Здравствуй, папа, Новый год!

17

Аня

- Я хочу Тотошку! - воет Маша.

- Тотошка скоро приедет к нам в гости, - успокаивающе произношу я.

- Когда? - на мгновение затихает она.

- Не сегодня, Маш. Может, завтра.

Вой возобновляется.

А я думаю: ну и как мы это организуем? Если в любой момент может нагрянуть злющая Надежда Сергеевна.

Михей сказал, что он решил эту проблему. Решил, ага. Но только на условиях, что собаки здесь больше не будет.

- Это моя собака! Я хочу мою собаку! Мне его Дед Мороз принес!

Дочка рыдает так, что у меня сердце разрывается.

Я иду на кухню, где спрятала свой новогодний подарок. Это тоже собака. Естественно, не настоящая. Собака-робот. Выполняет команды, лает, играет, лучший друг ребенка - так написано в описании.

Я надеялась, что мой подарок заменит Маше настоящего щенка. И, возможно, это бы сработало. Если бы не Михей. От него одни проблемы! Всегда!

Почему, когда я гуляю с Машей, мы не находим щенков под елками? А?

А если бы и нашли, я бы смогла ее увести. А он не смог!

Ладно хоть выкрутился, забрал щенка себе. А он ему нужен? Он вообще понимает, какая это ответственность? Или, как обычно, порхает легкомысленным стрекозлом, не задумываясь о последствиях?

Возвращаюсь к дочке. Незаметно проношу за спиной подарок и кладу его под елку. Она не видит - стоит у окна. Высматривает Михея с Тотошкой.

- Маш, посмотри, что у нас под елочкой.

- Где? - вскидывается она.

И буквально телепортируется к елке.

Видит упакованную коробку с большим красным бантом. Разочарованно толкает ее ногой.

- Посмотри, что тебе Дед Мороз принес!

- Это не мой подарок.

- А чей же?

- Твой. Мне Дед Мороз подарил Тотошку.

- Взрослым Дед Мороз подарки не приносит. Посмотри, что там.

Маша начинает нехотя развязывать бант, я помогаю ей освободить коробку от упаковки. Сквозь прозрачную часть она видит собаку-робота. Замирает.

- Я не хочу такую собаку! Я хочу Тотошку!

- Это Дружок, - объясняю я. - Он умеет выполнять команды, петь песни, играть в игры…

- Он мертвый, - произносит Маша.

Таким безжизненным голосом, что мне становится не по себе.

- Маш, пойдем погуляем. На качелях покатаемся.

- Неа.

- На море сходим, камушки побросаем.

- Не хочу.

- Зайдем в кафе-мороженое.

Маша молчит. Заинтересовалась. Ну конечно, кто же от мороженого откажется! И все же она выдает:

- Нет.

Но встает и начинает одеваться.

Мы выходим на лестничную клетку. И сразу же открывается соседская дверь.

- Здравствуйте!

- Ваша девочка так плакала, так плакала...

- Простите за беспокойство, - говорю я.

- Малышка, что случилось?

Соседка наклоняется к Маше.

Ну вот чего она лезет? Дочка только немного отвлеклась, только забыла о Тотошке…

- Мне Дед Мороз собаку принес, - рассказывает она. - А Миша ее забрал…

- В квартире нельзя держать собак.

- Можно! - Маша топает ножкой.

- От них грязь, они грызут мебель и лают.

Понятно. Уже пообщалась с Надеждой Сергеевной. И теперь будет особенно пристально следить за всем, что происходит в нашей квартире.

- Это от вас грязь! - грубит Маша.

И бежит вниз по лестнице.

- Извините, - бормочу я.

И тороплюсь за ней.

* * *

Никогда еще у нас не было такой скучной и унылой прогулки. Маша не хотела ни на качели, ни к морю, ни даже в кафе-мороженое, что уж совсем невероятно. Она потянула меня на бульвар и отвела к той самой елке, где они с Михеем нашли Тотошку.

Мы обошли елку три раза.

- Маш, тут нет Тотошки. Он у Миши.

- Я знаю, - грустно ответила она.

И еще раз обошла елку и весь двор, внимательно глядя по сторонам.

На обратном пути мы зашли в супермаркет. И даже тут Маша не оживилась. Не стала просить киндер или чупа-чупс.

- А что ты хочешь на Новый год? Может, сделаем снеговиков? И мухоморчики.

Снеговиков мы лепим из крабового салата, а мухоморчики из помидоров с яйцами.

С готовкой я убиваться не буду. Маша не любит все эти оливье-шубы, а я обойдусь. Мне хватит красной икры и салатика с креветками. А Машуне крабового, любимой картошки фри и сладостей.

Посидим, посмотрим телевизор. Маша вряд ли до двенадцати выдержит, уснет. Да и я тоже смертельно устала. Просто высплюсь - вот и весь Новый год.

* * *

Маша сидит у окна и тихонько всхлипывает. Не воет, не ревет, не истерит. Не требует Тотошку. Просто ждет…

И это пугает меня гораздо больше, чем все ее истерики.

Подхожу к ней, присаживаюсь рядом. Обнимаю, трогаю лоб губами. Вроде, не горячий. Но такой я свою дочь еще не видела. Поэтому готова на самые крайние меры!

Звоню Михею.

- Привет.

- Как Маша? - сразу спрашивает он.

- Плохо, - отзываюсь я. - Не ест, не пьет, не играет… Сидит у окна и ждет Тотошку.

- Давай я приеду.

- Тогда нас выселят. Соседка следит за каждым шагом. Может, мы приедем к тебе?