Завидный холостяк

Глава 10

Рита.

Январь выдался ужасно сложным. Стараясь отвлечься всеми возможными способами от мысли о сыночке, я все время посвящала новой работе. Никита выкупил для меня хорошее помещение, и все это время здесь шел ремонт и подготовка к открытию. С помощью рекламы в интернете и вывесок на улице, мне удалось собрать целых две группы для занятий. Детки четырех‐шести лет, и группа старшеньких ребят до двенадцати лет. Звонили и постарше, но пока что увы, группа не набиралась. Зато я с удовольствием взяла несколько индивидуальных занятий.

Работа помогала мне отвлечься, но в то же время безумно выматывала. Я практически не бывала дома, редко пересекалась с мужем и Алиной, и зачастую даже ужинала на новой студии. Мне так было проще и спокойнее. Пропадать на работе и не смотреть в глаза мужа, чтобы не видеть его жалость к себе. Невыносимо просто это терпеть. За что он так со мной? Неужели нельзя просто не реагировать? Мне очень сложно забыть то, что случилось месяц назад. Я даже улыбаться не могу. Просто мечтаю не думать хотя бы один день. Потому я здесь, на студии, практически прописалась.

Подойдя к панорамному окну, поняла, что дождь так и не перестал лить за целый день. Кажется, мне начинала нравиться эта погода. Под стать моему настроению. Выгляни сейчас солнце, и я буду ощущать себя мерзко. Ненавижу ясную погоду. А Никита сказал, что он стал ненавидеть снег. Но его и нет уже практически месяц. Словно ушел вместе с моим сыночком. Я и сама в последнее время не жила, а существовала. И каждый вечер давался мне все сложнее и сложнее. Я просто не хотела ехать домой. Там все для меня стало чужим. Даже люди, к которым я так сильно привязалась.

― Рита, привет.

Я резко развернулась и увидела в проеме двери Алину.

― Привет. Ты как здесь?

― Да решила навестить тебя, а папа сказал, что тебя можно застать сейчас только здесь.

― Я много времени провожу здесь, и вправду.

Алина прошла по залу, и остановилась около меня.

― Ты не должна так себя вести, Рит.

― Ты о чем?

― Зачем ты отдаляешься от папы? Он же тебя любит.

― Знаешь, мне сейчас не до любви.

― Милая моя, ― она рукой коснулась моего предплечья, заставляя меня вздрогнуть, ― Рита, нам всем тяжело. Мы все потеряли этого малыша. Только представь, что папе намного сложнее. Ты же от него отворачиваешься.

― Просто мне сейчас не хочется ни с кем разговаривать о личном.

― Что значит ни с кем? Он же твой муж. Он тебя любит.

Я громко выдохнула и отвернулась к окну. Не могу, не могу я сказать Алине, что ее отец… Да мне даже спать с ним не хочется. Сошла пелена, открылись глаза. Нет ничего, и не было, наверное. Только как я скажу ей об этом?

― Мне нужно время, Алин. Пожалуйста, не дави на меня.

― Ладно. Ты не грусти, все будет хорошо, ― произнесла она, коснувшись моего плеча.

Я медленно кивнула и прикрыла глаза.

Она ушла, и я расслабилась.

Все родные вмиг стали чужими. И не знаю я, случилось бы это, если бы малыш остался жив. Но сейчас я просто хотела быть одна. Просто одна.

Обняла себя за плечи и сделав глубокий вдох, всхлипнула. Кажется, я никогда не смогу успокоиться после этого. Вот если бы дедушка был жив. Хотела бы я сейчас поехать к нему на могилу, но там рядом с ним похоронен мой ангел. И если сейчас я увижу маленькую могилку, то просто рухну прямо там. А может мне проще будет? Умереть? Лечь рядом и умереть.

Руками уперлась в стекло.

Господи, о чем я только думаю? У меня завтра открытие студии, а я хочу умереть. Разве так должно быть? Я радоваться должна своему достижению, а я…

Нет, нужно брать себя в руки и ехать домой. Отдых перед важным днем не помешает.

Оставив все на охрану, забрала свои вещи, и уехала, решив, что завтра обязательно обо всем поговорю с Никитой. Возможно, даже поживу отдельно. Может мне это поможет?

― К мужу домой, ― сообщила я Олегу, забравшись в салон авто.

Дождь продолжал лить, как из ведра. Тарабанил крупными каплями по крыше авто, и пугал меня своей силой. Кажется, даже молния сверкнула. Вот тебе и январь. Что‐то я такого не припомню. Хотя, какое мне дело до погоды, когда в душе полный раздрай. Тут бы со своей погодой разобраться.

Ехали мы дольше обычного. Из‐за сильного дождя, перекрывающего видимость, приходилось постоянно сбавлять скорость, чтобы не улететь в кювет. И если мне было плевать, то вот Олега жалко. Он явно не при чем, и не должен из‐а меня пострадать.

Достала из сумки телефон и ответила семь пропущенных от Никиты. Снова звонил.

― Рита, я не из дома, зонта нет. Посидите, сейчас сбегаю и встречу вас.

― Не надо. Я и так дойду, ―прохрипела я, глядя в окно на входную дверь.

Снова одно и то же.

Вздохнув, я вышла на улицу, и не обращая внимания на дождь, медленно прошла к ступеням. Один шаг, второй, третий. На четвертом входная дверь открылась, являя моему взору хмурого мужа. Я поднялась по ступеням и остановилась рядом с Никитой.