Здесь, но не сейчас

ГЛАВА 25 ГЛУПО, НО ТАК ПРЕКРАСНО

Меня разбудил какой-то скрип. Открыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь, ведь мы приехали глубокой ночью и единственное, чего мне хотелось — спать.

Поморгав, осмотрелась. Стены, пол и потолок были отделаны деревом. В миниатюрные окошечки под потолком просачивался солнечный свет, делая помещение уютным. Я лежала на твёрдой кровати, ноги укрыты тёплым пледом, а руки закрыты белыми широкими рукавами, отделанными кружевами на запястьях. Сразу возник вопрос: я сама переоделась или это сделали за меня? Если так, то кто?

Рядом, прям под ухом, кто-то чихнул, я вздрогнула, затем вскрикнула, стоило повернуть голову.

— Оскар?!

— Не хотел тебя тревожить, — не убирая кулак от рта, тут же объяснил он.

Я обратила внимание на кресло необычного строения, в котором сидел мужчина. Деревянные ножки словно пересекались между собой, создавая некие ассоциации с детскими качелями. Но Оскару, судя по расслабленной позе, было в нем очень уютно. Рядом на столике стоял маленький металлический поднос. Я метнула взгляд на стакан, из которого струился пар.

— Принёс тебе горячий отвар. Как ты себя чувствуешь?

— Чувствую себя выспавшейся, спасибо, — ответила ему и скромно улыбнулась.

— Я уже видел твою сестру и ее мужа. Они в порядке.

Испытывая неловкость со своей стороны, я пыталась понять, знал ли Оскар, как велика его доброта. Он не раз спасал мне жизнь, рискуя при этом своей. Ради чего только?

— А Дуйгу? — задумчиво спросила я.

— Лично доставил ее до дома.

Печально вздохнула.

— Надеюсь, Карабулут не будет к ней слишком суров.

— Ты же сама говорила, что он доброй души человек. Полагаю, мадемуазель Дуйгу всё ему разъяснит. — Он слегка погладил тыльную сторону моей руки своим пальцем, затем поднёс к губам. — Желаю тебе доброго утра, Ревекка. И… снова добро пожаловать на мой корабль. Вы сможете пожить здесь, пока мы не соберёмся в путь.

Я вскинула на него свои глаза, и, уверена, в них читалась тревога.

— А… — сглотнула, чтобы перебороть волнение. — Когда это может случиться?

— Думаю, не скоро. — Моя рука по-прежнему оставалась в его горячих ладонях. Оскар разглядывал мои пальчики. — Торговля в этом году идёт не ладно… Не думай об этом сейчас, милая Ревекка. Если хочешь знать правду, то я бы все отдал, чтобы продлить мгновения, проведённые рядом с тобой.

Сейчас меня захватили эмоции. Откуда-то возник ком в горле. Все когда-нибудь заканчивается, и мне однажды придётся вернуться домой в будущее. Но в нашей истории нечему заканчиваться, если оно и не начиналось.

Оскар поднялся с кресла и пошёл к выходу. Доски пола скрипели под его ногами. Но я не хотела вот так его отпускать, поэтому скинув плед, босыми ногами в широкой сорочке подбежала к нему и посмотрела прямо в глаза.

— Оскар, ответь, пожалуйста, на вопрос: если бы я была не из будущего, то могла бы стать твоей возлюбленной?

«Не стоит бояться выглядеть глупой, — думала про себя, пока ждала ответа, — в конце концов, кто-то должен сделать первый шаг».

Оскар, кажется, был удивлён. Естественно, в этом веке у них не принято, чтобы женщины вот так заявляли о своих чувствах. А я сейчас напрямую предложила себя.

— Нет? — разочарованно пискнула, когда не услышала ответа.

— Ревекка, — серьёзно заговорил Оскар, — в своей жизни я ещё не встречал лучшей девушки, чем ты. Но я не понимаю, к чему этот вопрос.

— К чему? Не знаю. — Я несмело шагнула к нему. Наши тела находились в опасной близости, соприкасались, вызывая дрожь и зарождая искры желания. — Кажется, я должна рассказать тебе занятную вещь о том, что там, далеко в будущем, женщины не краснеют, признаваясь мужчине в любви. Девушка легко может поцеловать мужчину первая, и это не будет расцениваться как-то неправильно. Ее никто не осудит…

— Ты хочешь поцеловать меня, Ревекка? — прервав мою занимательную речь, выдал Оскар.

На секунду у меня пропал дар речи. А потом вдруг неожиданно для себя ляпнула следующее:

— Нет. Я хочу попросить тебя сделать это первым.

Когда Оскар убрал мои растрепанные чёрные пряди волос за спину и взял мое лицо в ладони, я думала, он скажет, что нельзя быть такой наивной. Я не знала этого человека, не знала его нравы, его намерения мне были чужды. Однако в глубине души, чувствовала, что он тот, кого я, возможно, не дождалась в будущем.

Тем не менее, я, не отрываясь, вглядывалась в точеное лицо генерала, будто хотела запомнить каждую его черточку. Я боялась услышать отказ.

— Как это глупо, но одновременно прекрасно, — шепнул он и прильнул к моим губам. У меня в тот момент перехватило дыхание от губительной ласки, голова закружилась, ноги подкосились. Моя ладонь легла на щетинистую щеку Оскара. Он целовал меня нежно и неторопливо, а я размякла в его руках, как тряпичная кукла.

Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, Оскар спросил:

— Ну, что, Ревекка, готова ты стать моей возлюбленной?

Я сначала опешила, а потом засмеялась: