Зазеркалье судьбы

26

Глава 26: Двойная игра
Теперь, когда Артем получил свой новый, хоть и унизительный, статус, Лили начала использовать его по полной программе. Их отношения развивались в своём, странном русле, вдали от посторонних глаз. Учителя и ученики видели лишь необычайно покорного Артема, который следовал за Лили, как тень, выполняя любые её, порой совершенно абсурдные, поручения.
Наедине же Лили играла с Артемом в свою, садистско-мазохистскую игру. Это не подразумевало физического насилия, нет. Её оружием была власть, контроль и абсолютное доминирование. Она могла попросить его принести ей редкую книгу из библиотеки на другом конце города, заставить ждать её после занятий часами под дождём, просто потому что ей так захотелось, или приказать ему выполнять какие-то нелепые задания, вроде принести ей самый красивый цветок из школьного сада. Артем делал всё это безропотно.
"Мой номер двадцать семь", — могла сказать Лили, лениво протягивая к нему руку, когда они оставались вдвоём в пустом классе после уроков. — "Принеси мне мой латте. Без сахара. И чтобы он был идеальной температуры. И не смей покупать его в школьном буфете".
Артем срывался с места, и через пятнадцать минут возвращался с идеальным латте из кофейни на другом конце квартала. Он подавал его Лили, и в его глазах читалась смесь надежды и покорности. Ей достаточно было лишь лениво кивнуть или бросить короткое "Молодец", чтобы он почувствовал себя на вершине блаженства. Иногда она позволяла ему прикоснуться к своей руке, когда брала стакан, и это просто сводило Артема с ума.
Его ревность, глядя на то, как она общается с другими мальчиками, была мучительной. Лили продолжала быть королевой, флиртовала, смеялась, принимала комплименты. Когда кто-то из парней, не боясь Артема, подходил к Лили, чтобы поговорить или предложить помощь, Артем становился напряжённым, его кулаки сжимались. Он ненавидел их, но не смел вмешиваться, пока Лили не подаст знак.
Однажды, когда один из старшеклассников, Олег, слишком долго задерживал Лили после уроков, Артем стоял неподалеку, сгорая от ярости. Лили, заметив его состояние, решила подлить масла в огонь. Она рассмеялась, положила руку на плечо Олега, и нарочито громко сказала: "Олег, ты такой забавный! А не мог бы ты мне завтра принести..."
В этот момент Артем не выдержал. Он шагнул вперёд, его глаза потемнели. Олег, заметив его приближение, напрягся. Но Лили лишь подняла руку, едва заметным движением остановив Артема. Её взгляд, брошенный на него, был полон предупреждения и лёгкой усмешки.
"Артём", — произнесла Лили, её голос был мягким, но холодным, как лёд. — "Можешь подождать меня внизу. Я скоро спущусь".
Артем замер. Его тело хотело разорвать Олега на куски, но приказ Лили был превыше всего. Он стиснул зубы, метнул на Олега взгляд, полный такой невысказанной угрозы, что тот побледнел, и медленно, нехотя, развернулся и пошёл прочь. Оказывалось, что он — собачка у её ног. Ласковая. Для неё.
Именно этот контраст вызывал недоумение у других учеников. При Лили он был покорным, готовым выполнить любое её желание. Но стоило кому-то другому попытаться заговорить с Лили без её разрешения, или просто перейти Артему дорогу, как все понимали: он — лютый волк со всеми остальными. Его ярость, его сила, его способность подавлять оставались при нём. Просто теперь они были направлены в строго определённое русло, под контролем Лили. Он был её оружием, её щитом, её самым преданным слугой.
Эта двойная игра Лили продолжалась, и Артем был в ней полностью поглощён, всё глубже увязая в своей странной, болезненной преданности.