Затерянная между мирами

Глава 4

«Иди[УзМ1] » вдруг услышала Мира тихий шелестящий голос. Она обернулась, но, никого не увидев, решила, что ей просто показалось.

«Следуй за мной[УзМ2] » снова прошелестело над самым ухом.

Девушка вздрогнула от неожиданности. Мира никого не видела, но почувствовала, как воздух вокруг сгустился, стал тяжелее, плотнее, словно вот-вот разразится гроза. В комнате стало темнеть. Стены, окна, потолок — всё слилось воедино. Осталась лишь дверь, едва заметно подсвеченная призрачным светом. Мира подошла ближе, осторожно открыла её и выглянула в коридор, где царил полумрак.

«Скорее, следуй за мной» – снова услышала она шепчущий голос.

С одной стороны коридора было темно, а плотный тяжелый воздух не давал ей сделать и шага, а с другой — было чуть светлее и легче было дышать.

Закрыв за собой дверь, Мира, опасливо озираясь, двинулась в указанном направлении. Навстречу ей не попадалось ни души, лишь молчаливые слуги, словно тени, мелькали в полумраке коридоров. На ее робкие попытки заговорить с ними они никак не реагировали, лишь старались скрыться из виду, а потом и они перестали встречаться, словно кто-то невидимый оберегал ее от лишнего внимания.

Мира шла по тёмному коридору, освещённому лишь мерцающими огнями. В наступившей тишине она слышала лишь собственное дыхание, шорох одежды и тихий стук своих шагов. Мира ускорила шаг, стремясь поскорее выбраться из этого бесконечного лабиринта коридоров, который, казалось, разветвлялся всё глубже и глубже.

Девушка продолжала свой путь, переходя из одного коридора в другой, пока наконец не вышла в просторный зал, в конце которого возвышалась единственная массивная дверь, украшенная искусной резьбой и позолотой.

Мира подошла к ней и потянула за ручку, но дверь оказалась заперта. Девушка постучала костяшками пальцев по дереву и в ответ услышала глухой приглушённый звук, доносившийся изнутри. Отойдя в сторону, она развернулась, собираясь вернуться в свою комнату, как вдруг услышала тихий щелчок, а затем скрип открывающейся двери.

Первое, что Мира почувствовала, войдя внутрь, — это терпкий, пьянящий запах старых книг, наполнивший всё пространство. Едва она сделала шаг вперёд, как дверь за её спиной с глухим стуком закрылась, а замок зловеще щёлкнул, закрываясь. Девушка вздрогнула, но тут же забыла об этом, как только её взгляд упал на высокие стеллажи с книгами.

Вдоль стен стояли массивные шкафы, украшенные резьбой, такой же, как и на двери. Высокие стеллажи с книгами тянулись от пола до самого потолка, оставляя достаточно места для большого камина, над которым висели старинные часы с массивным циферблатом. На полу по обе стороны от камина лежали мягкие пушистые ковры. Небольшие диванчики, столики и кресла приглашали отдохнуть с книгой в руках. В глубине зала Мира увидела лестницу, ведущую на второй этаж, и проход в другие залы. Библиотека была огромна, безмерна.

Мира подошла к окну, чтобы попытаться понять, в какой части замка находится, но за окном виднелся лишь чудесный сад, полный цветущих деревьев и цветов, которые росли на клумбах и в огромных, искусно вырезанных горшках. Солнечный свет проникал сквозь витражные окна, отбрасывая причудливые тени и ложился на поверхности золотыми пятнами.Начало формы

Девушка медленно прошла вдоль стеллажей, бережно проводя кончиками пальцев по корешкам книг, наслаждаясь необычным ощущением. Казалось, что она прикасается к источнику знаний нового, неизведанного мира. Хотя… о старом мире она ничего не помнила. Но что-то или кто-то привел ее сюда… Она чувствовала, что именно здесь найдет ответы на мучившие ее вопросы, ответы, которые от нее так упорно скрывают, и вопросы, которые настойчиво игнорируют.

Мира не помнила, кем она была и чем занималась до того момента, как очнулась в этом замке. Но где-то далеко она ощущала невидимую нить, связывающую ее с кем-то незримым. Эта нить постоянно дергалась, не давая ей забыться, полностью раствориться в новом мире. Кто-то звал Миру, тосковал по ней, страдал в одиночестве. Боль и страдания этого человека, словно эхо, отзывались в её душе, причиняя острую физическую боль, граничащую с чувством невосполнимой утраты.

В памяти снова всплыло видение, навеянное Вацлавом. Она летела с моста в ледяную воду и неизбежно должна была погибнуть. Значит, тот, кто ее зовет, — близкий человек, оплакивающий ее смерть.

«Но ведь я жива! Вот она я! Как мне связаться с ним, как объяснить, что я жива?» — мысленно воскликнула она, стараясь не нарушать тишину библиотеки.

Продвигаясь все дальше вглубь зала, Мира с любопытством разглядывала корешки книг, исписанные незнакомыми символами. На стенах висели портреты. На всех — гордые мужчины и женщины, облаченные в белые одежды. В самом дальнем углу ее внимание привлек портрет молодой девушки в черном платье. Ее длинные темные волосы развевались на ветру. Печальное лицо было обращено прямо к Мире, словно девушка на портрете смотрела прямо ей в душу. И Мира не могла отвести от нее взгляд.

В руках девушка держала книгу в чёрном переплёте, инкрустированной камнями. Мира невольно шагнула ближе, чтобы лучше рассмотреть её, как вдруг в комнате стало нечем дышать, а за окном в небе вспыхнули яркие молнии, предвещая скорую грозу.

– Найди Санатана… – прошелестело над самым ухом.

И в этот момент одна из книг, стоявших на верхней полке, вдруг сорвалась с места и, плавно перелистывая страницы, опустилась на стоящий рядом столик. Раскрывшаяся книга замерла на странице с изображением старца. Мира взяла книгу в руки и внимательно рассмотрела портрет. Старик с длинными седыми волосами. Чуть нахмуренные брови. Глубокие, пронзительные карие глаза.

– Данияр поможет… – снова прошелестел таинственный голос, и книга тут же, словно повинуясь невидимому приказу, снова начала перелистывать страницы, пока не раскрылась на портрете невероятно красивого юноши. Он был чем-то похож на Вацлава: такой же серьёзный, широкоплечий, властный. Даже на портрете чувствовалась его мощная энергетика, но в то же время он разительно отличался от Вацлава. В юноше чувствовалась мягкость и доброта, а его мощная энергетика не подавляла, а окутывала, даря ощущение безопасности и покоя. Возможно, сказывалась разница в возрасте. Вацлав был взрослым, зрелым мужчиной, а тот, кто смотрел на нее с портрета, казался совсем юным. И как он мог помочь?