Здравствуйте! Я ваше чудо!

ГЛАВА 8. О любви, в родственных её проявлениях…

Завтракали преимущественно в молчании. Эльфийский правитель пребывал в добродушно-задумчивом состоянии, его драгоценная половина до сих пор обиженно сопела, ну а младшенький оболтус и вовсе мрачно ковырял кашу, присыпанную ягодами черники.
Зря он так. Овсянка, между прочим, весьма полезна для желудка, если на молоке, да с маслицем. А не как в моем случае – быстрого приготовления, запаренная на кипятке ослизлая субстанция, которая и с ложки-то сковыривается с трудом, не то что глотается… В общем, избалованный гастрономически неправильный эльф вызвал во мне очередной порыв насмешливо фыркнуть. Причем, неконтролируемый!
И явно замеченный им. Естественно, третий наследный принц Рандии не смог вынести пусть негласного, но насмехательства над своей персоной. Глаза его хищно сузились и сам он как будто подобрался. Этак, исключительно по кошачьи. Я бы даже залюбовалась, если бы принцевское возмущение направлялось не в моё русло.
- Папа, мама, я планирую украсть у вас внимание нашей драгоценной гостьи после трапезы. Если моей скромной персоне это будет позволено, - начал витиевато-торжественно белобрысый говорун, не сводя с меня многообещающего взгляда.
Однако это обещание не сулило ничего хорошего.
Была бы повпечатлительнее – подавилась. Однако куда Чарчеру до моего балетного прошлого. Вот где настоящие оборотни водились в изобилии. Натолканное в балетки стекло, это еще так – цветики-семицветики!
Поэтому… не прониклась. И даже заинтересовалась. К чему бы эта официальщина? А потом додумалась – легенда. Не то, чтобы в округе наблюдалось много лишних ушей, однако в таких замках без утечки информации среди прислуги явно не обойтись.
- Да-да, сын мой, - из задумчивости правитель выплыл с показной неохотой, - с твоей стороны очень любезно в срочном порядке подготовить Дарейну для поступления. Конечно, очень жаль что, сиятельный граф дал свое добро на обучение дочери несколько запоздало. Но… он весьма консервативен. Так что с его стороны вообще подвиг отпустить горячо любимое чадо в путь столь не близкий и самостоятельный.
Хм, значит, меня хотят отправить учиться? Не в то ли место, где преподает неправильный эльф? А посоветоваться со мной – много чести? Мысль окрасилась алой вспышкой возмущения. Однако быстро потухла. И как ни странно погасила её логика. Где, как не в местных застенках образовательной «темницы» легче всего будет принять новую действительность?
- На что не пойдешь во имя любви… - выдал Чарчер едко, с насмешинкой поглядев мне прямо в глаза.
А вот этот комментарий с ходу разгадать не вышло, отчего брови непроизвольно поползли к переносице, словно ища у нее совета. И я заерзала на стуле в нетерпении, мечтая чтобы этот треклятый светский завтрак с его маленькими оладушками, взбитыми сливками, омлетом и овсянкой наполненной витаминами ягод поскорее сошел на нет. И мне хоть кто-нибудь уже объяснил, что происходит!
- Ишь, два павлина распушили хвосты словоблудия, - в итоге внесла свою лепту в престранный диалог Илайяра. – Вон, совсем запутали девочку. Ей теперь в горло ничего не полезет. Идите уже, занимайтесь, - прокомментировала она, поглядев на собственное чадо с прискорбным видом, а мне подарив извиняющую всех и вся улыбку.
- Как пожелаете, - продолжил разыгрывать из себя отпрыска до неприличия приличного снежный барс, первым поднялся, обошел стол, неотвратимо продвигаясь ко мне, и руку протянул, ожидая, когда я отложу столовые приборы и подам ему ладонь.
И вот… Ощущение выдалось двояким. Будто передо мной капкан, только захватить он способен не тело, а саму душу.
Я даже сглотнула, эдак незаметно, стараясь приструнить пустившийся вскачь пульс. И не смея больше испытывать терпение некоторых, вложила пальцы в его по-мужски широкую и чуть шероховатую конечность. Надежную такую, что аж… Нет, Дарина ты станешь последней тупицей в обоих мирах одновременно, если позволишь себе такую роскошь, как влюбленность в этого образчика благородного происхождения!
