Завидный холостяк

Глава 2

Дочка олигарха оказалась достаточно неплохой девушкой, я бы даже сказала веселой и приветливой. Мы выпили с нею чаю, обговорили детали занятий, а потом я посмотрела, как она танцует. И я могла смело сказать, что Алина на себя наговаривает. У нее потрясающие движения, гибкость, и она отлично чувствует музыку. Я бы сказала, что такая пластика не часто встречается у начинающих.

― Фух, как‐то так, ― выдохнула Алина, откидывая волосы за спину.

Музыка заглохла, и я улыбнулась девушке.

― У тебя отлично получается.

― Правда? Мне нужно поставить еще несколько хореографий. Ты же мне поможешь?

― Помогу. Слушай, а ты с детства занимаешься танцами?

― Есть такое. Я всегда любила танцевать, даже когда мне было два года. Папа рассказывал, что стоило мне услышать музыку, как я сразу же начинала кружиться. И очень даже в такт попадала.

― Просто у тебя талант.

― Это от мамы, ― произнесла она тише, но с улыбкой, а в ее глазах я заметила промелькнувшую грусть.

― Что‐то не так?

― Да нет, нормально. Просто мамы не стало, когда она меня рожала. Я ее и не знала, но всегда буду любить. Папа рассказывал, что она была самой лучшей женщиной.

― Прости. Я тебя понимаю.

― Девушки, добрый вечер. Не сильно задержал вас?

К нам в зал вошел Никита Тимофеевич. Немного взъерошенный, но такой красивый. Господи, где таких мужчин делают? Высокий, красивый, улыбается… мне кажется, я готова расплавиться от одного его взгляда.

― Нет, папуль, мы как раз закончили.

― Да, ваша дочь отлично танцует. Поставим ей несколько номеров, и все получится лучшим образом. Уверена, экзамен будет сдан на отлично.

― Да, она у меня умничка. Ну что, может, поужинаем? Я ужасно проголодался, ― довольно потер ладони Никита Тимофеевич, а я тут же покачала головой.

― Вы извините меня, но мне нужно бежать. Дедушка ждет.

― Давайте я вас отвезу?

― Эм, ― я бросила взгляд на Алину, и та активно закивала головой, ― не знаю, удобно ли это. Мне ведь в город надо.

― Ну и что? Если папа предложил, то отказываться не нужно. Пап, езжай, а я пока ужин приготовлю. Угу?

― Договорились.

― Все, Алин, тогда завтра созвонимся насчет дальнейших занятий. Номер я записала.

― Да. Рада была познакомиться. До встречи.

Никита Тимофеевич помог мне надеть пальто. Каждое его случайное касание к моей руке или плечу вызывали в теле дрожь. Я старалась максимально не думать о своей реакции на мужчину и постоянно мыслями уходила к дедушке. Он наверняка меня заждался уже, хотя и говорил, что ляжет пораньше. А еще и прогулка отменяется. Не хочется говорить Морозову о том, что я не собиралась сразу домой. А то еще предложит вместе погулять, а его дома дочь ждет.

― Ну что, я так понял, вы согласны работать с моей дочерью, ― он первым нарушил тишину.

― Да, почему нет? Она талантливая, трудолюбивая. Думаю, проблем у нас с ней не будет.

― Насчет оплаты. Двести долларов за занятие вас устроит?

― Двести долларов? ― ошарашенно переспросила я, в надежде, что мне послышалось.

― Мало?

― Нет, что вы, наоборот. Это же очень много. К тому же мы с Алиной будем заниматься три раза в неделю.

― Ну и что, пятнадцать тысяч нашими, вы хотите сказать, что это много?

― Я столько и за месяц не получаю, ― произнесла растерянно, бросив на него короткий взгляд.

― Вот и не надо отказываться. А личные занятия никогда дешевыми не были.

Да уж. Наверное, он прав.

― Рита, а расскажите о себе? Я имею в виду не работу, а вообще. С кем живете, чем занимаетесь в свободное время.

― У меня практически нет свободного времени. Мне приходится много работать. Живу я с дедушкой, и за ним нужен уход. Сейчас вот сиделку наняла, чтобы он не скучал дома один, а то все сам да сам.

― Тогда тем более моя оплата вам не помешает. Не против, если на «ты»?

― Давайте, то есть давай.

Я улыбнулась ему и, облизнув губы, перевела взгляд в окно.

― А если я приглашу тебя на свидание?

― Эм, меня на свидание? Зачем?

― Я не могу позвать красивую девушку на свидание?

― Звучит, как комплимент, ― я пожала плечами и улыбнулась, ― но если так, то почему бы и нет.

― Как насчет завтра?

― Только после семи.

― Договорились.

Высадив меня у подъезда, Никита уехал, оставляя после себя лишь мысли и улыбку на моих губах.

Парень у меня был однажды. Встречались, хотели жить вместе, но он нашел себе другую девушку. Влюбился в нее, а меня бросил. И после того мне не хотелось никаких отношений, а позже и вовсе не до них стало. Но Никита, он… он мне понравился. О чем‐то большем сказать пока сложно.

Поднявшись на свой этаж, я тихонько вошла в квартиру, в надежде, что дедушка уже спит, и разбудить бы мне его не хотелось. Осторожно прикрыла двери, стянула шарф и пальто, а затем, сбросив обувь, медленно пошла в гостиную. Все‐таки дома очень хорошо.

― Дедушка? Дедушка, тебе плохо?

Я только вошла в комнату, как заметила его лежащим на полу. Сразу же кинулась к нему и приподняла голову, пытаясь привести в чувства.

― Дедулечка! ― шептала я, чувствуя, как сильно колотится мое сердце.

Быстро схватила телефон и принялась вызывать скорую.

Только не это, Господи, только не это.

― Дедушка, живи! Умоляю тебя, живи.

Но он молчал, и лишь стрелки часов громко отсчитывали каждую секунду, как бы намекая на последние секунды его жизни.

Господи, пожалуйста…

Скорая приехала через семь минут.

Врачи забрали дедушку в больницу, и я поехала вместе с ним. Там я ожидала в коридоре, и спустя сорок минут ко мне вышел врач. Я все поняла по его лицу. Прикрыла глаза и, крепко сжав челюсти, тихо зарыдала.

Ну почему, почему так произошло? Дедулечка…

Все внутренности сжало тугим жгутом, и, скрутившись от боли, я съехала спиной по стене. Не хотела верить, не хотела…