Затерянная во Вратах

Глава 14. Как жить дальше?

- Мы все знаем, что этот портал искусственный, а не искажающий,- слово взяла мама. В любом месте, в любое время она оставалась действующей королевой, поэтому имела право отдавать приказы, назначать и лишать должности, обвинять или судить. - Мы все догадываемся, что нам нужно закрыть все выходы, и тогда откроется портал в Арх-Руа. Я правильно излагаю, брат?

Рари сейчас стоял каменной статуей, словно попал под взгляд мифического василиска из другого мира. В глазах его горел еле сдерживаемый гнев, потому что хоть мама и говорила все это утвердительно, просто констатируя факт, но вот обвинительные ноты и прямой вопрос в ее речи даже не были завуалированы.

- Не совсем,- дядя словно выдавливал из себя признание. - Мы столкнулись с новым видом порталов, ранее не изученным, но в нем присутствуют общие черты всех четырех видов: искусственные, блуждающие, предсказанные, искажающие.

- Вот от предсказанного в нем что? - недовольно спросил один из телохранителей, кажется Гориан, чем заслужил гневный взгляд десяти глаз жардана Кевора.

Вообще, этот Гориан уже несколько дней ведет себя вызывающе, намеренно игнорируя субординацию и устав телохранителей, не позволяющий обсуждать ситуацию, в которую попала королева и ее семья, но в данном конкретном случае он озвучил всеобщий вопрос, правда не самый глобальный.

А самый глобальный вопрос способен столкнуть нас в бездну дикости и неадекватности…снова. Совсем недавно, пару переходов назад, а до этого еще раньше и еще мы задавали его со злостью, с яростью, с обреченностью, с безысходностью, с безразличием, но всегда это заканчивалось одинаково страшно. Страшно, потому что весь лоск цивилизованности дрохов, которым мы прикрываемся в жизни, слетает буквально за несколько терций, обнажая самую нашу неприглядную суть: дикую, лишенную разума и сострадания, необузданную – ту самую, что владела дрохами в дни блуждания между мирами, пока мы не осели в Арх-Руа и не принялись перенимать уклад жизни соседних с нами существ. В тот период мы и стали принимать двуногую форму, медленно и постепенно уподобляясь человеку с его сопереживанием, добротой, ранимостью, искренностью, ну и хитрость, презрение, ехидство, гордыня шли с этим бок о бок.

Сколько десятков столетий понадобилось нам, чтобы стать такими, какие мы есть? И как мало оказалось нужно, чтобы лишиться всего этого сразу, почти одним взмахом хвоста?

- Тем, что мы теперь вычисляем открытие нового портала с точностью до терции,- спокойно ответил дядя.

Как я завидовала дяде, да и всем своим бабушкам, прабабушке, маме – они так хорошо могли владеть своими эмоциями, даже в этой крылатой форме, когда непослушный хвост может выдать любое твое состояние, просто взмахнув не вовремя или нервно прижаться к спине. А ведь еще же есть крылья, которые, то топорщатся, словно стремятся раскрыться и взлететь без желания дроха, то просто нервно подрагивают. Но хуже всего выдают чешуйки, вставая дыбом, словно у испуганной кошки, да еще при этом при всем поменявшие цвет из спокойного бледно-зеленого в ярко-розовый, словно ты стеснительная человеческая девушка, которую впервые пригласили на свидание.

- Раридан, скажи прямо: долго нам еще кувыркаться в этих порталах? - я даже имени его не знаю, этого телохранителя, слышала только, что у него семья, детей четверо, и он переживает за каждого, потому что мы каждую остановку слышим его рассказы про то, какие непутевые или рассеянные, или невезучие у него дети.

Но здесь мы все за кого-то переживаем, боимся, о ком-то думаем. Мы почти все ощущаем в сердце огонь наших семей, что остались в Арх-Руа, пламя заветного спутника, Истинное пламя супруга. Поэтому ждем ответа с нетерпением и страхом одновременно. Что будет, если ответ – «никогда»?