- Вот здесь ей будет удобней, - переложив мою ладошку себе на локоть, бесстрастно пробормотал по итогу белобрысый говорун. И потащил меня в направлении весьма сомнительном, узкими коридорами, в которых даже на первый взгляд угадывалась некоторая доля запустения. – Этой частью замка мы редко пользуемся, поэтому она слегка не соответствует дворцовым нормам, - пояснил, словно извиняясь. А после витиевато взмахнул рукой, пробормотал нечто невразумительное и пол под ногами перестал оставлять за нами пылевые следы, а паутина со стен словно схлопнулась и исчезла. Сама по себе. И не какой веник не нужен. Удобно! – Бытовая магия, штука не особо энергоёмкая, плюс ещё и полезная. Впрочем, сама усвоишь и оценишь.
И это утверждение являлось просто-напросто констатацией. Я от решительности тона, даже чуть головой согласно не кивнула, дескать, освою всенепременно. А потом позволила себе немного паники – ведь получается, он даже мизерного шанса на неудачу не оставил! Зато потом, так же поспешно успокоилась – уж мне ли не знать, что такое полная отдача делу.
- Да я уже поняла, - сказала уверенно, чтобы хоть что-то ответить.
- Вот и хорошо. Вот и славно, - пробормотал в ответ Чарчер, и открыл створки массивной двери, возникшей перед моим носом до того спонтанно, что я едва его об неё и не приложила. – Рад, что ученица, - а сказано-то как едко! – мне досталась столь понимающая. Значит, управимся за неделю, и наконец-то, отбудем из отчего дома, который уже осточертел до глубины души!
- А она у оборотней есть? – проронила растерянно, застряв в дверном проходе, не в силах сдвинуться с меня, настолько красота зала, к которому меня подвели…
Ослепила? Обескуражила?
Скорее, заставила почувствовать некоторое сродство с данным местом.
- Что есть? – эдак не скрывая больше взвинченного состояния, полюбопытствовал неправильный эльф и подсобил мне с продвижением, слегка подтолкнув ладонью в спину.
И от последней между лопаток остался горячий след…
- Душа, - поведала и вовсе отстраненно, вертя головой по сторонам, не зная как впитать в себя все великолепие окружающей обстановки.
Принц фыркнул. Демонстрируя, что оценил колкость по достоинству.
- Чего у оборотней только не водится, - шутовски приосанившись, щегольнул выправкой широких плеч и блеснув белизной зубов с выдающимися резцами. – Я ж, тем более, на половину эльф, а у них этой эфемерной субстанции с избытком. Так что, если надо, могу отсыпать, - подмигнул, явно издеваясь.
- Спасибо, не нуждаюсь, - заметила прохладно, позабыв что, в общем-то, первая начала. – Куда ты меня привел? И зачем?
- Точно? – сделал участливую мину белобрысый баловень, словно заподозрив меня в излишней скромности. – А то, знаешь ли, иногда не мешает сбавить градус общей черствости… Сад. Зимний сад. Слегка заброшенный, поскольку в свое время матушка перенесла основную часть флоры, предпочитающую низкие температуры во вне дворцовых стен. А то что осталось… Как-то вот привыкло к одичавшей запущенности. Здесь, даже по-своему…
- Гармонично, - подобрала недостающий эпитет, все так же пребывая вроде бы и здесь, а вроде бы…
Колокольчики, ну или вернее цветы, внешне их напоминающие, льдисто голубого цвета, с ажурной бархатно-синей окантовкой, покачивались на ветру, которого в оранжерее просто не могло быть. И музыка их наполняла душу щемящей грустью.
Динь-дон-дон-динь… Не оступись… Обернись… Поскорее вернись…
Они не могли со мной говорить. Ведь не могли же? Но в голове отчетливо слышалась мелодия, заполняемая шелестом не пророненных слов.
Присев, чтобы получше рассмотреть маленькое чудо, лепестки которого укутывала тонкая шаль изморози (странным образом, не причиняющая ей вреда), я не удержалась и коснулась кончиками пальцев цветка – холодного и шёлкового на ощупь. А когда нашла в себе силы отстраниться, он словно обвил сердцевину ладони, прижимаясь к ней, будто верный пес, соскучившийся по ласке хозяйки.
