Завещание последней ведьмы

ГЛАВА 6

В подвале было темно, сыро и холодно. Каждый вдох обжигал легкие запахом плесени и чего-то гнилого, перемешанного с острым, звериным душком крыс. Где-то в углу монотонно капала вода, отсчитывая секунды, превращающиеся в мучительные минуты. Меня бросили здесь, чтобы «посидела и подумала».
Слова Вениамина Сергеевича эхом отдавались в голове, заглушая даже мерное капанье: «Отдашь ли дар добровольно или сдохнешь, мне неважно, ведьмино наследство все равно будет моим».
Видимо, со мной получилось немного сложнее, чем он ожидал, поездка на кладбище результатов не дала, и он решил взять меня измором. Точнее не меня, а дар, который я и сама до конца не понимала, не чувствовала в себе. Наследство, которое я не просила и которое, казалось, обещало мне принести только беды. После моего точного удара, Вениамин Сергеевич перестал притворяться безумцем, позвал своих громил, которые меня лихо скрутили и бросили в багажник к моему рюкзаку. Хорошо, хоть не связали, видимо посчитали, что из движущейся машины мне не выбраться. Я и не рискнула бы, не хотелось переломать себе кости. Наверное, все же один страх во мне остался – страх оказаться прикованной к постели.
Пока меня трясло на ухабах, я с тоской вспоминала комфорт автомобильного кресла. Тем временем, из рюкзака в мои карманы перебрались самые необходимые вещи: документы, деньги, перочинный ножик и еще кое-какая мелочь. Я надеялась, что в пути им понадобится остановка, и тогда у меня появится шанс скрыться в лесу. Небольшой, но шанс. С рюкзаком далеко не убежишь, а налегке мои шансы возрастали. Если бы была возможность, я бы все рассовала по карманам, но это бы только привлекло ненужное внимание. Я и представить не могла, что по прибытии в какой-то огромный особняк меня даже не обыщут, а просто запрут в подвале.
И вот я здесь, в этом зловонном подвале, предоставлена самой себе. Выбор, как всегда, иллюзорный. Отдать то, чего по сути и нет, или умереть. Ведьмино наследство... Подвела меня Аксинья Мироновна, наградила даром, который невозможно использовать и отдать тоже не получится. И будет ее племянник думать, что я храбрая и стойка дурочка, которая решила умереть за идею, а я всего лишь оказалась не в том месте и не в то время.
Я подняла голову, пытаясь разглядеть хоть что-то в кромешной тьме. Капли продолжали падать, отсчитывая время. Нужно что-то делать, сидеть и ждать пять дней в надежде, что потом меня отпустят глупо. Живая я Вениамину Сергеевичу не нужна. Надо искать выход. Даже в этой кромешной тьме, в этом царстве плесени и крыс, должна быть лазейка. Не может быть, что из подвала никак не выбраться, дом огромный, возможно старинный, стены в подвале из кирпича (я успела заметить, пока меня сюда вели).
Глаза постепенно привыкали к непроглядной темноте, которая уже не казалась такой уж однородной. Я оглядывалась по сторонам, пытаясь уловить хоть малейший проблеск. Монотонный стук капель эхом разносился по подвалу, напоминая о неумолимо бегущем времени. Пять дней... Пять дней, чтобы умереть от голода и страха? Нет, такой вариант меня категорически не устраивал.
Я осторожно вытянула руку вперед, боясь наткнуться на что-нибудь неприятное. Пальцы коснулись холодной, шершавой поверхности кирпича. Медленно, сантиметр за сантиметром, я начала ощупывать стену. Кирпичи, швы, неровности... Ничего, кроме вековой пыли и сырости. Я медленно шла вдоль стены не таясь. Уверена, если даже я начну кричать и требовать выпустить меня, мои тюремщики не среагируют, в крайнем случае посмеются. Поэтому можно было смело исследовать подвал. И я пошла, за неимением другого плана решила довериться новообретенному чутью, которое заставляло меня покинуть деревню. Удивительное дело, но с тех пор, как меня тут бросили, страх начал отступать, и меня снова что-то манило, заставляло действовать, не позволяя сдаться.
Как бы я хотела видеть свой путь, или чтобы передо мной, словно в сказке, возникла путеводная нить. Но, видимо, я попала в кошмарную историю, где главную героиню пытаются уничтожить. Впрочем, чему удивляться – это жизнь, где выживает сильнейший.
Продвигалась медленно. Несколько раз спотыкалась, задевая ногой обломки мебели или домашней утвари. Бесчисленное количество раз ударялась головой о низкий потолок или дверные косяки. В конце концов, я начала идти, согнувшись в три погибели, одной рукой опираясь на стену, а другую прижав ко лбу. Свобода – это прекрасно, но я хотела выбраться из этого подземелья без серьезных увечий.
