Завоевать генеральшу. (не) мой врач.

Пролог

Кирилл

Вереница из машин постепенно въезжает на территорию гарнизона.

После приезда генерала Вахрушева, тестя моего друга, всем вдруг стало неспокойно.

Бумажной работы прибавилось, как и в общем надзора. Впрочем, лично меня это едва ли волновало.

Другое дело — отъезд Максима Игоревича, который чуть не потерял свою журналистку.

Хоть мне и не хотелось, чтобы он уезжал из этого пустующего места, однако я желал другу счастья, учитывая, сколько всего ему пришлось пережить, да и беременность Екатерины играла не последнюю роль.

И вот теперь, наблюдая за тем, как на присягу приехали управленцы из Москвы, я невольно одергиваю рабочий халат.

Что там у них в планах, волновало меня крайне мало, в отличие от генерала Василия Соколова. Генерала, прибывшего на замену Ранина из Москвы.

— Слыхал, этот Соколов не последнее лицо в Москве. — Завхоз дядя Лёша помахал в руках потрепанной тетрадкой, привлекая к себе внимание. — Главное управление МВД.

— И поэтому приехал нести службу под Смоленском? — Ох, и не нравилось мне всё это. — Не считаешь ли ты это подозрительным?

Мужчина добродушно покачал головой. Взять с него было нечего, Алексея мало интересовали распри внутри, гораздо важнее четкое исполнение поставленной работы.

Старая школа.

— А черт его знает. — Он усмехнулся поглядывая на свой грузовик отпаркованный недалеко у ворот.

Последняя машина — низкий черный бмв — напряг мою интуицию, подсказывая, что новый коллега именно там.

Летний ветер всколыхнул деревья, ударяя легкой прохладой по нервным окончаниям даже сквозь наспех накинутый халат.

Делегация постепенно начала покидать свои машины, формируясь в одну приметную компанию, но все мое внимание цеплялось именно за тонированный бмв.

И словно предчувствуя чужую слежку, дверь открылась, выпуская наружу тонкий изящный силуэт.

Это вынудило встрепенуться.

С такого расстояния я мог лишь четко увидеть округлые бедра, спрятанные под приталенными темно-зелеными брюками, и копну длинных, не обремененных резинкой волос.

Не отрывая взгляда от фурии, прокравшейся, как нечто инородное, на это мероприятие, я с неудовольствием отметил, что старею, раз меня начала подводить интуиция.

Телефон завибрировал в кармане, стоило потянуться, машинально отвечая, как знакомый голос ударил по ушным перепонкам.

— Кирилл, я забыл тебя предупредить... — Голос Максима звучал неспокойно. Однако почти насмешливо, засранец что-то утаил.

Пока я неотрывно буравил то ли девушку, то ли видение, что, не обращая внимания на группу, шла прямо на меня.

Постепенно ее черты становились более четкими, изящными, породистыми.

Маленький нос, пухлые губы, большущие голубые глаза, острые скулы.

Она была именно той, которую захотелось окальцевать и скрыть как можно дальше ото всех в своей берлоге. Должно быть, журналистка из группы, такая же, как и Вахрушева.

От этой параллели стало смешно. Чтобы у меня, главного холостяка этого города, возникали такие мысли? Попахивает переработкой и капельницей со спиртом.

— Дроздовский. — Горлопанит генерал уже в отставке.

— Здесь я, говори, что хотел, у нас приехала делегация.

Друг глубоко вздохнул, тихо выругавшись.

— Ты должен кое-что знать касаемо моей замены...

Девушка подходит совсем близко, и я даже не успеваю заметить испарение дяди Лёши, как и курсанта с пачкой документации на медицинское оборудование.

Черт бы побрал старика с этим умением так не вовремя меня кинуть.

— Генерал...

Но не успевает Максим закончить мысль, как миниатюрная ручка протягивается ближе. В совершенно уверенном и привычном жесте. Где нет места и капли сомнений.

Ее цитрусовые духи проникают глубоко внутрь, кажется, впитываясь в каждый кустик возле ног.

— Генерал-лейтенант Василисса Андреевна Соколова.

Даже голос Максима на соседней линии затихает.

Чтоб меня. И Ранина следом.