Дон-динь-динь-дон… Скучает по нам с тобой уютный наш дом…
- По-научному - это Обрумис Горезвонкий, - в нашу с колокольчиком мысленную беседу глас третьего рандийского принца вклинился, как бур в закоченевшую землю, - а в простонародье – Хрустальная слеза Фейри.
Земляк, значит…  
Интуитивно, руководствуясь инстинктами, я поделилась с ним своим холодом, чувствуя, что его он как раз наоборот согреет. Как бы чудно это не звучало.
Магия практически идентичными по цвету искорками заструилась с кончиков пальцем и обволокла цветок, отчего он будто бы даже вытянулся и благодарно зазвенел.
- Это неправда, что ты поешь только лишь о горе, - поведала ему шёпотом, давая понять, что меня не обманешь обезличенным названием. – Просто… Времена нынче такие.
Динь-дон-динь-дон... Ты слышишь надежды моей звон..?
Слышу. Я, как ни странно, вообще многое здесь слышу: и чудную ярко оранжевую малину, что подобно рябине свисала гроздьями с небольшого в мой рост деревца и странные пушистые шарики, напомнившие снежки, кокетливо поглядывающие белоснежными глазками из приземистой травки, похожей больше на слетевшие с сосны иголки – ступи на такие босиком и непременно поранишься, и куст, на котором будто присела передохнуть стайка бабочек, чьи крылья переливались солнечными бликами, словно сделанными из стекла.
- Они…
- Все родом с территории фей, - предугадав мои мысли, кивнул серьезно Чарчер. – Более того - с той их части, где главенствует род зимних, то есть твой. Посему я подумал, что тебе здесь будет легче настроиться на нужный лад, и как вижу, не прогадал.
Намекая на мое общение с Обримусом, вздохнул парень. Прошелся туда-обратно, словно выбирая место поудобнее, извлек из неприметного уголка раскладные стулья, подвинул их ближе к искусственному ручейку, вокруг которого разрослось мшистое растение, казавшееся мягким, что та перина ковром, и уселся на одну из сидушек. Еще и рукой махнул, мол, присоединяйся сирина-снежинка.
- Как у тебя все продумано, - то ли похвалила, то ли подначила, понимая, что принц действительно с местом занятий попал в яблочко.
Сила бурлила.
И даже такой магический профан как я не могла этого не ощутить! Пальцы едва ли не покалывало от напряжения, дыхание вырывалось белесым облачком, а душа кружилась, будто в танце. Не в том, знакомом по балетному искусству, а словно в вихре снега, вертясь и ликуя!
- Должность обязывает, - качнул головой неправильный эльф, поглядывая на меня с плохо читаемым выражением лица.
Но одно могу сказать – глазел более чем внимательно. И эдак хищно – запоминая каждое движение, осознанное и нет.
- Гранит науки требует острой заправки для ума? – улыбнулась несмело и все же умостилась на предложенный стул.
На самый краешек. Будто бы это могло дать мне фору, если белобрысому говоруну вздумается чудить!
- И это тоже, - отмахнулся от реплики третий наследничек Рандии, и прищурился, заставив напрячь и без того ровную спину. - У тебя завидная выправка, - меж тем, продолжил посвящать меня в свои умозаключения. И пояснил, когда я одарила его непонимающим взглядом. – Осанка. Я не знаток того техногенного мира, в коем тебя скрывали, но кое что читал и… Твоя поступь, движения, разворот плеч, все это говорит о личности высокородной, приученной с детства к правилам. И в тоже время…
Усмехнулась, вспомнив директрису балетной школы. Она бы наверняка сживала собственную балетную пачку, узнай, как аристократично я выгляжу со стороны.
- …и в тоже время твой взгляд. Да, пожалуй, именно он выдает в тебе…
- Что? Натуру грубую, невежественную и необразованную? – подсказала, заметив затруднение с его стороны.
А еще так противно сделалось. И появилось нерациональное желание послать полуоборотня в задницу, чтоб, так сказать, не разочаровывать дедуктивные способности некоторых и полностью соответствовать образу.
- Волчонка. Именно так смотрят дети, познавшие множество лишений. Закалившиеся от них, ни чуть не хуже, чем кусок железа, прошедший сквозь огонь и воду в кузнечных щипцах, прежде чем стать благородным клинком. – И не подумал обидеться на то, что его перебили зеленоглазый говорун.
