Здравствуй, Солнце мое

Это все, что...

Это все, что у меня осталось. 

Это все, чего я хочу.

Это все я так ненавижу.

Это все я так люблю. 

 Бродил я по улице, напевая песню любимой группы. И с чего вдруг Норе захотелось сгонять на рейв. Ладно, если б просто выпить в сторонке, слушая ужасную музыку, так нет, Нора желает слемиться. Бывал я на рейвах, и не однократно. Могу поручиться, что пощады она не сыщет, если войдет в слем. На подобных актах, проявления нашего «животного», скидок по случаю «женщина» не дают. Но поделать нечего, хочет девочка танцев, - будут танцы. Ну, а ваш покорный слуга всеми силами постарается защитить лунную принцессу от тяжких телесных. И все же, как я это ненавижу. И, черт возьми, так я ее люблю.

Прямо от метро, мы с Норой двинули на мероприятие. 

Как горестно, что не дано узреть вам, как восхитительно улыбается Нора в этот летний вечер; как полны счастья ее очи; как прелестно она поправляет локоны, что падают под влиянием вечернего ветра на столь прекрасный лик. Все естество девушки было преисполнено радости. Нора цвела на глазах. Подумать только, грядущий бал вызывал в девочке высочайший порыв экзальтации. Скорбно, что я бал в рот ебал. Точнее рейв этот обоссанный. Мне двадцать один год, на секундочку. Ну, какие рейвы? Эх, Нора, я бы, честное пионерское, лучше б с тобой на Луну смотался. 

- Чего молчим? – приблизившись, и привстав на носочки, спросила Нора.

 - Да я так… о своем задумался – с улыбкой ответил я.

 - Смотри у меня, - нарочито прищурив глаза, ответила Нора, и добавила, - А я ведь никогда не была на рейвах. 

- Там ничего интересного.

 - Это ты так говоришь. Особенно про людей. А на деле все оказывается совсем наоборот.

 - Ладно, - отнекиваясь от темы, произнес я. - Напьюсь сегодня, и на этом, считай, день удачный. 

- Вместе напьемся. И вместе будем слемиться. Кто знает, может, мы там друзей найдем. 

- О, да! Для заведения новых знакомств лучше места не придумаешь, - сыронизировал я. 

- Ага, библиотека более подходящее место, - ответила Нора тем же. 

- Ударяешься в крайности, почтенная.

 - А ты, Солнце, безмерно категоричен. Тебе не нужно все время быть на стрёме. Позволь себе расслабиться.

 - Ты права, пожалуй. Мне, если честно, не важно где, важнее – с кем.

Мне пришло смс от Иры с просьбой встретиться. Как же мне осточертела эта мещанка. Ее сообщения я, естественно, проигнорировал. Какие там Пышки Мопассана, когда рядом со мной настоящий симбиоз Тургеневской девушки с Мадам Бовари. 

Басы натужено стремились разорвать барабанные перепонки. Смотря на то, как дрыгается молодежь, непременно выписал бы каждому по пачке Клоназепама. А что, как-никак данный транк обладает самым сильным противосудорожным эффектом среди всех представителей бензодиазепиновой группы. Объективно – необходимая помощь. 

Я потягивал сидр на баре, пока в сердце Норы пытались пробиться представители испорченного поколения. Жалкие трусы, не знающие чем забить свое свободное время. Нора отвечала кокетливой улыбкой. Не трудно было догадаться, что кроме обмена комплементами сударям более ничего не светило. Я считал «смельчаков», настойчиво пытающихся захватить внимание принцессы. Их было ровно семь. Сей факт невольно вызвал улыбку. Неужто эти безразличные к жизни парни полагали, что им что-то светит. 

Музыка стала громче, или мне просто показалось. Нора подошла ко мне, и с умным видом произнесла: «ты был прав: на этих рейвах ничего интересного». В ответ я посмеялся. В моем смехе отчетливо читалась великая и вместе с тем избитая фраза: «а я говорил». 

- Все! Я хочу на слем! – сказала Нора, и потащила меня ближе к сцене. 

Около пятнадцати минут мы колбасились, как умалишенные. Меня хватило ненадолго, и передал Норе, что еще желаю выпить. Возражений не последовало, и я вернулся к бару без Норы. Она же в свою очередь не спешила покидать обитель конвульсий. Не скрою, что поступил отнюдь ни как джентльмен, но состояние нарочито требовало догнаться. 

Я заказал соточку водки, но через некоторое время понял, что это было лишним. Меня развезло, как свинью. Я чуть не уснул прямо за барной стойкой, но меня разбудил приятный юношеский баритон. 

- Смотрю веселье в самом разгаре, - сказал парень.

 - Что? – не до конца придя в себя, спросил я. 

- Думаю: пить тебе больше не стоит.

 В ответ я улыбнулся.

 - Никита, - представился худощавый парень лет двадцати. 

- Солнце, - с натужной улыбкой ответил я.

 - Солнце? – недоверчиво поинтересовался он.

 - Зови меня так. Меня все так называют. 

- Все, это кто?

 - Моя любовь с Луны, - ответил я. 

- Довольно занимательно, - ответил он, - будем знакомы, Солнце. 

Повисло секундное молчание, которое прервал Никита:

 - Как тебе вечеринка?

 - Тухляк полный.

 - С этим я, пожалуй, соглашусь. Тогда, что ты здесь забыл? 

Под градусом меня потянуло на откровение:

 - Сторожу свою принцессу, - пьяным голосом ответил я. 

Пока моя любовь постигает прелести разгульной жизни, я пью, чтоб заглушить тоску. Никита ухмыльнулся.

 - Ты и вообразить себе не можешь, как мне это знакомо. 

- Если тебе не нравится мероприятие, что ты тут забыл? – поинтересовался я. 

Некоторое время Никита думал, что ответить.

 - Я, понимаешь ли, пытаюсь понять душу современной молодежи. 

- Бездарное занятие, - сказал я, - ничего, кроме пустоты ты в них не найдешь. 

- За этим я и пришел, - ответил Никита.

 - Так чем ты занимаешься? 

- Я писатель, - ответил он, - ныряю в самую гущу маргинальных движений. Нахожусь в поисках вдохновения, если так можно сказать. 

- Тут ты вряд ли найдешь вдохновение.