Зазеркалье судьбы

51

Глава 51: Корона из шипов
Лили держала записку Артема, и слова плясали перед глазами: "Я построил это всё для тебя... На этот раз у тебя действительно нет выбора." Это был не просто подарок, это был ультиматум, замаскированный под триумф. Он загнал ее в угол даже из тюрьмы, превратив ее свободу в новую, куда более масштабную клетку. Вся ее жизнь, все попытки убежать, теперь обернулись прахом. Ей было 23 года, и она оказалась владелицей огромной, но, вероятно, криминальной империи.
Первая реакция – отторжение. Сжечь все к чертям, отказаться, пусть рухнет. Но слова "Если ты отвергнешь это, я всё разрушу" звучали в ее голове как приговор. Она знала, он сделает это. Он был способен. И тогда тысячи людей останутся без работы, а вся его империя, построенная на ее одержимости, превратится в пепел.
Лили провела ночь без сна, пролистывая документы, которые оставил адвокат. Цифры, названия компаний, офшорные счета – всё это было невероятно, пугающе. Она, аналитик с идеальным дипломом, теперь должна была взять на себя управление всем этим. Утром она позвонила Виктору, адвокату.
"Я согласна", — её голос звучал так, будто она говорила о приговоре.
Виктор лишь спокойно кивнул на другом конце провода. "Я знал, что вы примете верное решение, Лилиана Сергеевна. Мы начнем процесс передачи дел немедленно. Вас ждут в офисе 'Феникс Групп' в десять утра".
Вернуться в "Феникс Групп" в качестве генерального директора было сюрреалистично. Те же коридоры, те же сотрудники, но теперь их взгляды были наполнены не шоком или любопытством, а почтительной настороженностью. Они знали, кто она теперь.
Лили чувствовала тяжесть власти на своих плечах. Кабинет Артема, который теперь стал её кабинетом, был таким же, как и тогда, когда она увидела его впервые – величественным, холодным, наполненным его энергией. Она села в его кресло, и ей показалось, что она чувствует его запах, его присутствие. Это была его ловушка. Его победа.
Первые недели были адом. Лили погрузилась в изучение бизнеса, пытаясь разобраться в сложных финансовых схемах, юридических хитросплетениях и скрытых активах. Чем глубже она копала, тем больше понимала истинный масштаб империи Артема. Она была построена на гениальных, но порой безжалостных решениях, на жестком контроле и абсолютной преданности подчиненных. Именно этой невидимой сети он и пользовался, чтобы "устранять" конкурентов и "помогать" её бывшим ухажерам.
Лили встретилась с главными топ-менеджерами. Они были опытными, но их лица были непроницаемыми. Они подчинялись ей, потому что так приказал Артем. Она чувствовала, что они ждут, что она оступится.
Ей пришлось быстро учиться, и она училась. Её аналитический ум, её природная смекалка и врожденная властность, которые когда-то проявлялись в школьных играх, теперь оказались необходимыми для выживания. Она начала принимать решения, сначала осторожные, потом всё более уверенные. Она вникала в каждый процесс, каждый контракт. Она была вынуждена стать той, кого из неё делал Артем – беспощадным и эффективным лидером.
Однако каждый раз, когда она принимала жесткое решение, её мучила мысль: "Это то, чего он хотел? Я становлюсь им?" Она не хотела быть такой, как он. Она не хотела, чтобы её жизнь была пропитана его одержимостью.
Через месяц после вступления в должность Лили решилась навестить Артема. Он содержался в строгом режиме, и адвокат организовал редкое свидание.
Она вошла в комнату для встреч, её сердце колотилось. За стеклом сидел он. Артем. Похудевший, с более резкими чертами лица, но с той же неистовой силой в глазах. Его взгляд был прикован к ней, как всегда.
"Ну что, хозяйка?" — прохрипел он в трубку телефона, их разделяло толстое стекло. Его улыбка была широкой, довольной. — "Нравится мой подарок?"
Лили поднесла трубку к уху. "Это не подарок, Артем. Это твоё последнее проклятие. И ты добился своего".
"Неужели?" — в его глазах вспыхнул огонёк. — "И ты думаешь, что это я проклятие, Лилиана? Или, может быть, ты сама наслаждаешься этой властью? Этой силой? Той, что я дал тебе".
Его слова ударили в самое больное место. Лили почувствовала, как её щёки горят. Он был прав. Она ненавидела его, но она могла управлять его империей. Она могла принимать решения. Она могла быть сильной. И это пугало её больше всего.