- Глубоко копаешь… - покивала я головой, начиная злиться.
Не люблю, когда лезут в душу.
- Еще даже не начинал, - усмехнулся в ответ Чарчер, устраиваясь на раскладной мебели столь вольготно, что в пору позавидовать.
Вот ведь, правда, звериная грация!
- Ничего не хочешь объяснить? – все же не выдержала. – Или мы пришли сюда, чтобы ты мог поделиться своими соображениями на мой счет?
- А ты мне? – в свою очередь совершенно незаинтересованным в беседе тоном, а так словно делает одолжение, молвил Мерлин хвостатый!
- Что. Я. Тебе? – проронила холодно.
- Помнится, утренняя ситуация так и осталась не проясненной, - мне услужливо подсказали чего надобно третьему наследному принцу.
- Ах, вот что так беспокоит сиятельного сирина, - хмыкнула вредно.
И смолкла. Вот из принципа теперь ничего объяснять не стану.
Он же умный. Пусть сам разбирается со своим барсом!
- Представь себе, - кивнул прохладно местный Гарри Поттер, и в изумрудах кошачьих глаз блеснули льдинки обиды.
А ведь вроде бы из нас двоих именно я – принцесса Вьюг. Смешно, да и только!
Я же продолжила глубокомысленно молчать. И от понимания детского своего поведения, принялась дальше разглядывать сад, пребывающий в запустении, но в таком, которое его совершенно не портило, а напротив, добавляло шарма и естественности.
- Очень по-взрослому, - спустя несколько минут выдал едко принц. – Что ж, ладно, тогда продолжу, как ты выразилась – делиться своими соображениями на твой счет. Поскольку опытным путем доказано, что росла ты в сиротском приюте, я бы предположил военное ремесло. По крайней мере, в нашем мире, сироты часто идут на службу. Но изящная комплекция, говорит о другом. А ещё ступни. Вот они не дают мне покоя…
- У каждого свой фетиш, - пожимаю равнодушно плечами, а сама не осознано прячу ноги вглубь стула, как будто за аккуратными ботиночками, принц способен разглядеть их во всей своей побитой жизнью красе.
- Помимо огрубевшей кожи и жутких мозолей, есть в них отличительная черта, - да уж колкости, судя по всему под толстую шкуру барса не так-то просто и вогнать! В то время, как я от этакой характеристики против воли стыдливо вспыхнула. – Большие пальцы находятся под неестественным, даже скорее – деформированным наклоном. Подобное я видел у одной циркачки…
- Избавь меня, пожалуйста, от подробностей, - зло передернула плечами и уже собралась встать, не желая слушать при каких обстоятельствах полуоборотень любовался чужими конечностями.
Однако вдогонку прилетело насмешливое:
- Сирина-скрытность, изволит негодовать? Уж не ревность ли тому виной?
На стул я села еще ровнее, если такое возможно и взглядом полоснула не просто холодным – ледяным. Вот только от одних лишь гляделок принцу урона не нанести…
- Тому виной врожденная брезгливость, - заговорила спокойно, в противовес эмоциям. Нечего некоторым догадываться, что в очередной раз они не далеки от истины. Какой бы абсурдной она не являлась. Уж третий наследник Рандии на своем веку, каких только ног и всего, что к ним прилагается, не лицезрел. Так почему меня это должно волновать? – Именно она в свое время не дала мне прогнуться под систему и обстоятельства. Жизнь в детском доме того техногенного мира, о котором ты не имеешь ни малейшего представления, сколько бы не прочел заумных книг и рукописей, не то что не сахар, а даже не хлеб. Но куда тебе, избалованному мальчишке, по щелчку пальцев которого смирно встаёт не только прислуга, но и магия, иметь об этом представление?  - и губы главное искривить как можно более издевательски.
Уж что-что, а жалить в балетной среде изряженного серпентария я научилась.  
На секунду глаза Черчера выказали истинное неприятие моих слов, однако видимо и у него дворцовая закалка была отменной, потому как это все, чем себя выдал принц.
- Так вот вернемся к цирку… - начал он светским тоном, однако был перебит моим негодующим стоном.
