Здравствуйте, я ваша дочка!

Глава 3. Часть III

Глава 3

Надо мной склонился хмурый, как дождливое осеннее утро, Дамиан. Осторожно коснулся спины и царапнул кончиками пальцев раны на ногах. Чудом не зашипев, подобно разъяренной кошке, пробормотала:

— Б-больно. 

Взгляд Ниалля потемнел.

— Магрит перешла все границы, отец. Позволь мне…

Дамиан отмахнулся, даже не смотря в сторону сына. Руки продолжали изучать изувеченные икры.

— Я уже наказал ее. Важнее то, что с этим теперь делать?

Поняв под «этим» — свои ноги, тоже задумалась. Вылечить магией не получится, а заживать своим ходом будет долго. Да и сидеть, наверное, будет довольно проблематично — чуть коснешься, и по телу адская волна боли.

Брат застыл задумчивой статуей, а затем вопросительно произнес:

— А она сама не сможет? То, что в ней сидит могло бы…

— То, что в ней сидит — мерзкое и гнилое! Не сравнивай эту заразу с благословенной магией! — перебил Дамиан с непосильной яростью в голосе. 

Обиженно дернулась и, не удержавшись, отчеканила:

— Тьма спасла Аде жизнь в том пожаре. Папочка не должен так говорить о ней. 

— Отлично, — Дамиан выпрямился. — Значит, мои подозрения оказались правдивыми, и тогда, после пожара, когда я спросил, ты мне соврала. 

Закусив губу от досады, подумала, что ситуация получилась даже забавной. Я думала, что папаша не в курсе многого, он думал, что я — картина маслом, несите рамку, будет оформлять! 

— Ада просто была напугана.

Потупила взгляд, тяжело вздохнула. Напугана, да, но не столько пожаром, сколько тобой. Говорить это я ему, конечно же, не буду — у нас только начало хоть что-то налаживаться. Рушить не хочу, начинать сначала — тоже, но, если бы пришлось, то сделала бы все возможное. Эти узы мне нужны, как воздух. 

— Хитрая лисичка, — меня потрепали по голове. — Даже если ты защищаешь ее, знай, она спасала не твою жизнь, а свою.

Хоз-зяйка, мы бы никогда так не поступили. Мы заключили контракт. Тьма никогда не нарушает данного на крови слова, послышалось в голове смущенно-испуганное. 

— Она говорит, что даже если бы захотела, не смогла бы, — вставила свои пять копеек, пытаясь оправдать свою союзницу. — Папочка, а что за контракт на крови?

Дамиан глухо застонал и прикрыл лицо рукой. 

— Только не говори, что общаешься с ней?..

Робко кивнула.

— Так получилось.

— Отец, — Ниалль подошел к императору и положил тому руку на плечо, тем самым выражая поддержку и заботу. У меня заслезились глаза — смогу ли я когда-нибудь тоже сделать это так просто? — Она еще совсем ребенок и многого не понимает. Ей просто надо объяснить. 

— Этот ребенок знает древний маделийский.

Ниалль запнулся, округлил красивые, в обрамлении густых золотистых ресниц, глаза и исправился:

— Умный ребенок.

— Которому нужна медицинская помощь… — опять влезла, пытаясь найти хоть какую-нибудь жалкую возможность ретироваться отсюда как можно быстрее. 

На меня посмотрело две пары недовольных глаз.

Все, молчу-молчу.

Уткнулась носом в диван и раздосадовано засопела. Пока они будут решать тут свои вопросы и думать, как бы побыстрее вылечить меня несчастную и искалеченную, посплю. В последние дни сна было чертовски мало, а леди Сепфоры, напротив, вагон и целая тележка.

Фыркнула, вспоминая больную и агрессивную женщину и чувствуя, как усталость тихо опускается на  тяжелые веки.

На границе территории сна меня ждала Мэгги и ее колыбельная.

Спала я без сновидений.

Ничего другого нам не оставалось, кроме как позволить ногам заживать естественным путем. Дамиан и Ниалль были рядом, когда я спала и учтиво не давали мне перевернуться на бок, чтобы ненароком не зацепить болячки. А когда проснулась, привели обычного — честное пионерское — лекаря и позволили тому обработать раны. На икры наложили бинты и какие-то неизвестные мне, дурно пахнущие, к слову, растения. 

Так как леди Сепфора куда-то исчезла — в слова Дамиана «отправили из дворца вон» я разумно не верила, ведь взгляд отца был красноречивее некуда — нянчить меня было некому. Видно было, что император побаивался вновь допустить ошибку, взяв на службу не того человека. Да и основания были. Из рассказов Ниалля, поняла, что Магрита прислуживала во дворце давно, и воспитывала не только его, но и Сириуса. 

Брат сказал, что отец доверял ей и ее методам, но всей правды не знал — о рукоприкладстве точно. Женщина хорошо пряталась за лживой улыбкой, а в случае, когда выкрутиться было практически невозможно, оправдывалась тем, что дети совершали ужасные поступки. А Дамиан держал ее здесь все это время, только потому что чем-то был обязан ее покойному мужу.

Посылать за Мэгг не стали. Я и сама понимала, что моей няне требуется отдых, ведь за последние пять лет она ни разу не покинула меня; не брала выходные; не занималась своими собственными делами, которых, уверена, скопилось немало. Да и слова Дамиана о том, что Мэгги из знатного рода… Мне было известно, что данная формальность накладывает определенный отпечаток на жизнь человека, и дарует соответственные крови обязанности.