Здравствуйте, я ваша фиктивная жена!

Глава 15

Жар пылал внутри и не давал покоя. Хотелось нырнуть в ледяную воду и, наконец, хоть немного остыть. Но вместо вожделенной прохлады я чувствовала, что меня снова и снова накрывают тяжелым одеялом.

— Нет… Не надо… — бормотала я, не открывая глаз.

Сил полноценно прийти в себя не было. От слабости я даже не могла перевернуться с бока на бок.

— Что там стряслось? — требовательным тоном спросил граф.

Оран принялся объяснять, но как только он дошел до бегства по тропе теней, Клеверас рявкнул:

— Ты от древности из ума выжил?! Она могла погибнуть, едва ступив на край изнанки!

— Ну не погибла же. Ты нашел на удивление крепкую девицу. Ее сил хватило на целых семь минут, потом, правда, затрясло, но…

— Я тебя немедленно развею, — ледяным тоном отчеканил граф. — Ты опасен для окружающих.

Оран переполошился и заверещал:

— Да ты что?! Я ж ее спас. Ты бы видел того типа. Рыжий, с застывшим взглядом, невероятно сильный маг. Ягодка от страха чуть не упала в обморок.

— Рыжий одаренный барон? Любопытно. И что же связывает небогатую фею из глуши и тайного королевского убийцу?

— Понятия не имею, она не сказала. Да и какая разница? Лучше помоги успокоить потоки в ее теле. Не видишь, девочке совсем худо.

Клеверас хмыкнул и приблизился к моей постели.

— И кто в этом виноват? Сам дел натворил, а я — расхлебывай. Кажется, жизнь ничему меня не учит, раз я снова пляшу под твою дудку.

— Твоя доброта и наивность не знает границ.

— Заткнись и скройся.

Филин затих, а на мой лоб опустилась теплая мозолистая ладонь.

— Кто же ты такая, Анабель Фаири? — послышался протяжный вздох графа. — И что скрываешь?

Ответить я не могла, да Клеверас и не ждал отклика. От его пальцев повеяло прохладой, и я инстинктивно потянулась вперед. Граф придержал меня за плечо и пробормотал:

— Лежи спокойно. Я уберу избыток растревоженной энергии. Изнанка — не то место, где можно безнаказанно бродить. Темные флюиды повреждают и разрушают магическую составляющую одаренных. Тебе крупно повезло. Ты вырвалась раньше критического предела. Видимо, боги хранят твою бедовую белокурую голову.

Меня окутало живительным холодом. Внутри перестало распирать и печь. Жар отступил, дышать стало легче. Я расслабилась, постепенно соскальзывая в сон.

— Так-то лучше. Отдыхай.

Граф снова вздохнул, но руку так и не убрал. Его пальцы коснулись щеки, скользнули ниже, провели по подбородку, очертили контур губ и на миг задержались, будто нашли нечто интересное. Но стоило мне приоткрыть рот и облизнуть пересохшие губы, как Клеверас отдернул ладонь и выругался.

— Тьма знает, что такое, — буркнул он и отошел.

Его шаги раздались в глубине спальни, но граф так и остался в комнате.

— Я просто немного за ней присмотрю. Ничего более, — пробормотал Клеверас, и все стихло.

Утром яркий луч солнца разбудил, настойчиво блуждая по лицу. Я приоткрыла глаза и тут же зажмурилась от ослепительного сияния. Снегопад продолжался целую неделю, а сегодня, наконец, тучи рассеялись, выглянуло долгожданное солнце. Счастливая улыбка сама собой проступила на губах. Погулять бы. Я так люблю легкий морозец, искрящиеся сугробы и свежий воздух. В парке перед домом сейчас, должно быть, просто волшебно.

Я попыталась приподняться на локтях, и это даже удалось. Слабость отступила, руки и ноги слушались, как прежде. Оглядев спальню, я вдруг поняла, что нахожусь в незнакомой комнате. Кругом царил аскетический порядок. Никакой мебели из редких пород дерева, никаких дорогущих парчовых штор, ни одного ковра или гобелена. Только кровать у стены, массивный стол, заваленный бумагами и книгами, шкаф с толстыми фолиантами и пара кресел. Это совершенно точно не моя спальня. Тогда чья?

В кресле возле камина кто-то зашевелился, и я заметила крепкую мужскую ладонь на подлокотнике. Это же граф! А он что здесь делает? Нужно срочно отсюда убираться, где бы я ни была. Но едва я собралась подняться с постели, как с ужасом обнаружила, что лежу в одном белье, сорочке и чулках на подвязках. Ни корсажа, ни платья. Захотелось застонать от досады, но я побоялась разбудить Клевераса. Лучше всего уйти, пока он еще спит. Видимо, вчера меня отнесли в ближайшую к лестнице комнату.

Я осторожно выбралась из-под одеяла и ступила на каменный пол. Удивительно, но тот оказался теплым. Наверное, еще одно изобретение графа. Вот бы во всех домах так сделать. Зима не была бы столь тяжелой для многих семей с детворой. Стараясь не издавать ни звука, я направилась к двери. Возле окна стояло еще одно кресло, и на нем, о счастье, лежали мои вещи. Я чуть не взвизгнула от восторга и ринулась натягивать корсаж. Но стоило справиться со шнуровкой, как послышался сонный, низкий голос графа:

— Уже проснулась и даже можешь самостоятельно двигаться? Кажется, Оран прав. Ты на редкость крепкая де… Кхм… Леди.

Я развернулась и застыла, глядя на вставшего из кресла Клевераса. Боги, что он обо мне подумает?! От волнения грудь приподнималась при каждом вдохе. Сердце колотилось, словно зажатое в тисках. Во рту пересохло так, что даже сглотнуть нечем.