Заучка в Академии Драконов

Глава 3

Глава 3

- Кто именно не давал тебе есть? Мне нужны имена! – явившийся в лазарет староста подошел к моей кровати и уставился на меня обвиняющим взглядом.

- Садись, Гордон! – сказала ему. – Вот, возьми стул. Рада тебя видеть.

Настроение у меня было самое что ни на есть отличное, хотя бы потому, что я была спасена от сдвоенного урока Боевой Подготовки у магистра Шлессера. И спас меня ректор Ховард, о чем, к своему сожалению, я почти ничего не помнила.

Мне удалось выцепить лишь ускользающее воспоминание о том, как сильные руки прижимали меня к крепкой мужской груди, и охватившее ощущение полнейшей безопасности и покоя.

Но даже собственная забывчивость не мешала мне радоваться. Потому что все вокруг суетились и пытались меня накормить, нисколько не поверив в то, что я сама была виновницей собственных несчастий.

Конечно же, заморили голодом злые драконы бедную, несчастную девочку!

По этому поводу мне принесли отличный куриный суп, затем невкусную, но питательную кашу c мясом, после чего выдали целое блюдо фруктов. Правда, на две последние лекции меня не отпустили, сказав, что я должна пробыть под присмотром лекарей еще как минимум пару часов.

Я немного расстроилась.

Мне хотелось пойти на «Теорию магического права» и «Общие законы мироздания», но заботливая медсестра прикатила целую тележку с забытыми в лазарете книгами, а за несколько столетий существования двух академий их собралось предостаточно.

Я выбрала увлекательную «Историю Элизеи», изданную еще до момента, когда Грани между мирами начали слабеть и стираться, и углубилась в чтение.

Судя по всему, книга была написана до введения суровой имперской цензуры, и из нее еще не изъяли места, в которых упоминалось, что существующее мироустройство Драконьи Предки создавали с помощью науки, а не по божественному велению, собственному усмотрению и щелчку не менее божественных пальцев.

Вернее, это как раз и было Их усмотрение – сотворить один за другим множество миров, двадцать два из которых входили в состав Империи Элизеи, двенадцать – в Империю Гонзо, а еще семь – в королевство Изалис.

Между этими мирами существовали транс-переходы, оставленные Драконьими Предками, а вокруг лежала Первозданная Тьма, от которой нас отделяли невидимые глазу, но непоколебимые Грани.

Вернее, они были такими на протяжении трех тысячелетий, пока Первозданная Тьма не нашла способ просачиваться сквозь Грани. Ослабила их, после чего начала проникать пока еще в Низшие Миры, но дело могло дойти и до Средних с Высшими.

Именно так стали образовываться Пустоши – места соприкосновения света со злом, на страже которых стояли Боевые Маги Элизеи.

Как шли дела в Империи Гонзо или в королевстве Изалис, я не знала. Простым гражданам сообщать об этом никто не спешил.

Еще немного подумав на эту тему – о том, что и те миры должны страдать из-за ослабления Граней и нашествия монстров, – я вернулась к книге.

Судя по написанному, Драконьи Предки использовали невероятные, непостижимые для драконьих и людских умов знания, а также научные достижения, которые перед своим уходом в Божественные Сферы и передали Хранителям.

Причем доверили свои знания драконам из империи Элизеи.

Я уже читала о таком в школьной программе, и в этом месте мне всегда становилось немного жаль обделенных вниманием Предков жителей Гонзо и Изалиса. Как бы там ни было, Предками было решено оставить Божественное знание лишь в одном месте, где оно хранилось и по сей день.

Его завораживающие тайны передавались из поколения в поколение, и императоры Элизеи внимательно следили за тем, чтобы цепочка Хранителей ни в коем случае не прерывалась.

К тому же, перед тем как вернуться в Божественные миры, Драконьи Предки передали своим детям немыслимой силы артефакт, который в строжайшем секрете хранился в сокровищнице в Акрейне.

Что это был за артефакт, в обычных школах не рассказывали. Наверное, считали, что это не для слабых умов.

Зато в книге я обнаружила его название.

Оказалось, Драконьи Предки оставили некую Сферу Сопряжения, являвшуюся гарантом стабильного существования не только нашей империи, но и всех известных миров.

Дальше я не дочитала, потому что увидела движение за стеклянными дверьми, а заодно почувствовала ставший уже привычным пронзительный взгляд. Пусть со своего места я не могла разглядеть наверняка, но мне показалось, что по мою душу явился наш ректор.

Грейсон Ховард стоял за стеклянной дверью и смотрел на меня.

От этой мысли мне почему-то стало жарко, а затем бросило в холод. Наконец, я кое-как уговорила себя успокоиться, хотя щеки продолжали гореть, а рука, которой я переворачивала страницу за страницей, подрагивать.

Я решила, что постараюсь не выдать своего волнения, если ректор войдет в палату.

Только вот… Зачем ему входить?

Ответа я так и не придумала, потому что в голову полезло совсем уж странное, противоречившее логике и здравому смыслу, что вызвало в моем теле еще одну жаркую, даже обжигающую волну.

Вздохнув – да что же со мной такое делается?! – я принялась бездумно листать книгу, заодно отправляя в рот виноградину за виноградиной, едва замечая то, что написано, и не чувствуя вкуса.

Ждала.

Но вместо ректора явился староста, с недовольным видом потребовавший у меня имена тех, кто не давал мне есть. Затем плюхнулся на стул рядом с моей кроватью и продолжил приставать ко мне с глупостями.

Я еще немного посмотрела на стеклянное окно в двери, которая так и не открылась во второй раз, пока, наконец, не поняла, что визит ректора ко мне прошел, так сказать, «за закрытыми дверями».

- Гордон, можно задать тебе вопрос? – спросила я у старосты, потому что мой взгляд упал на картинку в книге, которая, опять же, показывала нечто немыслимое, но, к сожалению, знакомое. – Как к старосте своего курса и как к дракону.

- Спрашивай! – позволил он.

В голосе его послышалось удивление.