Здесь живут русалки

Глава 10

Следующие монастырские дни для Агнеты были наполнены работой и размышлениями. Одни монахини подметали и чистили каменные полы, другие выпекали свежий хлеб в огромных жарких кухнях, а кто-то ухаживал за овцами и прочей живностью.

А сестры и послушницы из знати работали в скриптории, пели в хоре или ткали. Агнета выбрала для себя последнее.

Эрик уехал около двух недель назад, а ей за всё это врем так ни разу и не удалось выйти на берег, чтобы еще раз поговорить с Селией. Матушка Бирта и старшие монахини, казалось, следили за Агнетой. Не то чтобы она не понимала, почему.

Поэтому она покорно сидела за ткацким станком, перебирая нити и свои мысли. Она работала ритмично, подбрасывая волан и плавно нажимая на педали. Стук станков и гул прялок погружал ее в приятный транс. За этим занятием легко могли пролететь часы.

Запах сырой шерсти больше не казался Агнете неприятным. А вот Эстер не скрывала своё раздражение и недовольство. Она сидела рядом, изредка ворча себе под нос ругательства, когда ткань скручивалась узлом под ее пальцами.

Одна из сестер сидела у двери и читала отрывок из Писания, и звук ее голоса был успокаивающим и равномерным, но Агнета не слышала ничего из того, что она говорила. В ушах стоял лишь грохот волн, и всякий раз, когда она закрывала глаза, перед ней возникал образ юноши, которого сияющая русалка принесла ей в дар…

Она могла думать только об этом. Когда снаружи раздался ужасный шум, она даже не сразу поняла, что в Варстене что-то не так.

Монахиня, читавшая Писание, осеклась на полуслове. Из коридора разносились испуганные крики. На несколько долгих секунд в ткацкой комнате воцарилась гробовая тишина. Все замерли, пока не услышали пронзительный возглас:

— Варвары здесь!

Сестры разом вздрогнули. Кто-то вскрикнул из-за прядильной иглы, вонзившейся в палец. В следующий миг все побросали работу и вскочили со своих мест, чтобы толпой броситься к двери, на ходу бормоча молитвы.

Агнета и Эстер застыли на месте. Принцесса смотрела в одну точку, пока глаза фрейлины медленно расширялись. Когда она в полной мере осознала ужас происходящего, то схватила госпожу за плечо, заставляя ту выйти из оцепенения.

— Нужно бежать к остальным!

Агнета вздохнула, вспомнив себя. Нужно успокоиться. Наверняка это какая-то ошибка. Если бы опасность была реальна, Витар и Арне ее бы уже отсюда забрали. Никто не мог подойти к монастырю без их ведома.

— А что, если это… — Эстер в ужасе ахнула. — Что, если это он вернулся? Вдруг он всё-таки оказался варваром?

— Давай сохраним спокойствие и выясним, что происходит, — ответила Агнета, поднимаясь на ноги.

Она старалась не выдавать свой страх, который грозил поглотить ее. В конце концов, она должна подавать пример подданным, даже если они не знают, кто она такая.

Эстер кивнула, и они вышли из ткацкой. Пока они степенно шли по коридору, Агнета обдумывала слова фрейлины об Эрике. Мог ли он и правда вернуться? Понять, что она принцесса и привести сюда людей?

— Если с вами что-нибудь случится… — начала причитать Эстер, но принцесса ее перебила.

— Будем уповать на Создателя и мечи наших защитников.

Нельзя давать Эстер повод впадать в истерику раньше времени, иначе произойдет непоправимое. Ее семья была не самой богатой, но веками гордилась своей верностью короне, которая граничила с поклонением. Агнета знала, что фрейлина умрет за нее в одно мгновение, если что-то действительно пойдет не так.

Они спустились по лестнице и вышли в главные галереи, став частью обезумевшей от страха толпы. Монахини и послушницы сбивались в кучки, самая большая из которых кружилась вокруг аббатисы. Та уже шагала со двора с раскрасневшимся и озабоченным лицом.

— Король! — прокричал кто-то. — Король здесь!

Агнета и Эстер переглянулись.

— Какой король? — прошептала фрейлина.

Глупый вопрос, учитывая, что король в Свенланде всего один. Но Агнета и сама не могла поверить, что отец приехал. Неужели война откладывается? Ей можно вернуться домой? Но тогда почему прибытие короля спутали с нападением варваров?

Солдаты, ввалившиеся в передние двери, ответили на последний вопрос принцессы одним своим видом. Мужчин было так много и все были настолько воинственны, что их появление и правда походило на набег.

Не без облегчения Агнета всматривалась в знакомые лица. Первым вошел Петер — ее кузен и главный военачальник отца. Рядом с ним стояли Витар и Арне, сбросившие маскировку — теперь они были одеты в синие и белые цвета королевских гвардейцев и, судя по их довольным лицам, наслаждались этим.

А потом ворвался и сам король Хальстен. Его разъяренный взгляд ощущался, как рука, сжавшаяся вокруг горла. Высокий, бородатый, с проседью в черных волосах и обветренным лицом, он заполонял своим гневом всё пространство.

Агнета много раз слышала, что когда-то ее отец был самым обаятельным мужчиной в королевстве. Мать рассказывала, как Хальстен, тогда еще лихой молодой принц, пытался завоевать её сердце, взбираясь на балкон с охапкой цветов.

Увы, едва ли от того принца еще что-то осталось в этом суровом короле.