- О-о-о, уж точно – балаганщик ты отменнейший! Балет. Я занималась балетом, ясно? С шести лет меня перевели из обычного детдома в специализированный, под патронажем женушки мэра города, где помогают таким вот сирым и убогим, но не лишённым некоторых зачатков таланта. Только думаешь, что на одном лишь таланте можно далеко уехать? Ошибаешься. Поэтому поверь мне на слово, третье наследное высочество Рандии, о брезгливости я могу поведать многое. И о таких вот изнеженных жизнью и родителями оболтусах, считающих, что своим расположением снисходят до нас, грешных. Так что и не надейся, что я высуну от восторга язык и завиляю хвостиком, польщенная вниманием! – не знаю, что на меня нашло, но зажглась я так же споро, как спичка. И так же закономерно потухла, ожидая в ответ саркастичное, дескать – больно надо или кому ты вообще сдалась.
Однако Чарчер удивил.
- Вот это спич. Пламенный. А я то все думал, где ж у сирины-сосульки фитилёк… - пробормотал и потер в задумчивости подбородок. – Ладно, ожидать верноподданнического преклонения так уж и быть от тебя не стану. Хотя, было бы забавно поглядеть на описанное тобой виляние. Особенно если учесть, что хвост из нас двоих есть лишь у меня. Но, как ты сама заметила, такие изнеженные оболтусы тоже на эдакие кульбиты не способны, - выдал и глазом своим зеленым в меня стрельнул не то насмешничая, не то пристыживая.
И самое обидное, что я и впрямь испытала некоторый укол совести. Такая своеобразная доза туберкулина – вроде бы и иголочка маленькая, а реакция все равно есть.
Замолчали мы оба. И чтобы хоть как-то абстрагироваться от неловкости, я в задумчивости уставилась на озорно текущую воду, будто бы даже выселяющуюся, от подслушивания нашего разговора.
А еще заметила, что мох, обросший низенький бережок, вплотную подобрался к моим ботинкам, примериваясь повоевать с обувью за мое внимание.
Тоже, видимо, почуял родную магию. Бери, маленький, не жалко.
Усмехнулась горько. Как-то мне всегда было проще с братьями нашими меньшими, чем…
- Мне приснился кошмар ночью, и, наверное, барс это почувствовал. Может быть, я кричала. Не знаю. Проснулась только от того, что животинка твоя сверху лежит и глазищами во тьме отсвечивает. Вот так и вышло, что спать ты ложился в одном месте, а проснулся в другом. Ничего криминального или порочащего твое честное имя не случилось. Так что можешь расслабленно выдохнуть - опасно незамужняя девица в моем лице на твою честь не посягала.
- Так, - как-то на редкость хмуро, хотя ему в пору было расслабленно выдохнуть, молвил белобрысый говорун и добавил категоричным, больше не терпящим ни отмалчивания, ни уверток: - А вот с этого места поподробнее.
Я даже глаза в досаде закатила!
- Я же сказала тебе прямее некуда, что ничего между нами…
- Это я понял, сирина-брезгливость, - не давая сбить себя с мысли, махнул он раздраженно рукой. – Сон. Меня интересует тот самый кошмар, который не смог оставить равнодушным моего тотема. С самого начала и в малейших подробностях. Я очень внимательно тебя слушаю.
******
Странно. Все слишком странно и в тоже время возмутительно! Взять хоть бы моё пробуждение в её постели! Нет, я, конечно, не был против, если не сказать, что очень даже за, но… Последний раз оборотень брал надо мной верх даже не в подростковом периоде, а в дошкольном! И то я прекрасно отдавал отчет о том, что творю, а тут – пробел. Кому бы такое понравилось?
А еще не покидает предательская мыслишка, что пушистый тотем просто-напросто сговорился с сириной-снежинкой!
Что не однократно подтвердилось её полуулыбками, которые она пыталась прятать, но этак не умело.
Самое паскудное, что я в этот миг лишь мог засматриваться на её губы, замирая от тягучего непонятного тепла в груди. М-да, ох и посмеялся бы Феникс, узнай о моих бедах. Злорадно бы так посмеялся! Примерно, как я над ним год назад.
Если это все же божественное возмездие, то оно лишено всякого намека на справедливость!
За завтраком тягость дум лишь приумножилась, ведь выдержать полный иронии взор глаз-незабудок, поглядывающих не то с вызовом, не то, и того обиднее, с презрением, было выше моего достоинства. Равно как эльфийского, так и оборотнического.
