Затянувшийся поход

Глава 9 - за день «до»

«Я хочу сказать только то, что говорю»

Война и мир

В следующие два дня произошло достаточно много событий, но о них чуть позже. Каждый последующий день мы продолжали общаться с Витей, который постоянно рассказывал про необъяснимые вещи, произошедшие в его жизни, но больше походившие на выдуманные, или взятые с телеканала РЕН-ТВ.

Макс постоянно хохотал в голос над его историями, да так, что все на территории лагеря оборачивались. Вечно перебивал Витю на середине рассказа, не веря ни единому его слову, после чего поворачивался в мою сторону и говорил:

— Фантазер.

Витя в этот момент надувался как рыба-еж. Краснея от стыда и всеобщего внимания, он продолжал рассказывать историю под непрерывный смех Макса, который с каждым сказанным словом, становился все громче. В конце рассказа Витя смотрел на меня невинными глазами в поисках поддержки и спрашивал:

— Ваня, ну ты же мне веришь?

— Верю, Витя, верю. Рассказывай дальше, — улыбался я, параллельно переводя взгляд в сторону детской площадки.

В один из дней Витя рассказал Максу о мужчине в плаще, не вызвав в нем ни грамма страха. Макс, в свою очередь, не изменяя принципам, начал смеяться и кататься по полу от истории, такой уж был он человек. Упоминать о ситуации, произошедшей у окна, Витя не стал, вероятно, думая, что Макс снова его засмеёт; а возможно, он действительно ничего не видел. Не говорит и ладно. Просто так выставлять себя дураком я и сам бы не хотел, да и затронув эту тему, до конца лагеря можно нарваться на расспросы со стороны Вити. Также, анализируя предыдущие события, тенденция была такова, что как только заговоришь о плаще, или даже подумаешь о нем, — он тут как тут. Явно не желая снова ходить по кабинетам психологов, было принято решение просто забыть о загадочном мужчине. Постоянно в голову лезли мысли про возможную галлюцинацию, вызванную ударом. Однако кольцо, найденное в доме, вызывало кучу вопросов.

Пожалуй, самой неприятной новостью за это время, стали события, связанные с Саней, который решил переметнуться в компанию к Никите, но не полностью. Общался Саня с двумя компаниями одновременно, постоянно бегая от нас к ним, а на вопрос, зачем он этим занимается, отвечал: «Я для вас стараюсь, добываю информацию. Ребята, я с вами!». Познакомившись с Саней поближе, в его слова, конечно, слабо верилось.

Парламентер Саня выдавал нам всю информацию, полученную от Никиты. Думаю, работало это в обе стороны, поэтому мы больше не обсуждали с Саней достаточно много тем. Макс с Витей, да и я, понимали, что так продолжать нельзя. Он либо с нами, либо с ними.

Враждующая сторона была достаточно пассивна, нападений случалось мало. Пару раз нас измазали зубной пастой, пару раз побили подушками, о чем, естественно, Сане никто не рассказывал. Думаю, Никита также не хотел делиться информацией, да и за друга его навряд ли считал. Так, товарищи. Поэтому Саня в ночь был измазан зубной пастой вместе с нами. Ответных боевых действий от нас еще не было, но мы тщательно вынашивали план Барбаросса, дабы дать отпор обидчику. Об этом, естественно, также умалчивали.

Некоторую информацию мы все-таки смогли получить. Так, например, оказалось, что Никита бывалый посетитель лагеря и приезжает сюда четвертый год подряд. Из уст Сани стало ясно, что в этом году Никита пробовался на вожатого со своим старым другом Антоном, именно так, кстати, как выяснилось, зовут нашего вожатого.

Антон показал себя, как человек гораздо сдержаннее и опытнее в работе с подростками, чем Никита. В итоге место досталось ему, а Никите только и оставалось, что приехать в лагерь, как обычному посетителю. Его дружки, Марк и Дима, тоже оказались в лагере не впервые, но младше своего покровителя на два года и уж точно не такие смышленые, как он. Повезло, что назначили Антона вожатым, а не Никиту. Тот бы точно спуску не давал. Антон, если делать выводы по двум дням, прошедшим в лагере, достаточно строг, но справедлив. Никите же, как самому старшему среди нас, доставалось в первую очередь, даже когда он был не виноват: «Почему не доглядел?» «Почему не проконтролировал?». И так прилетало ему каждый раз от Антона.

Каждый день, расхаживая по лагерю в свободное время, я пытался найти девчонку, с которой мы с Витей познакомились, когда шли со станции и разговаривали про мужчину в плаще. Девчонок в лагере было немного, но определить нужную не было возможности. Во-первых, они всегда ходили группой, будто чего-то боялись. Во-вторых, я не видел ее лица, а по голосу отличить было невыполнимой задачей. Голос в таком возрасте у всех очень похож.

К тому же немало проблем доставляла присущая мне скромность. Она не позволяла просто подойти к семерым и прямо спросить, так что единственный шанс с ней познакомиться был при условии, если она сама подойдет. Я всегда с неким восхищением смотрел на ребят, которым легко давались знакомства с противоположным полом. Я изучал со стороны, как другие парни легко входят в контакт с девушками, при этом ничего для этого не делая. Просто «привет» и диалог пошел. А вот у меня же ситуация была ровно противоположная. На то же «привет» был только один ответ: «Пока». При этом с двумя девчонками я все-таки умудрился познакомиться, даже с тремя. Хотя «познакомиться» все же сильно сказано. Однажды, разворачиваясь в столовой с компотом в руках, я чуть не опрокинул его на одну из них. В общем ситуация была следующая:

— Куда прешь? — крикнула девушка прямо в лицо, от чего попятившись назад от неожиданности, я почувствовал кого-то сзади и, резко развернувшись, абсолютно случайно облил другую.

— Ну ты и идиот! — выпалила незнакомая девочка и убежала под стоявший гогот ребят.

— Опять отличился! — издалека насмехался Никита.

Девчонка сзади, про которую я успел благополучно забыть, также выдала пару колких высказываний, но мне было уже все равно. Мой взор был обращен на подругу облитой, которая долго крутила свои волосы и смотрела прямо в глаза. Через секунду, чуть улыбнувшись, она побежала к подруге.