Заточённый тишиной

Дом с обманчивым спокойствием

Кентин, виновато опустив голову, нервно переминался с ноги на ногу. Тишина, нависшая над парком, казалась невыносимой. Наконец, собравшись с духом, он тихо произнёс:

— Лиам, послушай, я понимаю, что мы натворили. Но мы можем это исправить.

Лиам лишь угрюмо молчал, не поднимая взгляда. Шарлотта осторожно положила руку ему на плечо.

— Лиам, пожалуйста… дай нам шанс. Мы же друзья.

Парень медленно поднял голову и встретил их взгляды усталыми глазами.

— Друзья? Вы украли мой дневник, ввязались в опасную игру и втянули меня в это дерьмо, и всё это называете дружбой? — выпалил он, его голос дрожал от ярости.

Кентин вздрогнул от этих слов. Ему было ясно, что он заслужил этот гнев, но он был готов сделать всё, чтобы исправить положение.

— Мы не хотели ничего плохого, Лиам, — тихо ответил он. — Мы просто… хотели помочь. И сейчас мы тоже готовы помочь тебе.

Лиам усмехнулся.

— Чем ты можешь помочь? У тебя есть хоть какой-то план? Гениальная идея, как выпутаться из передряги с Боулом? Или, может, ты припас ещё один игрушечный пистолет?

Кентин, внезапно обретя уверенность, гордо вскинул голову:

— У меня есть кое-что получше. Мой дядя работает в полиции. Он… он может нам помочь.

— Твой дядя? И ты правда думаешь, он поверит нашей нелепой истории? Дневник, Боул, игрушечный пистолет…

— Я знаю, что это звучит безумно, — признал Кентин. — Но дядя мне доверяет. Если мы расскажем ему всё как есть, он поймёт, что мы в серьёзной опасности. И тогда он сможет нас защитить.

Шарлотта решительно кивнула.

— Это наш единственный шанс, Лиам. Нам нужно попробовать.

Лиам нехотя кивнул. Отступать было некуда. Любая соломинка, за которую можно ухватиться, чтобы выжить, казалась спасением.

— Ладно, попробуем. Но если это западня, Кентин… пеняй на себя.

— Это не ловушка, — заверил Кен. — Клянусь.

— Тогда вперёд. — Лиам поднялся со скамьи.

— И ещё… — парень замялся, избегая взгляда своего друга. — Пока мы не ушли… есть кое-что… ну, раз уж всё равно это выплыло наружу.

Лиам нахмурился, предчувствуя недоброе.

— Что ещё, Кентин? Говори уже.

Кентин набрал в лёгкие воздуха и выпалил на одном выдохе:

— Я… в общем… я прочитал твой дневник… ну, ты знаешь… И… там написано… что мы…сводные братья.

Время словно остановилось. В голове Лиама, как в калейдоскопе, вспыхивали обрывки воспоминаний: детство, внезапное похищение, разлука с родителями… После той случайной встречи с Кентином осколки памяти вдруг сложились в единое целое, открывая шокирующую правду.

— Мы семья… — мягко закончил Кентин, приближаясь к нему.

— И что с того? — Лиам оттолкнул его. — Не смей говорить мне это! Ты украл мой дневник, читал мои самые сокровенные мысли, и теперь ты говоришь, что мы братья? Ты хоть понимаешь, что ты натворил?

Ярость вновь зарождалась в парне, заглушая все остальные чувства. Он ощущал себя преданным, обманутым, словно над ним жестоко пошутили.

— Лиам, успокойся, — вмешалась Шарлотта, стараясь разрядить обстановку. — Кентин не хотел ничего плохого. Он просто…

— Просто что? Просто решил покопаться в моей жизни и вытащить на свет божий все мои секреты? — перебил её Лиам, сверля ребят взглядом. — Я никогда не прощу вам этого. А теперь пошлите!

Он развернулся и быстрым шагом направился прочь из парка, оставляя Кентина и Шарлотту в полном замешательстве.

— Лиам, подожди! — крикнула Шарлотта, бросаясь за ним.

Шарлотта догнала Лиама, схватив его за руку.

— Лиам, стой! Пожалуйста, выслушай меня. Я знаю, что Кентин поступил ужасно, прочитав твой дневник. Но поверь, он правда раскаивается. И он действительно хочет помочь.

Лиам вырвал руку.

— Помочь? Вы уже достаточно "помогли". Я сам разберусь со своими проблемами.

— Но ты не сможешь сделать это один, Лиам! — воскликнула Шарлотта. — Мы же друзья! Мы должны держаться вместе, особенно сейчас.

Лиам остановился, его плечи дрожали. Он сжал кулаки, пытаясь сдержать гнев и разочарование.

— Друзья? Вы предали меня. Как я могу вам доверять после этого?

— Мы совершили ошибку, Лиам, — тихо произнесла Шарлотта. — Но мы хотим её исправить. Дай нам шанс доказать это.

Лиам молчал. В его голове боролись противоречивые чувства: злость, обида, страх и где-то глубоко внутри – надежда. Надежда на то, что он не один в этом мире, надежда на то, что он все еще может доверять этим двоим.

— Ладно, — наконец произнес Лиам, его голос был едва слышен. — Я дам вам шанс. Но если вы снова подведете меня…

Он не закончил фразу. Кентин, догнавший их, облегченно вздохнул.

— Спасибо, Лиам. Я клянусь, мы тебя не подведем.

— Хорошо, — сказал Лиам, стараясь не смотреть на Кентина. — Тогда пошли. Нам нужно поговорить с твоим дядей.

Дорога к дому дяди Кентина тянулась мучительно долго. Шорохи в переулках города, пляшущие тени — всё казалось предвестниками неминуемой беды. Лиам, напряжённый как натянутая струна, сверлил взглядом окружающую темноту, готовый в любой момент отреагировать на угрозу. Шарлотта, побледневшая и испуганная, шла молча, сцепив руки вместе. И только Кентин, казалось, сохранял остатки оптимизма, не умолкая, болтая о своём дяде Бобби, его непоколебимой честности и остром, как бритва, уме.

«Надеюсь, он действительно такой, каким ты его описываешь», — с мрачной иронией подумал Лиам, не желая рушить хрупкий мир наивных надежд Кентина.

Наконец, впереди показался дом — скромный двухэтажный домик, утопающий в зелени аккуратно подстриженного газона. Уютная веранда, увитая плющом, манила обманчивым спокойствием.

Кентин, не дожидаясь приглашения, уверенно подошёл к двери и постучал. Раз, другой, третий — ответа не последовало.

— Странно, — пробормотал он, нахмурив брови. — Дядя Бобби всегда по вечерам дома.

Он приложил ухо к двери, прислушиваясь.

— Может, спит? — предложила Шарлотта.