Завидный холостяк

Глава 7.3

― Беременна? Господи, Рит, ты сейчас серьезно?

― Да, я серьезно. Ты не рад?

Я перехватил ее по удобнее, заставляя перекинуть ногу через бедра, и прижал к себе покрепче, заглядывая в глаза, наполненные волнением. Улыбнулся, пальцами убрал с лица пряди волосы, и бросив короткий взгляд на губы, тихо произнес:

― Я счастлив. Безумно счастлив, ― и прижался к ее холодным губам в коротком поцелуе.

Какая же она у меня прекрасная. Господи, спасибо тебе за нее.

― Никит, ты правда рад?

― А как можно не радоваться? Это же ребенок. Наш с тобой. Я очень рад, Рита. Очень.

Она тут же запищала и порывисто обняла меня за шею. Я носом уткнулся в ее волосы, выступающие из‐под шапки и прикрыв глаза наслаждался счастливым моментом.

У меня будет еще один ребенок. Разве это реально вообще? Мог ли я раньше подумать о таком?

― Никит, а кого бы ты хотел, мальчика, или девочку?

Я отстранился и заглянул в любимые глаза. Кого бы я хотел?

― Мне все равно. Главное, что у нас будет ребенок, ― снова поцеловал Риту и счастливо выдохнул, ― я буду возвращаться домой, где меня ждет не только жена, но и наш малыш.

― Давай, если родится девочка, назовем ее Ева.

― А если мальчик?

― Ммм… выбор за тобой?

Я пожал плечами.

― Я подумаю. Это очень серьезный момент.

― Спасибо тебе. За все.

― И тебе, милая.

Мы просидели около озера еще с полчаса. Дышали воздухом, разговаривали о предстоящем событии и мечтали. Я понимал, как для Риты все это волнительно, ведь у нее первая беременность. Для девушек это всегда что‐то особенное.  И я хочу быть рядом, хочу помогать ей и всегда о ней заботиться. Моя жена будет самой счастливой женщиной. Я для этого сделаю все.

― Пойдем я тебя покормлю? Ты ведь голодный с работы.

― Тогда я требую слюнявчик и есть из твоих рук.

― Ахаха, ну конечно, господин Морозов. Вы ведь маленький мальчик.

― Не то, что бы. Просто потренируешься. У тебя же это впервые.

― Ты прав. Впервые и так волнительно.

― Не переживай, я буду рядом.

Поднявшись со скамьи, я обнял Риту за талию, и мы пошли в сторону дома. Я пытался представить, а что, если бы она не появилась в моей жизни? Сидел бы дома один в ожидании звонков своей взрослой дочери? Это было бы слишком скучно. Алина выросла, у нее своя личная жизнь и она не может постоянно развлекать отца, чтобы тому не было скучно. Нет, это я понимал и потому просто бы куковал один дома.

― Кажется, по срокам наш малыш должен появиться как раз к Новому году, ― отметила Рита, когда мы зашли домой.

― Думаю, это будет отличный подарок.

― Сэкономлю заодно, ― хихикнула она, а я улыбнулся.

― Не думаю, что это так. Ты очень жертвуешь собой, и я безумно тебе благодарен.

Я положил руку на ее живот, и представил, как совсем скоро там будет шевелиться малыш. Пяточкой пинать меня, по ночам маме спать не давать, а еще помню, как Алина икала в животике. Боже, это так чудесно! И мне не верится, что я снова все это испытаю.

― Пойдем ужинать, а то и я после прогулки проголодалась.

Время летело как бешенное. Каждый день происходило что‐то новое, но главное, что Рита и малыш чувствовали себя прекрасно. Мы сообщили Алине о предстоящем событии, и она как настоящая старшая сестра принялась сразу же закупать различные вещи. Благо не одежду ребенку, потому что мы пока не знали кто родится. Но вот различные матрасы, пеленки, одеялки и прочую всячину она привозила нам регулярно. И мы были благодарны ей за такую помощь.

Первое время Рита вообще не могла выйти из дома. Ее постоянно тошнило. Она едва ли могла засунуть в себя хоть какую‐то кашу, или бутерброд. В такие моменты мне самому становилось не по себе. Хотелось помочь, но увы, единственная моя помощь в данной ситуации была подержать волосы Риты, пока ее выворачивало. И тем не менее, я всегда старался быть рядом. Понимал, что сейчас ей необходима поддержка, как никогда.

А вот после токсикоза, да простит меня любимая, начался настоящий жор. И чтобы не позволять Рите думать о том, что она поправилась в бедрах или руках, как она говорит об этом, я старался всегда есть с ней. Только еду выбирал тщательнее. Ну никак мне не улыбалось есть сгущенку, намазанную на селедку. Господи, от одной мысли меня начинало тошнить.

Проснувшись как‐то летним утром, я не обнаружил рядом жену. Нахмурился, и пошел искать ее. В доме кроме нас сегодня никого не было. Выходной. Я прошел по коридору и спустившись вниз, увидел Риту сидящей на террасе. Улыбнулся. Поглаживает животик. Наверняка малыш спать не давал ей с раннего утра, потому она вышла сюда.

Августовское утро как всегда теплое. Двери на улицу были открыты и тонкие белые шторы колыхались от легкого ветерка. Я улыбнулся, остановившись в проеме двери.

― Боюсь представить, малыш, каким гурманом ты родишься.