Заставлю тебя вспомнить

Глава 4

Мирон

Наш с отцом разговор в третий раз прервал звонок от службы безопасности. В сущности, где сейчас главврач, меня не волновало, и сколько ему заплатила мать — тоже. Куда важнее было поговорить с Лилей. Марк не должен был выйти! Его «смерть» была идеальным решением для всех, прежде всего для меня и Лили.

— Он должен исчезнуть, — жёстко сказал я, только отец закончил говорить. — И на этот раз навсегда. Мне надоело, что его тень повсюду, отец! Поговори с мамой, и…

— Она не хочет со мной говорить.

— Так заставь её! Сколько ты будешь позволять ей делать то, что придёт в её больную голову?!

— Не смей говорить так о своей матери! Она не больна!

— Не больна?! — взревел я. — Она дала взятку психиатру Марка! Ты считаешь, что она не больна?! Довольно, отец!

Его губы сжались. Колкий взгляд из-под густых бровей говорил о внутренних противоречиях.

— Тебе сразу надо было сказать жене правду. Не нужно было придумывать эту историю со смертью Марка, и мне не нужно было тебе потакать.

— Не нужно было позволять матери прыгать перед ним на задних лапках! — с досадой отрезал я. — И спускать ей с рук истерики! Ей давно пора обратиться к психотерапевту! Может, теперь ты уже это поймёшь?! Её любовь к Марку — больная, как и он сам!

Отец промолчал. Он, мать его, сам всё знал, но не хотел признавать в открытую. Не надо было лгать Лиле! Да, не надо, но что сделано, то сделано. Нам всем стоило успокоиться и начать думать трезво. Только я ни хрена не мог. Рожа словно бы ещё горела после её пощёчины, крик звенел в ушах, взгляд обжигал холодом, а валяющиеся качели стояли перед глазами. Я всё же заткнул эмоции.

— Где он?

— Не знаю. Марк уехал сразу после вас.

— Уехал?! — гнев вырвался снова. — Ты просто отпустил его?!

— Да, Мирон, — взревел отец внезапно. — Я ничего не смог сделать! Ничего! Удержать твоего брата — всё равно что удержать зверя!

— Не называй его моим братом!

— Он — твой брат! — гаркнул отец. — И мой, — ударил себя в грудь, — сын. Каким бы он ни был.

Отец отвернулся, и до меня донёсся его выдох. Плечи его сникли. Он подошёл к окну и окинул город властным взглядом. Губы его горько кривились. Седины в его волосах за последние годы стало куда больше, но прежде я этого не замечал. Или не отмечал. Сейчас же он походил на короля — могущественного, но… оглядывающего своё королевство с горечью.

— Я упустил всё, — сказал он сдавленно. — Вас с Марком, Зою… Всё. Ты прав, сын. Мне нужно было сразу пресечь Зою, пока в этом был смысл. Нужно было заняться Марком, пока тот был мальчишкой. Я думал, что строю будущее, а по итогу… — он покачал головой. — Кому это будущее? — посмотрел на меня. — Кому, скажи? Эта девочка, Лилия… — он снова покачал головой. — Я-то думал, она прицепилась к Марку из-за денег. Но ей это не интересно. Я всё присматривался к ней, думал, хитрая такая, притворяется. Но нет, не притворяется. И девочка эта… Сашенька… нужны ей деньги мои, Мирон?

— Ты исповедоваться решил? Если так — это не ко мне.

Отец хмыкнул.

— Твоя мать устроила сцену. Это сбило меня с толку и дало Марку время. Теперь он будет умнее, я уверен.

Я тоже был в этом уверен. Марка всегда спасали животная интуиция и особенный дар выходить сухим из воды. Теперь же он будет настороже. Из приёмной раздался голос Саши, за ним — Кристины. Главное — не подпустить его к дочери. К моей дочери. Что же до Лили… Что делать с ней придётся хорошо подумать.

— Я приставлю к жене охрану, — сказал я отцу, и тот кивнул.

Посмотрел на время.

— У меня встреча с Назаровым. Хочу лично выслушать его отчёт. Хочу, чтобы он лично поговорил с каждым, кто сталкивался с Марком в клинике. Мне нужно знать, что в голове у моего сына.

Назаров раньше работал в службе безопасности «Добронравов групп», потом, в девяностые и двухтысячные, на отца лично. Теперь он выполнял поручения и мог отыскать то, что не могли другие. Например, правду. Только в случае Марка это было сомнительно. Но я не стал разубеждать в этом отца.

Мы вышли в приёмную, и Кристина подняла голову. На губах её играла улыбка, и отец улыбнулся ей в ответ, посмотрев на довольную Сашу. Но стоило ему обернуться ко мне, вернулась мрачность.

— На всякий случай, будь настороже, Мирон. Твой брат способен на многое. Приставь, как и собирался, к своей девочке охрану. Сегодня же. И сам не выезжай без телохранителя.

— Я не боюсь Марка.

— На всякий случай, Мирон. Хотя бы, чтобы мне было спокойнее.

Отец ушёл, и в приёмной повисло напряжённое молчание, нарушаемое только агуканием и радостным повизгиванием Саши. Кристина развлекала её яркой погремушкой, но улыбка её стала другой.

— Я нашла нескольких нянь, — сказала она. — Сегодня они придут на собеседование. Вы хотите лично поговорить с ними или это сделать мне?

— Я буду разговаривать с каждой сам. И мне нужна вся их подноготная — кто, откуда. Прошлые места работы, места учёбы, круг знакомых, интересы.