Заводное сердце. Девочка из ниоткуда

Глава 2. Беглецы

– Приведите! – Великий Магистр, прошелестев полами строгой темно-лиловой мантии, опустился в кресло. Его высокую худую фигуру обступил прохладный полумрак. Глухие стены башни почти не пропускали дневной свет. Лишь под сводчатым потолком бледно светились крохотные окошки. 

Безликая тень у дверей согнулась в поклоне и исчезла так же бесшумно, как и появилась. К ногам Магистра упала полоска света. Невидимый гость сделал несколько робких шагов к возвышению, на котором стояло магистерское кресло.
– С чем вы пришли ко мне сегодня, профессор Тихомиров? – голос Магистра, низкий и тягучий, наполнил сводчатую залу. – Хотите  меня порадовать? Я же вижу, вы так и светитесь от радости.

– В-ваше п–превосходительство, – вперёд вышел маленький лысоватый человечек в белом халате. Остатки пегих волос торчали во все стороны, а глубоко посаженные глазки прятались за круглыми стёклами очков. – С прискорбием я вынужден...
– Довольно! – отрезал Магистр. – Сколько можно слушать ваше жалкое блеяние? Вы пришли рассказать мне об очередном провале. Ведь так?
– Г-господин Магистр...
– И что на этот раз? Неужели вам мало тех денег, которые Ложа выделяет на ваши разработки? Почему раз за разом я слышу дурные вести?
– Ваше превосходительство, – профессор глубоко вздохнул и промокнул лысину платком. – Я работаю с мертвой материей, она не обладает ни волей, ни разумом, ни малейшей жизненной искрой. Ведь вам нужны не пустоголовые механические куклы. То, что вы требуете от меня... я боюсь, эта задача лежит за гранью науки.

– Неужели? – Магистр вскинул бровь. – Однако князю Кручинину это удалось. А ведь он всего лишь инженер. Да, весьма одарённый. Но инженер. Не знаток живой материи, медицины или пробирочного искусства. В отличие от вас, дорогой профессор.

– Прошу простить мне моё несогласие, – Тихомиров зажмурился. – Но князь, очевидно, открыл какой-то секрет. Мастерство…

– Кручинин работал один, – отчеканил Магистр. – У него нет способностей к Мастерству. А значит, от вас я могу требовать тех же результатов.

– Но каких?! Каких результатов? – голос профессора в отчаянном порыве взметнулся к сводам башни. – Мы ведь даже… – взглянув на Магистра, он осёкся, опустил глаза и продолжил сдавленным полушёпотом. – Никто из нас не видел творение Кручинина. Вдруг это существо уже мертво? Вдруг это нелепая или даже опасная химера, урод, не способный мыслить? 

– В доме Кручинина обнаружили подпольную алхимическую лабораторию. Обнаружили жилую комнату с горящим камином и раскрытой книгой, в спешке брошенной на пол. Как вы считаете, Иван Андреевич, – Магистр подпёр рукой подбородок, – мертвец может жечь камин? А может ли неразумная тварь любить книги о воздушных путешествиях? И, наконец, может ли эта невообразимая, чудовищная химера, о которой вы говорите, остаться незамеченной в Цареграде?

– Нет, но…

– Это существо достаточно разумно, чтобы сбежать. И чтобы скрываться от меня и Блюстителей. Успешно скрываться, как я вынужден с прискорбием заметить. Прибавьте к этому силу и послушание – и вы получите то, чего я жду от вас. 

– Я не обладаю нужными знаниями… – покачал головой профессор.

– Разве у вас нет доступа к тайным архивам Библиотеки Прогресса? Или вы не знаете, что там хранится множество редких книг, в том числе и тех, что мы изъяли у пленных Мастеров?

– Ваше превосходительство, я всего лишь…  

– Вы порядком утомили меня, Иван Андреевич… – Магистр приподнял голову и взглянул на своего гостя. – Почему мне снова и снова приходится напоминать вам, чем вы рискуете? Ваша семья...
– Прошу вас! – воскликнул профессор.
– Любимая жена и две прелестные дочери...
– Господин Магистр!
– Сейчас дела у них идут отлично – полный достаток, лучшие учителя, наряды по последней моде. Но кто же знает...

– Умоляю, – прошептал Тихомиров.
– ...что случится с ними завтра?

– Я всё сделаю! – с жаром воскликнул профессор.
– Пока вы создали лишь безмозглую механическую прислугу, – в голосе Магистра зазвучала сталь. – И я до сих пор не получил своё войско.

– Вы его получите, – Тихомиров сглотнул подступивший к горлу ком. – Так скоро, как только возможно.
– Я надеюсь, – вкрадчиво произнёс советник. – Вы ведь  не хотите закончить так же, как князь Кручинин?

Его пленник, согнувшись в поклоне, попятился к двери.

***

Следующим утром на перемене Злата и ее подружки отвели Варю в рекреационную комнату, усадили рядом с собой и подробнейшим образом рассказали ей о том, какие уроки действительно важны, а на какие не стоит тратить свое драгоценное время; с кем из девочек обязательно нужно подружиться и кого принято «травить».

Всё это совершенно не вязалось с тем, как Варя представляла себе гимназию. Девочки, которых «травили», сидели за учебниками в другом конце комнаты и бросали на новенькую такие сердитые взгляды, что она отводила глаза и начинала беспокойно ёрзать на диване. Крохотная Букашка Алиса Веснянская – русоволосая девочка, которая поделилась с Варей бумагой и карандашом – была, по мнению Златы, недостаточно богатой, Пухля Фани Лёвушкина – недостаточно стройной, а Мокрица Кира Филинова – и вовсе отставала по всем предметам.
Поначалу Варю засыпали вопросами, но она отвечала кратко и уклончиво, так что Злата и Тильда, многозначительно переглянувшись, вынуждены были отступить.
Вдруг за окном послышались треск и шипение, и все замерли, прислушиваясь.
– Тихо! – подняла палец Рина. – Это громоглас. Сейчас объявят что-то важное.
И действительно, через минуту треск прекратился, и уверенный мужской голос произнёс:
– Внимание жителям Цареграда! Царь и самодержец всей Гардарики Павлентий Первый вместе с Великим Магистром почитают своим долгом сообщить вам, что нынче утром доблестная Черноморская флотилия Военно–морского флота Гардарики с успехом отразила очередную вероломную атаку Османского Халифата. Противник понёс существенные потери, разгромлены полторы дюжины вражеских судов. Жители Гардарики могут спать спокойно, границы нашего государства под надёжной защитой.
– Ура! – многие девочки принялись хлопать в ладоши и парами кружиться по рекреации. – Скорей бы уже победить эту Османию.
Громоглас зашипел и умолк. Варя уже знала, что эти большие медные воронки развешаны на стенах домов почти в каждом переулке. Несколько раз в день громогласы сообщали новости – урожаи, сводки с фронта, производство стали.