Завхоз-попаданка против Дракона

Глава 39

Жаркое в огромном котле уже источало густые, сводящие с ума ароматы.

— Снимаю пробу! — провозгласила она, принимая из рук Марты большую деревянную ложку.

Под тревожными, почти испуганными взглядами персонала, Валентина Петровна зачерпнула варево прямо из огромного котла. Она подула на ложку, прищурилась и осторожно попробовала. Мясо таяло во рту, соус был густым и наваристым, а пряности придавали вкусу глубину.

— Очень прилично, — вердикт был коротким, но веским. — Марта, за технологию приготовления — пять с плюсом. От души хвалю. Можете ведь, когда хотите! Главное — продуктов не жалеть, тогда и результат будет достойный человека, а не собаки.

Кухарки облегченно выдохнули. Марта даже украдкой вытерла слезу кончиком фартука — кажется, похвала от Хозяйки была в этом замке событием более редким, чем падение метеорита.

Рядом на большом блюде красовался огромный открытый пирог с лесными ягодами.

Тонкое, золотистое тесто, запеченное до идеального хруста, удерживало в себе целое озеро из темной черники, кисловатой брусники и сладкой лесной малины. Сверху пирог был украшен изящной «решеткой» из теста, сквозь которую пузырился густой ягодный сок. От него исходил такой густой, домашний и уютный аромат, что холодные стены замка, казалось, немного оттаяли. Запах ванили, подогретого сахара и лесной свежести заполнял кухню, окончательно вытесняя все другие запахи.

Валентина Петровна критически осмотрела пирог.

— Вот это — настоящий аргумент в любом споре, — удовлетворенно кивнула она. — Путь к сердцу мужчины, даже если он Дракон, лежит через желудок, а путь к миру в доме — через нормальное чаепитие.

— Молодцы, кухня! — Валентина Петровна развернулась и пошла к дверям.

Вернувшись в свои покои, она критически осмотрела себя в зеркале. Лизе пришлось изрядно постараться, чтобы очистить платье хвойного цвета от пыли, которую оно успело собрать по всем углам на подол. Волосы были убраны в строгий, безупречный пучок. Валентина Петровна выпрямила спину.

— Ну вот, Валя, — сказала она своему отражению. — Столовая убрана, серебро блестит, жаркое безупречное. Кролл временно обезврежен (надеюсь,в себя он еще толком не пришел). Теперь осталось только накормить Дракона и дать ему понять, что его жена за один день превратилась в хозяйственную женщину, способную навести порядок в этом хлеву!

Она поправила воротничок и вышла из комнаты. Война за уют продолжалась, и сейчас должен состояться решающий бой за обеденным столом.

Войдя, Валентина Петровна окинула взглядом зал: сияющее серебро, идеально ровные шторы, белоснежная (с изнанки) скатерть и ароматный теплый пирог на столе.

— Ну вот, — прошептала она, выпрямляя спину. — Столовая к приему готова. Санитарные нормы соблюдены, эстетика на уровне, десерт в наличии.

Она глубоко вздохнула, чувствуя, как в груди разливается приятное тепло. Она была жива. Она была в деле. И она была готова встретить любого Дракона с высоко поднятой головой.

— Ну, с богом, — выдохнула она, подходя к своему стулу.

Герцог твердым шагом вошел в столовую. Он явно откуда-то приехал. С массивных плеч черным водопадом стекал плащ, а на руках были надеты кожаные перчатки. Вьющиеся волосы — в легком беспорядке. Он подошел к столу с видом человека, идущего на эшафот: явно привык к скверной еде и еще более скверному настроению своей жены.

Заметив чистоту и сияние серебра, Дракон лишь едва заметно нахмурился, словно подозревал в этом какой-то подвох.

Увидев жену, стоящую по стойке смирно, он удивленно приподнял бровь.

— Надо же, — протянул он, стягивая перчатки и бросая их на стол, а плащ на руки подбежавшей служанке. — Ты даже одета... прилично. Где твои перья и декольте до пупка?

— В утиле, — коротко ответила Валентина. — Садитесь, Ваша Светлость. Обед стынет.

Он молча сел во главе стола, Валентина Петровна тоже заняла свое место. Лиза, дрожа от страха, поставила перед Драконом тарелку с едой, и еще одну такую же перед Валентиной Петровной. Служанки исчезли за дверью, оставляя их наедине.

— Что у нас сегодня? — скучающим тоном спросил Герцог. — Снова пережаренная подошва? Или, может, сырая рыба?

— Жаркое, — объявила Валентина. — И пирог с ягодами.

Валентина Петровна не могла есть от нервов, а только выпрямив спину, наблюдала.

Герцог зачерпнул осторожно первую ложку жаркого, принюхался с опаской и отправил в рот. Валентина Петровна замерла, ожидая если не похвалы, то хотя бы спокойного кивка. Но жуткая реальность разрушила ее ожидания мгновенно. Ей даже на секунду показалось, что в огромной столовой стало темно, как в самом кошмарном аду.