Затерянная между мирами

Глава 49

Мира проснулась, укрытая лёгким шёлковым одеялом. За полуоткрытыми шторами сгущалась ночная тьма, и лунный свет едва проникал в помещение. В комнате, кроме неё, никого не было. Она лежала и смотрела в потолок, пытаясь осмыслить произошедшее, не понимая, было ли всё это наяву или лишь кошмарным сном. Слишком тягостным и болезненным было её состояние.

Она повернулась на бок и закрыла глаза, надеясь уснуть и забыться, но тихие голоса, доносившиеся из-за двери, не дали ей этого сделать. Мира, насторожившись, приподнялась на локте, прислушиваясь к приглушённым голосам, но ничего не могла разобрать. Спор, судя по тону, не утихал, а наоборот, разгорался всё сильнее.

— Вы ее разбудите! — громким шепотом, полным раздражения, прошипела Агидель.

— Он этого и добивается, Агидель, — вторил ей мужской шепот, приглушенный и сердитый.

– Потом… всё потом… ей нужно отдохнуть, набраться сил, – продолжала настаивать Агидель, её голос звучал умоляюще.

Мира заинтересованная тем, кому могла так срочно понадобиться посреди ночи, встала с постели, накинула на плечи шёлковый халат и, как была, босиком, подошла к двери.

Приоткрыв дверь, она увидела, что в гостиной находятся трое: Агидель, ее брат Данияр и… Вацлав. Данияр, скрестив руки на груди, загораживал собой вход в спальню Миры, а Агидель с отчаянным видом стояла между двумя мужчинами, не давая им сцепиться. И если бы не хрупкая девушка, разнимавшая их, они бы давно сошлись в схватке.

Но едва они заметили Миру, появившуюся на пороге спальни, тут же прекратили спор, и Вацлав, не обращая внимания на протестующий взгляд Данияра, не здороваясь и не извиняясь, задал свой вопрос:

— Я хочу знать, почему ты ушла? Чем тебе плохо у меня?

— Это вполне могло подождать до утра! — возмутилась, вполне обоснованно, Агидель, глядя на него с укором.

Этот вопрос застал Миру врасплох. Она, убегая, совершенно не задумывалась о том, что будет думать и чувствовать Вацлав, а потому растерянно хлопала глазами и непонимающе смотрела на мужчину, не зная, что ему ответить.

— Почему, Мира? — продолжал настаивать на ответе Вацлав, не отступая. — Тебе ничего не угрожало, у тебя было всё необходимое. Ты была в полной безопасности под моей защитой. Почему? Я не спрашиваю, как, я просто хочу знать, почему?

— Меня оттуда вывели, — задумчиво пробормотала она, выдав информацию, которую Вацлав меньше всего ожидал услышать. И на этот раз настала очередь Вацлава удивляться.

— Кто? — с плохо скрываемой яростью в голосе спросил он, лихорадочно перебирая в уме имена людей, которые могли предать его.

— Вы можете поговорить на эту тему утром, — продолжала возмущаться Агидель. — Совсем не обязательно было будить Миру посреди ночи, ей нужен покой.

Но никто не обратил внимания на Агидель. Данияр, как и Вацлав, с нетерпением ждал ответа Миры, желая услышать правду.

— Я… я не знаю, как это объяснить, — тихо сказала Мира, чувствуя себя неловко под пристальными взглядами, и, подойдя к столику с графином, чтобы налить себе воды, неловко задела графин, пролив воду на стол, так и не наполнив стакан.

— Уж постарайся, — нетерпеливо произнес Вацлав, стараясь сдержать гнев, забирая у нее стакан, и, невольно коснувшись ее пальцев, вызвал у Миры странную реакцию. От этого легкого прикосновения ее словно ударило током, пронзившим все тело. Она резко отдернула руку, и, нахмурившись, потерла то место, которого он коснулся, пытаясь стереть его прикосновение.

Вацлав сделал вид, что не заметил этого жеста. С присущей ему отстранённостью и невозмутимостью он наполнил стакан водой и протянул его Мире. Мира дрожащими руками взяла стакан, стараясь не касаться мужчины, что также не укрылось от его внимательного взгляда. Его губы изогнулись в горькой усмешке.

Данияр и Агидель стояли в стороне и напряжённо наблюдали за происходящим, хотя по вздувшимся венам на шее Данияра было понятно, что ему крайне не нравится то, что он видит, и он с трудом сдерживается, чтобы не вмешаться.

— Призрак, —сказала она, наконец жадно отпив из стакана прохладную воду.

— Ты издеваешься? — вспылил Вацлав, теряя терпение.

— Нет, — пожала она плечами. — По твоему замку бродит призрак. Он и вывел меня оттуда.

Данияр и Агидель, услышав ее слова, удивленно переглянулись, а Вацлав по-прежнему продолжал буравить Миру пристальным, изучающим взглядом.

— Ты спрашиваешь, чем мне было плохо у тебя, Вацлав… Знаешь, после того, как я узнала, как именно ты помогал мне восстановить память, какими методами пользовался, я поняла, что оставаться у тебя было смертельно опасно, — прямо сказала Мира, не отводя взгляда и давая понять, что не боится его.

Вацлав, сжав кулаки до побелевших костяшек, хотел что-то возразить, но Мира не позволила ему, прервав его и продолжив говорить.

— Ты сознательно обманывал меня, — она ткнула его указательным пальцем в грудь. Вацлав, был ошеломлён такой дерзостью, не предполагая, что она способна на подобный поступок. Ведь никто до этого случая не позволял себе ничего подобного, все трепетали перед ним.

— Я не знал о проведении второго ритуала, Мира, — возразил Вацлав.

— Это ничего не меняет, — не унималась Мира. — Ты обманул меня и использовал, зная, что я потеряла память и не могу себя защитить. Это подло, это бесчестно.

— Я запретил использовать твою силу, — тихо добавил Вацлав, не отводя взгляда. — Ты была в безопасности, Мира.

— Но мне то ты об этом не сказал! — воскликнула она, и ее голос сорвался. — А что было бы со мной после твоей женитьбы?

Вацлав нахмурился, а Данияр, услышав про женитьбу, оживился.

— Ты собирался жениться? Почему не пригласил на свадьбу? — саркастически спросил Данияр, не скрывая иронии.

— А Мира тебе тогда зачем? — нахмурилась Агидель, глядя на Вацлава с подозрением.

Все вопросы остались без ответа, Вацлав молчал, но Данияр и не рассчитывал на них, а Мира тем временем продолжила.