Зазеркалье: сказка на двоих

Глава 7. Михаил

Кто бы знал, как достала его эта зазеркальская стерва. Вроде и грех жаловаться — процент берет небольшой, работой обеспечивает исправно, но вот это ее вечное высокомерие... Будто он не деловой партнер, а последний отброс.
Михаил закурил, вспоминая, как попал к ней на крючок. Все думают, будто до Первой Волны никто не совался в Зеркальный мир. Чушь собачья.
Тогда, в ту проклятую ночь, больше сотни семей пустили под нож. Женщин, детей, стариков. Но до них... до них шли другие. Мелкие группы. Кто в одну сторону, а кто и туда-обратно — товар возили. Он с пацанами как раз из таких был.
Попались. Сначала избили так, что ребра трещали. Потом поставили на колени перед расстрельной ямой. Уже стволы к затылкам прижали, как появилась Она.
— Хотите жить? — спросила просто, будто чай предлагала.
Ребята орали про честь, про принципы. Идиоты.
Она показала экран.
Там их коллег по цеху — тех, кто отказался — разбирали на запчасти. Живых. Аккуратно, почти бережно.
— Ну? — улыбнулась Она.
Михаил первым сказал "да".
С тех пор водил нужных людей в нужное время. Брал с них кругленькую сумму, треть отстегивал Ей. Хотя иногда клиенты мешки денег сулили — а она ни в какую: "Не тех просишь, дурак".
Вот и думай — зачем в умирающем мире деньги?
Михаил фыркнул, допивая виски.
— Живем-то здесь и сейчас, — пробормотал он, разглядывая новый заказ на комбраслете.
Дети. Отец. Цена заоблачная — специально, чтобы не потянул.
Он сразу понял, чьих рук дело.
— Сука, — беззлобно выругался Михаил, — опять ее игры.
Но делать нечего. Набрал сообщение:
"Сегодня в 20:00. У старого склада. Приходи один."
Отправил.
Деньги есть деньги. А жить хотелось. Как тогда. Как всегда.

Алек пришел заранее. Он просто не мог ждать.
Всю дорогу до склада он перебирал в голове возможные варианты. Деньги — у него были кое-какие сбережения. Не заоблачная сумма, но все же. Он надеялся, что хватит заплатить за девочек, а сам пройдет по билету. Что будет на той стороне — непонятно, но главное сначала пройти. А там... там он что-нибудь придумает.
Тут он вспомнил о сообщении, которое пришло днем от Катерины. Открыл. Видео.
Она и девочки. Точь-в-точь как его. Сидят за праздничным столом, улыбаются. На столе — душистый шоколад, фрукты, круассаны. Яркое солнце светит в окна.
Алек забыл, как это может быть.
Он сжал комбраслет так, что экран затрещал.
Где-то в темноте заскрипела дверь.
— Ну что, герой, — раздался хриплый голос. — Решил поиграть в прятки с судьбой?
Михаил вышел из тени, попыхивая сигаретой.
Алек почувствовал, как по спине пробежал холодок. Давно, ещё до знакомства с Катериной, он был летчиком-испытателем. Проверял на прочность новые космические корабли — тогда их строили не для бегства, а для исследований. В те времена он ничего не боялся, ему нечего было терять. Но сейчас голос этого типа заставлял его руки слегка дрожать — слишком многое было на кону.
— Не дрейфь, — ухмыльнулся Михаил, выпуская кольцо дыма. — Излагай, за чем пришёл.
Алек молча протянул фотографию. На снимке — Алина и Алиса, смеющиеся на фоне увядающего сада.
— Хочу их провести туда. На меня билет пришел, а их не позвали... Но как же я без них?
Михаил взял фото, изучающе щурясь.
— А ты в курсе, что детей туда не пускают? — спросил он наконец, переведя взгляд на Алека. — Совсем. Никак. Ни за какие деньги.
Алек стиснул зубы. Он уже переступил черту, придя сюда.
— А если не деньги?
Михаил ухмыльнулся, выпуская дым через ноздри:
— А зачем ты мне сдался? Я за деньги, что получаю — всё могу купить. Только вот... — он бросил окурок, раздавил его каблуком, — ...как и все тут — помру скоро.
Тишина повисла между ними, густая, как заводской смог.
Алек почувствовал, как подступила тошнота. Не от страха. От понимания, что этот человек — его последняя надежда, а надежды нет.
Михаил вдруг резко наклонился вперёд:
— Ладно. Ты мне... интересен. — Он швырнул что-то блестящее.
Алек поймал на лету — старый ключ-карта.
— Жди сообщение. Завтра.
И растворился во тьме, оставив Алека с ключом в потной ладони и тысячью вопросов