Завидные невесты

Глава 3

Часовня фермерской деревни Гридж‑Стоунов, расположенной в пяти милях от столицы нашего милейшего королевства, гостеприимно встречала конкурсанток отбора невест.

Сквозь витражное остекление окон внутрь пробивались весёлые солнечные лучики. Зал буквально утопал в белоснежных цветах и зелёных листьях пышных букетов. Хрусталь ваз искрился на свету, создавая множество бликов. А у самого алтаря торжественно возвышался дубовый блестящий двустворчатый гроб. Верхняя крышка его была открыта.

Воздух пах ладаном.

Едва первые претендентки переступили порог, громом среди ясного неба зазвучали тягучие звуки органа. Музыкант в чёрном безупречном фраке, восседающий на обитой красным бархатом табурете, иступлённо заиграл реквием.

Я подавила рвущийся наружу смешок. Это от нервов, не иначе. Смерть никогда не вызывала во мне смех или иные неуместные чувства, но вся ситуация в целом выглядела самым настоящим абсурдом…

Оглянулась по сторонам и нашла подтверждение собственным мыслям в тот же миг. Настороженные и угрюмые, все до единой, претендентки на часть состояния Стоунов медленно шли к алтарю, то есть к открытому гробу, не представляя себе, что станут делать, если их попросят в честь традиции при заупокойной службе оставить хотя бы несколько прощальных строчек в церковной книге.

Словно по команде, сидящие на скамьях в первом ряду с виду слуги, или же ряженые в подобные одежды местные обыватели, разразились неистовыми рыданиями. Нахалка, идущая позади меня, фыркнула. А вот кто‑то из слабонервных упал в обморок, потому что глухой стук донесся оттуда же.

— Сабина! — прошипела маменька молодых участниц. — Ты чего это удумала?!

Вопреки жгучему желанию, я оборачиваться не стала, потому что прямо впереди увидела невероятное.

Нижняя крышка гроба медленно приподнялась, и оттуда резво выбрался жилистый худощавый старичок, назвать которого трупом было бы слишком кощунственно. Его цепкому свирепому взгляду, с которым он оглядел всех нас, претенденток на руку и сердце Стоунов, позавидовали бы самые ретивые бультерьеры.

— Не то! Всё не то!

Он махнул рукой, останавливая орган.

Позади снова послышались глухие звуки, похожие на предыдущие. Видимо, кто‑то ещё не выдержал витающего в воздухе напряжения. Или же их жизненные убеждения были неумолимо попраны вставшим из гроба покойником, который на самом деле таковым не являлся.

Суть в другом.

Кое‑кто продолжал громко стенать. Некто мистер‑из‑гроба принялся разъярённо отчитывать всю процессию:

— Вы чего ревёте, как коровы в схватках?!

Бойкий старичок качнул узловатым пальцем на сидящих в первом ряду.

— В самом деле, мужики так не плачут, ну? Билингстрот, от тебя я ожидал лучшего. Ты же в местном хоре главный запевала, а? Где весь твой артистизм? Где экспрессия? Где это все?

— Ну и не кисло же, — не удержалась я от комментария.

Нервный смешок невольно вырвался из моих уст. Стоящая рядом Мэри скупо кивнула, не забывая притом усиленно черкать в своём блокноте.

— Вы!

Старичок так некстати узнал о моём существовании. Вот надо же было выразиться не вовремя? Стояла бы себе молча и горя не знала бы.

— Вы! — повторил главный гвоздь похоронной программы. — Идите сюда. Да не стойте столбом!

Несколько раз моргнув, приличия ради, я посмотрела по сторонам и поняла с неудовольствием, это он обо мне.

Делать нечего. Вышла из толпы и медленно отправилась на место собственной казни. Во всяком случае, настроение у меня были соответствующее.

Мой палач прищурился и пожевал губы.

— Дорогуша, мне кажется, я где‑то вас уже видел, — удивил он.

Даже не буду оборачиваться, чтобы лицезреть злорадство той самой нахалки, которая в нашем разговоре прибавила мне лет тридцать.

— Быть этого не может, — спокойно ответила я. — Я вижу вас впервые.

— Точно? — не унимался старик.

Подошла ближе и со всей уверенностью сообщила ему:

— Точнее просто не бывает. Если бы я имела честь видеть вас ранее, я бы вряд ли забыла столь знаковое событие, сэр.

Уважение, с которым я решила потешить тщеславие собеседника, явно пришлось ему по вкусу.

— А вы быстро схватываете, милочка.

Жаль, его банальные комплименты не возымели ответного эффекта. Мне было не до смеха и совсем нерадостно. Я хотела поскорее вернуться в толпу, а то, чувствую наверняка, скоро спина начнёт дымиться от такого числа пронзительных взглядов участниц и их бдительных сопровождающих.

Палач, то есть бойкий старичок, снова поморщился, но в этот раз устремил взгляд к выходу из часовни.

— Амьен! Ты где там запропастился?

Перед глазами промелькнула тень, и участницы несостоявшегося события дружно перекрестились. В торжественно украшенную залу вошёл он. Или она, отсюда было не видать. Важно другое. Он или она было одето в чёрную‑пречёрную мантию, надвинутую на глаза, а в руках этого высокого нечто на ножках пребывала самая настоящая чёрная‑пречёрная коса. С виду наточенная и острая. Вот только цвет жидкости, стекающей по блестящему лезвию, явно подкачал.