?! Какого хрена он расселся на постели в моей комнате и пялится на меня?!

Щёки пылали. От природы кожа у меня была бледная, он наверняка заметил, что я покраснела, как варёный рак. От этого взгляда бы любая покраснела! Я не просто голой себя чувствовала, а словно бы он тоже голый, и расстояние между нами не несколько метров, а протяни руку и коснёшься.

— Куда я опаздываю, — выдавила я.

— На работу. — Он опять посмотрел на часы. — Но я о другом хотел поговорить. Кажется, мы не с того вчера начали.

— Согласна. Кажется, вчера вы меня отправили на аборт. – Вздёрнула подбородок. — Насильно. С учётом, что у меня пять месяцев беременности, это искусственные роды. Представляете? На головке ребёнка на этом сроке уже есть волосы. У него есть бровки, формируется эндокринная система. Ручки и ножки хорошо развиты, и он активно ими пользуется. Это маленький человечек, Мирон Фёдорович, которого вы приговорили к смерти. – Я выдержала паузу. – Это ваш племянник. – выдержала ещё одну. – Да, мы начали и правда не с того. А я всего-то хотела узнать новый номер Марка. Мне плевать, где он. В США или на Луне. Пока я не услышу от него, что не нужна ему, вы не убедите меня в этом. Можете крендельком свернуться и отплясать ча-ча-ча – не поможет.

— Мы не в цирке уродцев.

— М-м-м… Правда?

Я округлила глаза, на секунду забыв, что на мне лишь полотенце, а Мирону Добронравову в районе тридцати. Он богат, харизматичен и может превратить меня в пыль.

Он встал с постели.

— Хватит острить. Собирайся.

— И куда же? Снова повезёте меня избавляться от ребёнка вашего брата?

— Если мне не изменяет память, ты работаешь в «Добронравов Групп», то есть, на меня. Заявление на твоё увольнения я не подписывал. – Он смерил меня взглядом. – А я подписываю всё, что считаю значимым для компании. Каждая шестёрка сперва получает моё одобрение. И если кто-то хочет уйти, меня об этом ставят в известность.

— Сегодня же напишу заявление об увольнении.

— Право твоё. Но отрабатывать всё равно придётся. – Он опять посмотрел на часы. – Всё, хватит острить. У меня на это нет времени.

Я поджала губы. Можно подумать, это не он ко мне пришёл, а я к нему. У меня тоже на него времени нет с утра пораньше.

Мирон рассматривал меня, и я, как ни старалась скрыть смущение, не смогла. Даже злость не помогла.

— Ты работаешь в моей компании младшим менеджером по персоналу. Сегодня – рабочий день.

— И что дальше?

— Дальше ты выйдешь на работу.

Я приподняла бровь. То ли он не протрезвел со вчерашнего вечера, то ли не в своём уме. Брат Марка не только напыщенная скотина – он ещё и двинутый на оба полушария!

— Я не терплю прогулов, — прочеканил он, не сводя с меня глаз. – И опозданий тоже.

— Я же у вас в плену.

— С чего ты взяла?

С чего я, мать его, взяла?! Да хотя бы с того, что двери в этом доме отпирались только с учётом его желаний. Захотел – запер меня, захотел – дал глоток свободы.

— Так с чего ты это взяла?

— Вы сами так сказали.

— Я тебе такого не говорил. Ты сама так решила. – Его губы искривились – Бабская черта – накрутить в своих мозгах невесть что и свалить на других. Не прокатит, девочка. Не со мной, не надейся. У тебя двадцать минут – одевайся и спускайся вниз. Учти, опоздаешь хоть на минуту, я…

— Уволите меня?

— Нет. – Очередная пауза. – Сделаю так, что на тебя повесят внушительный долг, и ты будешь отрабатывать до конца дней своих. Как тебе?

— Вы – мерзкая сволочь! – процедила сквозь зубы.

— Допустим. Но это не меняет того, что ты на меня работаешь. Время, — постучал по запястью. – Не забывай о нём.

Я очнулась, только когда осталась одна. Вернулась в ванную, но что делать, не понимала! Я всегда знала, что мне делать! Знала, что поеду учиться в столицу, буду землю рыть, но получу хорошее образование и найду хорошую работу. Останусь в Москве, чего бы мне это не стоило. Но… Сейчас я прижималась плечом к двери и не знала ничего ровным счётом. Только что Мирон Добронравов – опасный, сволочной и дико привлекательный мужчина. И что я…

— Всё в порядке, — погладила живот.

Только малыш, кажется, знал, что я вру.

Время на сборы значительно сократилось из-за отсутствия выбора. Всё, что было у меня из одежды — вчерашняя блузка и юбка. Приехала я в больничном халате, но вещи нашла в комнате, хоть понятия не имела, как они туда попали.

Одевшись, посмотрелась в зеркало и, поколебавшись, подкрасила губы.

Мирон ждал в машине.

— Ты опоздала, — сдержанно сказал он.