Затерянная академия Орлена

Глава 17

Случайно ли, или у моих ног были свои планы, но извилистые коридоры академии привели меня к дверям ректора. Как глупо! Совсем рядом была дверь с моей комнатой, куда я могла зайти, и забыть обо всём хотя бы на время. Впрочем…

Проще было бы устранить саму причину, чем возиться с её последствиями. А потому я вздохнула, и постучалась в дверь.

- Войдите! – тут же послышался ответ, и я зашла внутрь.

Он сидел за письменным столом, а позади него, прямо за окнами, бушевала непогода. Дождевые вихри били в стекло, молния посверкивала где-то вдалеке. Но в кабинете Орлена стояла тихая безмятежная обстановка.

В руках ректора была какая-то бумага, однако, едва я вошла, он тут же потерял всякий интерес к ней, и отложил её в сторону.

- Доброе утро, Эйли, - улыбнулся он. – Присаживайтесь.

От накатившей на меня неуверенности в себе я села на диванчик. Нет, всё-таки любые общения с ректором пора сократить до минимума. Не могу я вот так запросто вести с ним светские беседы.

- Доброе утро, - произнесла я и замолчала.

Почему-то сказать то, зачем я пришла, было крайне тяжело. Да и его внимательный взгляд таких пронзительно-зелёных глаз никак не способствовал разговору.

- Чего он так на тебя смотрит? – только теперь задался вопросом Ри-Эх. – Всё-таки он очень странный, этот маг.

Фамильяр был полностью уверен, что ректор его не видел, а потому осторожно осматривал пространство кабинета, и ему составляло больших усилий ничего тут не трогать. А мне составляло больших усилий прикусывать себе язык, чтобы не одёргивать его всякий раз, когда он слишком пристально рассматривал какой-то предмет.

Не следить за Ри-Эхом краем глаза было выше моих сил, а потому моё беспокойство не осталось незамеченным. Тактика Орлена молчать мне не понравилась, а потому пришлось начать разговор первой.

- Вы что, сделали перестановку? – спросила я, сама удивляясь той мысли, которая вдруг пришла мне в голову. – Здесь что-то изменилось.

- Нет, - ответил он. – А вы пришли сюда затем, чтобы сообщить мне о том, что в моём кабинете что-то изменилось?

- Нет, - нахмурила я брови. – Просто, стало как-то иначе.

- Скажите, - дружественно улыбнулся ректор, - а в вашей академии есть такая традиция: приходить к главе академии, и сообщать ему что-нибудь для него неочевидное?

- Вы смеётесь надо мной? – огорчилась я.

- Простите, - вздохнул ректор, и приложил ладонь ко лбу. – Я не хотел обидеть вас. Если у Лютариона не приняты подобные разговоры, то я не знаю, зачем он руководит своей академией. В любом случае, я рад вас видеть, и могу предложить вам чашечку кофе.

Боги! Как же мне хотелось кофе. И ведь до того, как он это произнёс, ни о каком кофе я и думать не смела, а теперь… Проклятье-то какое!

- Благодарю, - ответила я. – Но нет. Касаемо Лютариона ходит множество сплетен о том, что он очень злой и чопорный человек, однако, судя по тому мнении, что я успела о нём составить, всё это ложь.

- Возможно, вы и правы, - вновь улыбнулся Орлен. – Но вы так же должны знать, почему сплетни, словно легенды прошлого, окутали вашу академию, и почему Лютарион перестал соответствовать этим сплетням.

- А он перестал? – удивлённо спросила я, и тут же выругала себя за излишнее любопытство.

- Разумеется, - развёл руками Орлен. – Я хоть и не общаюсь с ректором Тёмной академии, но почему-то осведомлён гораздо лучше вашего. Неужели вы совсем не навещали беднягу?

- Нужды не было, - буркнула я.

- Понимаю, - кивнул ректор. – Тогда давайте я введу вас в курс дела? Вам ведь это не может быть безразлично?

Разумеется, мне было всё равно, почему ректор Тёмной академии вдруг стал добреньким и пушистым. но раз уж я сказала, что именно оттуда я явилась сюда, то нужно хотя бы попытаться сделать заинтересованный вид. Затерянная академия меня волновала гораздо больше, и ещё больше - где именно она находится. Хорошо бы как-то узнать у ректора, но так, чтобы он ничего не заподозрил.

- Конечно, расскажите! - ответила я, и еле слышно вздохнула. – История моей академии всегда интересовала меня больше всего.

Та доля сарказма, что была вложена в эти слова, кажется, была услышана Орленом.

- Историю делают люди, - проговорил Орлен. – Мой брат чем-то напоминает мне Лютариона. Такой же дерзкий, такой же вспыльчивый. Считает себя ответственным и всегда правым. И, знаете что? Он тоже стал другим. Изменился, хотя я ещё долго не верил в это.

- И что? Он стал мягче?

- Да нет, - отмахнулся Орлен. – Всё такой же сухарь, но уже более сбалансированный в плане характера. Ядро осталось тем же, это неизменно.

- И что же изменило вашего брата?

- То же, что и Лютариона, - ответил ректор. – Они нашли свою любовь, и у них больше нет права быть несчастными.