Время потеряло всякий смысл. Казалось, я бесконечно кружу по одному и тому же маршруту, словно заколдованная. Несколько раз попадались двери, но за ними ждали лишь тупики, забитые хламом. Если бы у меня оставались силы, я бы, наверное, устроила бунт, разнесла бы все вокруг. Но после очередного падения я просто не встала с пола, обессиленная. Лежала, вдыхая пыль, и уговаривала себя подняться, хотя бы до той кучи старой мебели, где кажется был диван.
"Вставай, нужно всего лишь немного вернуться, и там отдохнем", - шептала я, но тело отказывалось подчиняться. Усталость или разочарование сковали меня. Собрав последние силы, я встала на четвереньки, намереваясь ползти к заветному дивану. Но далеко уползти не удалось. Мои руки наткнулись на что-то металлическое, вмурованное в пол. Кольцо? Люк? Куда он может вести из подвала? В голове промелькнула мысль о коммуникациях. Внезапно откуда-то взялись силы, и я с лихорадочным энтузиазмом принялась искать подтверждение своей догадке.
Пальцы дрожали, когда я обхватила холодное, ржавое кольцо. Потянула. Сначала ничего не произошло. Ржавчина, казалось, намертво приклеила металл к полу. Я уперлась коленями в пол, вцепилась в кольцо обеими руками и дернула изо всех сил. Но люк только слегка сдвинулся, и даже этот небольшой успех поднял мне настроение. Значит он не запечатан, не замурован, надо просто еще немного поднажать. Моих сил поднять его не хватит, если только не попробовать использовать что-то из хлама. Вскочила на ноги (откуда только силы взялись), на каком-то интуитивном уровне нашла кладовку с мебелью, откопала доску и какой-то деревянный ящик. Все это отнесла к люку. Соорудила что-то вроде рычага и… Люк поддался, открывшись с противным скрежетом. В нос ударил запах сырости и плесени, но это был запах надежды.
Заглянула внутрь. Темно, но оттуда ощутимо тянуло сквозняком. Кажется, это действительно коммуникационный тоннель. Просунула руку в поисках лестницы или металлических скоб, вмурованных в стену (как-то же в люк должны спускаться). Стены оказались кирпичные, покрытые чем-то склизким и кажется мхом. Бррр. Не самое приятное место, но сейчас я была готова спуститься даже в канализацию, лишь бы выбраться из этого проклятого подвала. Скобы нашлись. Рискнуть или все же вернуться к дивану? Соблазн отдохнуть был велик, но я понимала, что если сейчас дам себе слабину, то уже не встану. Нужно действовать.
Осторожно полезла в люк. И только спустившись на пару ступенек поняла, что надо было сначала проверить его глубину. Потому что скобы были старые, чуть ли не рассыпались от ржавчины, руки и ноги с них так и норовили соскользнуть. Не говоря о том, что я настолько устала, что даже собственный вес казался неподъёмным. Но я запретила себе об этом думать, спускалась очень медленно и осторожно, тщательно нащупывая в темноте следующую скобу. В какой-то момент под ногой одна все же сломалась, и я только чудом не полетела на дно. Испугалась жутко, вцепилась руками мертвой хваткой, практически повиснув в этом жутком колодце. Сердце бешено колотилось, и я с трудом смогла его не много усмирить, чтобы продолжить спуск.
Через какое-то время я достигла дна, попав в тоннель. Очень не хватало света, вот когда пожалеешь, что не куришь, а значит не носишь с собой спички или зажигалку. Чтобы хоть как-то сориентироваться, я решила сделать несколько шагов вперед. И тут же поплатилась за свою неосторожность. Нога предательски поскользнулась, и я с плеском рухнула в воду. Оказалось, посередине тоннеля протекал небольшой ручеек. Дно было илистым, скользким и, судя по ощущениям, усыпано всяким мусором. Бррр, какая гадость! Меня передёрнуло от отвращения. Я затрясла руками, пытаясь спешно вытереть их о джинсы. Страшно даже представить, что могло плавать в этой сточной воде. Микробы, пиявки или что-нибудь еще более жуткое.