Что она вообще возомнила?
Оказывается, много чего. И в основном нелестного. Естественно по отношению ко мне. Уж выговорилась Дарейна знатно…
Однако как ни странно, оплеуха по моему самолюбию, наконец-то, заставила принцессу Вьюг и метелей заговорить о главном.
- Значит, книга… - проронил мрачно, нисколечко не обрадованный рассказанным. Оборотническое чутье противно проскрёбывало на донышке души, что это не к добру. – Каменная, - добавил многозначительно. – Название прочесть не вышло? – спросил без особой надежды.
- Нет, - мотнула категорично подбородком, даже не подозревая, как белоснежные завитки волос при этом грациозно очерчивают линии шеи. – Знание языка, увы, генетическим путем не передается. Я вообще не понимаю, почему понимаю тебя. Такой вот каламбур, - усмехнулась невесело, кинув пытливый взор из-под ресниц.
Маленькой фейрине слишком многое интересно, но гордость и непростой нрав не позволяют действовать в открытую. Это даже походит на игру полунамеков. Кто кого?
Вот только я слишком многим обещал взять процесс её адаптации в свои руки, потому…
- Теория пространственных перемещений - наука плохо изученная. И имеет ряд причинно следственных разветвлений. Например, будь ты магом обученным, добровольно отправившимся бороздить просторы других миров, такой поблажки, скорее всего, не было. А вот спонтанные выбросы, не зависящие от объекта перемещения, носят щадящий характер, чтобы скорее свыкнуться и приспособиться к новой реальности, - подытожил я, продолжая любоваться двумя завлекательными родинками на левой бровке.
Хотелось провести по ним подушечкой большого пальца и… Вот же рыхт!
- Доходчиво, - кивнула фейри и неожиданно удостоила меня похвалы. – Тебя интересно слушать. Нет, правда, иногда от бормотаний лектора глаза сами собой закрываются, а тут…
- Просто информация новая. А в твоем случае еще и необходимая, - не стал выказывать, что слова задели струны тщеславия.
Еще и барс из глубин сознания высунулся, заурчал довольно и посоветовал, чтоб я подставил голову под ладошку сирины-холодность. Вдруг почешет за ушком?
Я даже на миг ужаснулся, что наглая зверюга во мне возьмет вверх, настолько идея выдалась навязчивой!  
Впрочем, навязанная самой богиней ученица моих страхов не заметила. Вздохнула в задумчивости, заставив обратить внимание на аккуратную, спрятанную за драпировкой платья грудь и едва не потерять смысл беседы (такого со мной и вовсе отродясь не случалось!) и заметила:
- На книге были символы. Такие закрученные спирали…
- Изобразить сможешь? - прочистив горло, спросил сипло, все еще заставляя себя не компрометироваться сильнее!
Право слово, если бы я был первым наследником, я бы на законодательном уровне запретил вот так вздыхать!
- Нет нужды, - проронила фея нерешительно и что совсем уж чудно зарозовела скулами. – Татуировка. Та, что появилась у меня на плече. Они идентичны.
Моргнул, с досадой осознав, что не прочь еще раз полюбоваться обнажённым точеным плечиком, а потом… Потом смысл сказанного все же дошел до сознания, и я ещё раз укрепился в мысли, что происходящее мне не нравится!
- Все так скверно? – взволнованно спросила сирина-снежинка, видимо сопоставив своё откровение со степенью моей хмурости. – Это какой-нибудь вещий сон или астрал?
Так, старина, держи-ка ты свои эмоции при себе, нечего девчонку догадками запугивать!
- Пока не ясно. Посмотрим, что приснится тебе следующей ночью, тогда уже и будем судить. Ведь, как говорится, один раз случайность, второй совпадение, а третий…
- Закономерность, - спокойно кивнула она. 
- Но я бы не рассчитывал, на то, что твоё сознание просто шалит, пытаясь перекроить впечатления под себя. Слишком уж все… - не смог не добавить, поморщившись, потому что тотем внутри едва ли не рычал от интуитивной тревоги.
- Как взаправду?
- Именно. 
Дарейна лишь кивнула, сохраняя спокойствие. Впрочем, у неё это было привычкой. Защитная реакция, которую я уже неплохо успел изучить. Хотя при всем при этом маленькая фея продолжила оставаться для меня непостижимой загадкой! С такой и жизни не хватит, чтоб выявить все безумные изюминки… Правда… Я только хмыкнул мысленно, горько подметив, что вовсе и не прочь поразгадывать эдак до конца дней своих.
