Зазеркалье судьбы

23

Глава 23: Одержимость и Ультиматум
Артем был одержим. Школа "Горный Хребет" стала его единственной целью. Проникнуть туда оказалось сложнее, чем он предполагал. Это была закрытая элитная школа, где случайных людей не приветствовали. Он использовал все свои связи, все уловки, к которым прибегал его отец, чтобы устроить сына куда угодно. Артем приложил неимоверные усилия, чтобы его родители, которые обычно с трудом мирились с его выходками, согласились на перевод. Он использовал шантаж, манипуляции, даже пригрозил, что совсем бросит школу, если не получит желаемого. И в итоге, к их большому удивлению, добился своего. Это было сложно, невероятно сложно, но Артем не отступил.
Когда он впервые ступил на территорию "Горного Хребта", то почувствовал себя чужаком. Всё здесь было другим – от идеально подстриженных газонов до надменных взглядов учеников. Но ему было плевать на них. Ему нужна была только она.
Он искал её в школе, его взгляд скользил по лицам, пытаясь найти тот самый ледяной блеск, ту насмешливую усмешку. Он проходил по коридорам, заглядывал в классы, бродил по столовой. Девочки здесь были красивы, но ни одна не обладала той властью, той силой, которая так притягивала его к Лили. Он чувствовал, что она здесь, но не мог её найти.
Наконец, когда он уже почти отчаялся, он увидел её. Украдкой, где-то в библиотеке, в дальнем ряду между стеллажами с книгами. Она сидела у окна, свет падал на её волосы, и она выглядела... не так, как он её запомнил. Её взгляд был отстраненным, задумчивым. Она читала книгу.
Артем подошёл к ней, его сердце колотилось. Она подняла глаза, и в них мелькнуло лёгкое удивление, а затем — та самая, привычная усмешка.
"Ну что, мой номер шестнадцать, нашёл меня?" — голос Лили был низким, дразнящим. — "Очень быстро. Молодец".
Артем почувствовал, как ярость поднимается в нём. Она всё ещё играла с ним, как с надоедливым псом. Но теперь у него был козырь.
"Я не буду шестнадцатым", — твёрдо произнёс Артем, его голос был глухим. Он склонился над ней, его взгляд был прямым и угрожающим. — "Если я не номер один, то все узнают про ваши с сестрой проделки с подменой. Все узнают, что ваша "королева" на самом деле была забитой серой мышкой, а эта "серая мышка" — высокомерной принцессой. Твои учителя, твои фанаты, твои родители. Все".
Лили смотрела на него, и в её глазах мелькнуло нечто, что Артем принял за удивление, а затем и лёгкую тревогу. Он ожидал, что она испугается, что её безупречная маска дрогнет.
Но вместо этого Лили лишь усмехнулась. Её усмешка росла, превращаясь в лёгкий смешок, который затем перерос в искрящийся, заразительный хохот. Она заливалась хохотом, запрокинув голову, её смех эхом разносился по тихой библиотеке. Ученики, сидевшие за соседними столами, недоуменно оглядывались на них.
Когда она, наконец, успокоилась, её глаза всё ещё блестели от веселья, а на губах играла насмешливая улыбка.
"С этого момента ты номер двадцать восемь", — произнесла Лили, её голос был полон ледяного превосходства, которое она не пыталась скрыть. — "И это твоя единственная привилегия — знать, что ты ещё не на самом дне моего списка. А теперь, мой дорогой, не отвлекай меня. Мне нужно читать". Она отвернулась, вернувшись к своей книге, всем своим видом показывая, что их разговор окончен.
Артем стоял, как вкопанный, чувствуя, как его триумф рухнул в одно мгновение. Номер двадцать восемь. Это было ещё хуже, чем шестнадцать. Его блеф не сработал. И он понял, что его игра с этой девушкой только начиналась. И он в ней проигрывал. Пока.