Мокрые джинсы противно липли к ногам, усугубляя ощущение мерзости. Я попыталась встать, но ноги скользили по илистому дну. С трудом удержав равновесие, я медленно, почти ощупью, вернулась к стене тоннеля. Надо было решать в какую сторону идти, вниз или вверх по течению? Когда меня вытаскивали из багажника, я обратила внимание, что кроме особняка и нескольких небольших подсобных строений, других зданий поблизости не было. Хоть мы и приехали в темноте, но должны же были светиться окна, или гореть уличное освещение. Но ничего подобного я не заметила. Поэтому решила идти вниз, в надежде, что туннель идет недалеко, до какого-нибудь водоема. Идти было трудно, ноги скользили, приходилось контролировать каждый шаг. Пальцы на руке почти потеряли чувствительность, казалось, подушечки истерлись о шершавые стены.
Каждая секунда казалась вечностью. В голове роились самые мрачные мысли. Что, если этот тоннель в несколько километров? Или вообще из него нет выхода или затоплен? Может, надо вернуться и пойти в другую сторону пока не поздно? Что, если здесь живут какие-нибудь крысы-мутанты, выросшие до размеров кошек? Или, еще хуже – крокодилы и змеи?
Я чувствовала, как паника подступает все ближе. Нужно было взять себя в руки. Паника – худший советчик в такой ситуации. Я глубоко вдохнула и выдохнула, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце. Нужно думать логически. Тоннель не может быть бесконечным. Куда-то он должен вести. И моя задача – найти этот выход.
Показалось или начало светлеть? Впереди уже не беспросветная тьма, а вроде немного светлее? Очень хотелось побежать, чтобы проверить, но я заставила себя идти все так же размеренно, чтобы не упасть, было опасение что встать сил не будет. Нет, все-таки где-то там впереди точно есть источник света, слабенький, но мне и этого хватало, чтобы воспрянуть духом. До развилки я дошла достаточно бодро, а вот уже на ней замешкалась. Потому что мой тоннель как бы сливался с соседним и можно было пойти вниз по течению дальше, а можно было подняться вверх и поискать выход там. Ручей из второго тоннеля бежал быстрее, да и запах из него явно был приятнее, свежее. Показалось, что и светлее там… Решено, пойду вверх, в крайнем случае вернусь. Да, определено течение во втором тоннеле было сильнее, я не только его чувствовала, но и слышала журчание. А еще впереди был слышен какой-то плеск, будто вода падала с высоты. Водопад? Воображение нарисовало скалы, озеро и водопад – все это в моем понимании означало свободу. Я по возможности ускорилась, ощущая на лице дуновение свежего ветерка, чувствуя запахи прелой листвы и разнотравья. А завернув за поворот я увидела свет. Свет! И плевать, что это было всего лишь светлое пятно вдали, но оно было! От облегчения и радости расплакалась, ноги подкосились и я уселась прямо в ручей. Ерунда, высохну потом, не зима.
Мне потребовалось время, чтобы немного успокоиться и прийти в себя, тело требовало полноценного отдыха, но я понимала, что сидеть в холодном ручье не только опасно, но и вредно для здоровья. Неимоверным усилием воли заставила себя идти дальше. Сколько я уже брожу здесь? Сутки? Неделю? Глупости, конечно. Наверняка всего несколько часов, если считать с обыском подвала. Мне давно хотелось пить, но в то же время жажда не была изнуряющей и пока пробовать воду из ручья под ногами не тянуло. Значит, еще не все так плохо, и до обезвоживания мне далеко. Ноги переставляла механически, сказывалась усталость, а источник света все не приближался и не приближался. Наверное, я совсем отчаялась бы, но с каждым пройденным десятком метром становилось светлее. Я уже могла смутно видеть соседнюю стену, а еще усилился шум водопада. Казалось, что достаточно дойти до еще одного поворота и вот она желанная свобода….
И вот, наконец, я увидела его – источник света и шума. Небольшой разлом в стене туннеля, через которое пробивался лунный свет. И через него же падали воды ручья, создавая водопад. Лунный свет, пробиваясь сквозь разлом, превращал падающую воду в серебряную завесу. Капли, разбиваясь о камни, разлетались мириадами сверкающих брызг. Это было невероятно красиво.
Я осторожно приблизилась к разлому. Он был достаточно широк, чтобы протиснуться, но что меня ждет по ту сторону? Не вылезу ли я прямиком в руки Вениамина Сергеевича? Или волкам на закуску? Не лучше ли дождаться рассвета здесь? Но я сама понимала, что не лучше. Потому что желание ступить на твердую землю, увидеть звезды, вздохнуть свежий воздух намного сильнее страха перед неизвестностью. Да и спать на траве намного лучше, чем в холодном ручье. Дело осталось за малым, подняться по скользким камням наверх, вроде не высоко, но пару тройку метров точно. Тело на мои мысли отозвалось болью и дрожанием всех конечностей, как бы говоря – это без нас. Но я себе сказала: «Надо, Марина, надо!»