Завучка против Мёртвого Ректора

0. Чайный гриб

Звонок на перемену пронзил тишину кабинета, где завуч Галина Сергеевна сидела, не шевелясь, глядя в неподвижный экран ноутбука. Её расписания, отчёты, бесконечные исправления и согласования — всё то, что всегда давало ощущение контроля и нужности — сегодня казалось невыносимо пустыми.

Она закрыла глаза. В груди тянуло тяжёлой, вязкой тоской — той, что накапливается годами и поднимается именно в тихие минуты, когда некому позвонить, некому написать, а домой идти… просто не к кому.

«Да, у меня отличная работа. Да, я незаменима. Да, меня уважают… А за пределами школы?»

Пустота. Не трагическая — просто тихая. Привычная. Поражающая своей обыденностью.

Друзей почти не осталось — кто-то уехал, кто-то обзавёлся семьями, кому-то с ней стало «не по пути». Отношений — не было уже много лет. Сначала некогда, потом неловко, потом страшно, а потом… уже не умеешь.

«И вечно эта мысль — что всё пропустила. Пока строила идеальный учебный процесс, забыла построить собственную жизнь.»

Она вздохнула и поднялась.

«Корм бы котам не забыть купить. Люцифер и Минутка уже второй день без вкусненького».

По коридору пронёсся смех учеников — молодой, звонкий и бесшабашный. Галина Сергеевна провела пальцем по поверхности стола, пытаясь поймать эту лёгкость, но она скользила, ускользала, как тень.

«Тридцать лет я здесь... А могла бы быть где-то ещё», — тихо сказала она себе и шагнула в прохладный вечер.

Холодный осенний ветер бил в лицо, пробираясь сквозь пуховик, словно напоминая о старых ранах. Вдруг прошлое нахлынуло волной, и она снова оказалась у окна в своей комнате — той самой комнаты, где мечты были живыми и яркими, как солнечный свет.

Многие девчонки воображают себя принцессами, грезят о благородных рыцарях и поцелуях, разрушающих злые чары. Юная Галя, конечно, тоже не имела ничего против подобной романтики, но всё же представляла себя не златокудрой пленницей дракона, ждущей избавления от оков, а скорее волшебницей, способной писать собственную историю и спасать мир от вселенского зла. И в тайне ждала… Ждала, что когда-нибудь придёт ей письмо из школы магии.

И оно пришло! Только когда Галя уже закончила школу обычную.

Восемнадцатилетняя Галина держала в руках письмо из Академии, магического вуза. Она помнила, как её пальцы дрожали, раскрывая старомодный конверт, как сердце застучало в груди — этот момент должен был изменить всё.

Но вместо долгожданного восторга, её встретил лишь холод реальности. Родители, услышав о письме, лишь отмахнулись, посчитав это детской фантазией.

— Магия? Ты серьёзно? Галочка, ты же взрослая! — мама с укором качала головой. — Ты же уже в педагогический поступила, учителем станешь, это вот — реальность. А письмо какая-то глупая шутка или даже мошенничество, и не думай на него отвечать! Мало ли во что тебя втянуть хотят.

Галина пыталась спорить, доказывать, что её зовёт нечто большее, но голос семьи заглушал её мечты. Слёзы наворачивались на глаза, когда она опустила конверт на стол. Тогда она поверила, что волшебства нет, что путь в иные миры закрыт навсегда.

И теперь, спустя тридцать лет, стоя на пустынной улице и вдыхая холодный воздух, Галина Сергеевна ловила себя на мысли: «Что если бы всё было иначе? Что если бы я всё же ответила на это письмо? Вдруг это была не шутка?»

На углу её улицы перегорел фонарь — тот самый, который обычно тускло мигал по вечерам. Сегодня он вспыхнул неожиданно ярко, как молния в ясном небе, и погас, оставив полосу света в глазах. Галина Сергеевна остановилась, удивлённо посмотрела вверх — но небо было чистым, как стекло. Ни тучи, ни ветра, только тонкая рябь в воздухе, будто он колебался, невидимый.

В зоомагазине у прилавка с кормом Галина снова зависла между двумя пачками — «индейка» и «лосось». Иногда ей казалось, что её коты добились в этой жизни гораздо большего разнообразия, чем она сама.

— Снова в дипломатической миссии? — услышала она за спиной.

Она обернулась. Продавец, которого она уже видела тут мельком не раз — около тридцати, широкоплечий, улыбчивый. На взгляд и манеры — тот, кто мог бы запросто понравиться любой студентке-практикантке. И он улыбается мне?

— Да вот… решаю судьбу ужина, — пробормотала она.

— Ваши коты — счастливчики, — он кивнул и посмотрел на неё чуть внимательнее. — Повезло им с такой очаровательной хозяйкой.

Она замерла на полуслове.

Что? Это точно мне? Он… это всерьёз? Господи, ему же лет на пятнадцать меньше… если не на двадцать. Молодой, симпатичный — и вот так просто?

— После целого рабочего дня очаровательной? — выдохнула она, пытаясь отшутиться.

— Именно, — улыбнулся он мягко. — Вам идёт такая лёгкая рассеянность. Делает взгляд чуть беззаботным.

Ну всё, он ошибся. Или перепутал. Или пытается быть вежливым. Взгляд? Через очки… ну, что за вздор! Или… нет, ну мало ли, бывают такие люди: всем делают комплименты.

— Я, наверное… возьму это. — Она схватила первую попавшуюся пачку.

— Пакет нужен? — он чуть наклонился к ней. — Что-нибудь ещё? Для себя?

Она растерянно моргнула.

Для себя? В зоомагазине? Что можно найти для себя в зоомагазине?.. Если только…Чёрт… Он что про себя? Мне не показалось?

— Спасибо, мне ничего не надо, — выпалила она вслух. — С чего вы решили?

Он будто опомнился.

— Просто показалось, — признался он. — Иногда по человеку видно, что он стоит на пороге… чего-то хорошего, нового.

Она улыбнулась неловко — и поспешила уйти, пока внутри всё не стало ещё более странным. Но по дороге к выходу она поймала себя на том, что идёт чуть легче.

Ну надо же… комплимент от молодого мужчины. Да такого со мной не случалось лет пять… десять… двадцать? Вот ведь дура, даже считать неловко.

У двери она невольно коснулась волос — и впервые за долгое время подумала: