Завхоз-попаданка против Дракона

Глава 17

Беляш смотрел на неё с нескрываемым интересом.

— Премию? — переспросил он. — У тебя нет денег. Помнишь? Коналл забрал у тебя все деньги позавчера, когда ты купила туфли со стразами стоимостью с этот замок.

— Найдем, — отмахнулась Валентина. В конце концов эти туфли, наверняка, можно продать. Да и денежки в замке явно уходили не по назначению. И она найдет куда.

Валентина Петровна подошла к окну. За мутным стеклом виднелся двор замка. Серый камень, унылые хозяйственные постройки, разросшееся огромное дерево. Ни клумб, ни дорожек. Все как-то грустно и серо.

Только горы на горизонте — величественные, с белыми шапками снега хоть как-то украшали пейзаж.

«Красиво, — подумала она. — Прямо, как тогда, когда я в молодости в поход ходила. Палатки, песни у костра. Помнишь, Витенька, как мы с тобой там познакомились? Потом мечтали о домике в горах. Ну вот, Витенька, я почти исполнила нашу мечту. Только дом придется отремонтировать. И не переживай, теперь Настенька будет ухаживать за твоей могилкой. Хорошую дочь мы вырастили. Знаю, что не оставит она тебя».

Валентина Петровна прижалась лбом к холодному стеклу, она порой в плохие времена беседовала с покойным мужем, как с живым, так ей было легче. Словно она не одна. Тоска по дому, по внучкам, по привычной жизни кольнула в сердце острой иглой. Машенька сейчас, наверное, уроки делает. Сражается с математикой, которая ей не дается. ВалентинаПетровна всегда старалась помочь по мере своих почти позабытых знаний. Лизонька в садике точно опять подралась с тем рыжим мальчишкой. Валентина постоянно забывала его имя... Как они там без неё? Похоронили может уже. Поплакали. Кто ж знает сколько там… в родном мире времени прошло.

Валентине Петровне было ясно, что где-то там она умерла, но судьба почему-то дала ей второй шанс. Даже не понятно почему? Святой она не была. Рай ей точно не светил.

«Так! Не раскисать! — приказала она себе. — Слезами горю не поможешь. Если я здесь — значит, так надо. Значит, есть задача. Выполню задачу — может смогу как-то вернуться. А пока — за работу, товарищ завхоз. За работу».

Дверь скрипнула. Принесли воду.

— Ну всё, — сказала она коту. — Начинается операция «Чистый четверг». Сейчас помоюсь сама, а потом будем драить этот замок!

В отдельной комнате оказалась довольно большая ванна, но ее бы точно заполняли до вечера и потратили бы массу угля. Так что мылась она в тазу с теплой водой. Кожу стало печь значительно меньше, в общем жизнь налаживалась.

Только полотенца вместо того, чтобы быть белыми и пушистыми — были жесткими и серыми. И с этим тоже придется разобраться.

Одеваясь, Валентина Петровна чувствовала себя рыцарем, облачающимся в доспехи перед турниром. Не хватало только забрала.

— Со щитом или на щите. Без вариантов… — пробормотала Валентина Петровна, застегиваясь на все пуговицы.

Когда вернулась в комнату, то печально огляделась:

— Да уж. Вряд ли у этой леди есть хотя бы листок бумаги. На чем писать-то?

— Если что… — промурлыкал Беляш. — Ты сейчас говоришь о себе в третьем лице. А под столиком в углу валяется твой идиотский дневник, который ты так и не начала. И если что, то кухня это вниз по лестнице. Ты же там ни разу не была.

Кот ядовито усмехнулся. Но какой бы занозой он не был оказался её палочкой-выручалочкой. Нужно будет его миской сметаны поощрить.

— И это сойдет, — Валентина Петровна вытащила из-под столика розовое пыльное недоразумение в рюшах. Там еще оказалась странная ручка, которая писала не чернилами, а чем-то золотистым и блестящим. Но это не важно. Ей все сейчас пойдет.

Тут она заметила в углу что-то непонятное, которое лежало серой кучей. Отложив дневник пока в сторону Валентина Петровна подошла поближе и подняла серое нечто.

— Боже мой! Да это же простыня! Как можно было ее довести до такого вида?!

В руках она держала застиранный до дыр кусок материи. В некоторых местах остались лишь стертые нитки.

— И почему это еще не списано и не на помойке?! — воскликнула возмущенно Валентина Петровна.

— Служанок ты выгнала, — напомнил кот. — А сама выбросить ее так и не удосужилась. Она уже месяц у тебя там валяется.

— Месяц?! — у Валентины Петровны аж дыхание перехватило. — Так… Восстановить это, конечно, невозможно, но на тряпки пойдет.

Она ухватилась за края, и материал с треском поддался. Когда в ее руках оказалось достаточно тряпок, то она увидела возле себя изумленного кота.

— Ты как… Как вообще это сделала?! Ты же… — от удивления он кажется забыл человеческую речь. — Ты же служанку заставляешь свою сумочку таскать за собой. Тяжело тебе! А тут…

Валентина Петровна только усмехнулась. Руки у нее теперь сильные и молодые. Она и не такое сможет.

— Ну, с богом, — сказала Валентина Петровна своему отражению уже на выходе из комнаты. — И помни, Валя: ты смогла отстоять Дом Культуры в девяносто пятом, когда его пытался бизнесмен захватить. Тебе уже ничего не страшно.

Она прихватила с собой дневник, тряпку и решительно вышла в коридор.