Ну и выдумщик ты, дружище!
- А… - протянула тем временем девчонка и коварно закусила уголок нижней губы.
Признаюсь, подвис. И сам же рассердился на себя пуще прежнего. Да что ж такое? Времена, в которых такие уловки и ужимки не оставляли меня равнодушным, давным давно канули в лету, а тут… Ведусь, как сопливый юнец! 
Впрочем, к чести холодной фейри, с её стороны реакции были естественными и не несли никакой подоплеки. Кто ж виноват, что буйная фантазия и барс в купе с ней никак не заткнутся в моей голове?
Это-то раздражало больше всего. Однако не помешало изобразить заинтересованность на лице, чтоб подтолкнуть принцессу Вьюг и метелей к теме, о которой она не решилась заговорить.
- …что ты говорил отцу об обучении…
- Да! Кстати об этом, - я даже сел поровнее, стремясь прогнать разбушевавшиеся фривольные мыслишки. У нас же дело. Дело! Д.Е.Л.О. А оно, как говорится, превыше всего! – Думаю, ты уже и сама пришла к выводу, что во дворце торчать - идея сомнительная. Маменька просто не даст тебе житья, подбирая кавалеров и наряды. 
- А ты так уверен, что мне этого не достаточно для счастливого существования? – изогнув коварно бровку, уточнила сирина-боевые пятки.
Я фыркнул. Вот последнее во что поверю, так это в то, что фейри относится к разряду легкомысленных барышень.
- Решать в любом случае тебе, - вслух же демонстративно пожал плечами, не выдавая собственных выводов. – Но я бы не советовал. Скука смертная.
- Говоришь по собственному опыту?
Мне кажется или у кого-то прорезались коготки с клыками? Очень уж быстро, невозмутимая сирина-сосулька принялась оттачивать об меня искусство иронии.
- Не без этого, - ухмыльнулся провокационно.
Думала меня смутить? Брось, девочка, куда тебе до курятника фрейлин правительницы Рандии?
Видимо, нечто подобное Дарейна прочла на моем лице, поскольку дальше артачиться не стала и примирительно поинтересовалась:
- Что ты предлагаешь?
- Тебе так или иначе предстоит развивать свои магические данные. И лучше всего для этого подходит специализированное место учебы, где помимо прочих навыков ты быстрее вольешься в непривычное русло жизни нового для себя мира.
- А если я себя выдам? Ведь много еще не знаю и…
- Скажем так, я обеспечу тебя личностями, на фоне которых твои чудачества попросту померкнут, - усмехнулся в предвкушении. О-да, второй курс, конечно, для неё будет тяжеловат, но… Группа изобретателей во главе с Лианель Фирсен, самое то, чтобы спрятать маленькую фейрину. Уж в надежности этих ребят я не сомневаюсь.
- Звучит устрашающе, - робко улыбнулась принцесса Вьюг и метелей.
- Лишь на первый взгляд. Плюс, я буду рядом. – Последнее прозвучало как-то чересчур обнадеживающе-заботливо, посему пришлось кашлянуть и срочно исправиться, перевесив часть полномочий на родича: - К тому же ректором Рандийской академии магических искусств и знаний является мой дядюшка – Волин Сейхери. А уж за ним твои секреты и вовсе будут, как за каменной стеной.  
- Что ж, пожалуй, это и впрямь более интересно, чем менять наряды в купе с кавалерами.
Вот странность от милой улыбки глаза зимней феи стали на тон теплее. И будто бы даже приободрились все растительные жильцы оранжереи. Потянулись к ней, ища ласки…
- Я рад, - кивнул одобрительно, испытывая и дурацкую щемящую нежность и грусть одновременно. С одной стороны, конечно, здорово, что у меня и дальше будет доступ к сирине, но с другой… С каждым днем её близкого присутствия мне становится нелогично её же мало! А личные границы хочется и вовсе стереть к рыхту! – Тогда, пожалуй, стоит начать экстренный курс по азам магических базисов. Зачислить-то мы тебя экстерном, зачислим. Но совсем уж без общеобразовательных сведений не обойтись…