Здесь, но не сейчас

ГЛАВА 15 ВРАГ НЕ ДРЕМЛЕТ

В нос ударил запах кожи от перчатки, которой мне заткнули рот. Волна паники захлестнула мозг, тело покрылось холодным и липким потом.

На нас напали посреди улицы, вокруг ни души. Я боялась представить, что с нами будет, но очень верила, что отважный Оскар сможет спасти нас обоих.

Нас повели в сторону гавани, с каждой минутой стремительно темнело, еще секунда — и я потеряю сознание. Страх смешался с любопытством, тревогой и чем-то еще. В какой-то момент я почувствовала, что это моя вина. Эта прогулка не должна была состояться. Чёрт, надо же было в такое вляпаться!

Когда нас привели к кораблю и пихнули вперед, чтобы мы забирались на борт, на меня накатило какое-то странное предчувствие. Мне показалось, что это не просто уличные грабители, нас умышленно схватили.

Меня тошнило от запаха перчатки, поэтому я старалась укусить мужчину между большим и указательным пальцем — самое больное место. Но рука слишком крепко прижимала мне рот, отчего он стал просто неподвижным.

Брыкания и лягания тоже ни к чему не привели.

— Успокойся, милочка, — прошипел голос над ухом, показавшийся мне знакомым. — Ты же не хочешь, чтобы твоего генерала пристрелили раньше времени.

«Раньше времени?» — мои глаза явно стали шире.

Нас вели по палубе, вдоль корта, ограниченного легкой металлической сеткой. Деревянные гнилые доски скрипели под ногами. Я не видела Оскара, так как он остался где-то позади. Даже бандиты могут быть джентльменами — женщины вперед. И вот я иду, не ведая куда.

Мы спустились по дряхлым скрипучим ступеням, прошли по длинному коридору и остановились перед какой-то дверью. Через мгновение мы узнали, что это наша тюрьма.

— Поверить не могу! — воскликнула я, когда за нами закрылась дверь. В носу до сих пор стоял тошнотворный запах кожи. — Оскар, почему ты ничего не сделал? Кто это такие, черт возьми?!

К счастью, нас поместили в одно место. Хуже было бы сидеть порознь. Каюта была темная, маленькое круглое окошко под потолком не давало света. Внутри всего лишь одна койка и деревянный стул. Оскар немедленно занял его, намекая на то, чтобы я «располагалась поудобнее». Тоже мне — хоромы!

— А что я мог сделать, когда к голове был приставлен пистолет? А теперь и оружие у меня отобрали. Но ты не волнуйся, Ревекка, мы как-нибудь выберемся отсюда.

— Моя сумка… — вдруг вспомнила я с поникшим лицом. — Она осталась лежать на том месте, где нас схватили. Кто-то ее найдет и… Не-е-ет, — заныла, — нет, чёрт, нет! Там же все мои вещи: рисунки, карандаши, телефон.

— Ревекка, успокойся, прошу. В это время суток на улице не бывает людей. Мы здесь надолго не задержимся, вот увидишь.

И в ту же секунду, как он это сказал, начал действовать. Из угла Оскар подтащил старые коробки к стене каюты, затем поставил на них стул и попросил меня лезть на эту баррикаду.

— Что? А почему я?

— Потому что ты легкая, как пушинка, — улыбнулся генерал и вцепился обеими руками в ножки стула. — Лезь наверх и посмотри, что видно из окна.

Я подчинилась.

— Ничего не видно. Уже совсем стемнело, но, по-моему, напротив просто стена.

— Что ж... Это тоже полезное сведение. Спускайся.

Присев, я хотела одним движением спрыгнуть со стула на коробку, но сооружение было слишком шатким или корабль качался, что я потеряв равновесие, полетела прямо в руки Оскара. Мы упали. Я оказалась сверху и к своему стыду ощутила все имеющиеся бугорки на теле мужчины. Наши лица оказались в опасной близости. И вся эта интимная обстановка располагала, я решила, что Оскар сейчас меня поцелует, но этого не произошло. Он нежно убрал с лица мои волосы и тихо спросил:

— Долго ты будешь лежать на мне?

По его задорной улыбке я поняла, что ему нравится, но наши действия противоречат всяким приличиям. Я рассмеялась. Однако смех мой долго не продлился. Внезапно усилилась качка корабля.

Я, как человек, который никогда в жизни не был на корабле, запаниковала.

— Что происходит?

В ту же секунду я пружиной вскочила на ноги и резко почувствовала себя плохо — закружилась голова, уши заложило. Это напомнило мне состояние, которое я испытывала в лифте или в самолете при взлете.

— Оскар, что это? Почему мы так качаемся?

Мужчина встал и развернул меня к себе, но я все больше поддавалась панике. Тогда он приподнял мой подбородок, заставив посмотреть в глаза и спокойно сказал:

— Ничего страшного не произошло. Мы просто вышли в море.

— В… море?

Сначала я пошатнулась, потемнело в глазах, а потом я потеряла контроль над своим телом, оно обмякло не по своей воле и устремилось вниз, глаза закрылись, после чего растворились во тьме, оставив меня в забвении.