Здравствуй, Мороз

Глава седьмая

Мороз (Никита)

Серое офисное здание на одной из центральных улиц ничем не выделялось из ряда себе подобных, и меня поглотили раздвижные двери, как и каждого, кто входил сюда с желанием заработать. Охранник встретил неприветливым кивком, попросил приложить магнитный пропуск заученной фразой и проводил настороженным взглядом.

Я не понимал людей, которые живут так изо дня в день, но терпел, зная, как для родителей важен их бизнес. Детище, в которое они вложили всю душу, создав с нуля, кормило немало рабочих ртов. Я не мог не гордиться родителями, потому что они действительно многого добились, вкалывая с утра и до ночи, но это не отменяло того факта, что обо мне они вспоминали крайне редко. И теперь я оказался винтиком в их системе ценностей, основанной на развитии бизнеса, укреплении позиций на общемировом рынке и цифрах. Это удручало. Не такого будущего я желал для себя и не таких скучных серых будней в типовом офисном здании, в котором сам воздух пропах рутиной.

-Наконец-то, - отлепилась от стены Вика, заметив меня и пересекая холл походкой от бедра. Она убрала в карман стильного приталенного пиджака айфон и бросила презрительный и высокомерный взгляд на охранника, которого вряд ли вообще считала за человека.

Высокая, стройная, в серой юбке до колен и с волосами, уложенными легкими волнами по плечам, она вписывалась в мир цифр и ежеквартальных отчетов гораздо лучше меня. Компетентная сразу в нескольких областях экономики и юриспруденции, с обаятельной улыбкой и броской внешностью, Виктория стала незаменимым помощником моей матери.

- Где тебя носило, Никит, я устала отбиваться от вопросов твоих родителей. – С упреком произнесла Вика, смахивая челку и глядя на меня не теми голубыми глазами, не с той кристальной ясностью.

«Выкинь ее из головы!» - невольно сжал я челюсть, пообещав себе не вспоминать Роксану хотя бы пару часов.

-По делам ездил, - пожал я плечами. – Не напрягает, что мои родители звонят тебе?

Виктория растянула губы в улыбке и похлопала меня по плечу.

-Всегда пожалуйста, дорогой.

Я стряхнул ее руку и скрыл раздражение за ответной улыбкой. Если Вика считает нормальным, что мои родители не могут набрать номер родного сына, чтобы спросить, где его черти носят, то у нее явно такие же проблемы, как и у них.

-Благодарности не жди, лично я не в восторге от вашего близкого знакомства, - хмыкнул я, и Вика надулась.

-И не надо, - ответила она, протягивая коробочку в серебристой оберточной бумаге. – Возьми, для Юлии Альбертовны. Подарок.

Вика снова улыбнулась, зная, что я не подготовил ничего для ужина в ресторане. Цветы и поцелуй в щеку – мое стандартное поздравление маме ко дню ее рождения, и до сих пор этого хватало, так мне казалось. Я не лицемерил, когда желал родному человеку долгих лет жизни и счастья, разве это не самый лучший подарок для таких, как моя мать? Вика же, напротив, никогда не забывала о подобных событиях и любила устраивать из каждого дня рождения шоу, в котором играла главную действующую роль. Она заучивала тосты из интернета и читала их прорепетированным голосом, выдавливая слезу в нужный момент.

-Выручила, я понятия не имел, что ей дарить. Спасибо, - принял я подарок. – Скажешь, что там, или это очередной сюрприз?

С моими родителями Вика находила общий язык гораздо лучше меня, и я не препятствовал ей в этом, до сих пор…

-Заколка с россыпью мелких бриллиантов, - похвасталась Вика, подхватывая меня под локоть и утаскивая в сторону лифтов. – Последнюю из коллекции Соверена Гаджи ухватила, по скидочной цене.

-Нисколько в этом не сомневался, - ответил я, глядя на то, как Вика притворно смущается и прячет за скромной улыбкой желание выудить из меня приглашение на вечерний ужин. Только вот я не собираюсь присутствовать в ресторане на мамином дне рождении, тем более в сопровождении Виктории.

-У меня куча дел, Вик, давай чуть позже созвонимся, - я чмокнул девушку в щеку и нажал на кнопку вызова лифта. – И еще раз спасибо, я твой должник.

-Не за что, - буркнула в ответ Виктория с таким видом, словно сейчас вздернет меня на дыбе. – Ты неблагодарная скотина, Никиточка, так и знай.

Она сложила ручки на груди и надула губы, притопнув ногой, обутой в классическую лодочку на тонком каблуке. Я бы залюбовался ее стройными ножками, если бы не страх быть раздавленным и пронзенным одним из таких вот острых каблуков. Вика, как и моя мать, прекрасно умела манипулировать мужчинами и при возможности отхватила бы от меня жирный кусок, если бы я хоть раз дал слабину.

-Заметь, ты сама предложила мне помощь с выбором подарка для мамы, я не набивался, - чуть грубее, чем следовало бы, ответил я, заходя в полутемный лифт и прикрывая веки от невозможности скрыться от фальшивого участия Виктории. Она никогда не делала что-то просто так, и за каждым ее поступком читались корыстные мотивы. Возможно, это упрощало мою жизнь рядом с ней, потому что я всегда знал, чего ожидать от Виктории и что предложить ей взамен, но в последнее время раздражал даже аромат ее духов – приторный, ванильный, забивающийся в нос против твоего желания.

Просторный коридор с двумя широкими галереями и зоной ресепшена затопил неприятный желтый свет, и я поморщился, скрываясь в тишине и приглушенной атмосфере отцовского кабинета, который в этот час делал стандартный обход всех отделов. У меня оставалось немного времени, чтобы ограбить его бар, но в тот самый момент, когда я держал бутылку янтарного в руках, из смежной комнаты отдыха вышла мама.

«Как же вовремя!»

-Никита, сынок, - на мамином лице не проскользнуло и тени удивления, а руки с идеальным макияжем плавно опустились на мои плечи. – Что ты здесь делаешь?

-Как видишь, - продемонстрировал я свою находку, тщательно следя за собственными словами. В присутствии мамы следовало говорить только самый минимум, потому что с ее проницательностью следовало работать не в продажах, а в сыскном бюро. И выглядела мама соответствующе – восточный разрез зеленых глаз, обжигающих расчетливым холодом, тонкие губы, накрашенные красной помадой, идеальный изгиб бровей и острые скулы – лицо хищницы.